Андрей Дмитрук - Хозяева ночи

_______________

* М а л ь г а ш и (малагасийцы) - коренное население острова

Мадагаскар.

- Молодец, - покровительственно кивнул Яков Матвеевич. - Кстати, а ты знаешь, что один близкий родственник лемура, филиппинский долгопят, так и называется...

- ...<Тарзиус спектрум>, то есть долгопят-привидение, он же <кобольдмаки>, или маки-д о м о в о й! - бойко подхватил лаборант.

- Ну-у, брат! - совсем расцвел директор. - Вот это да! Моим бы аспирантам такое знание материала, сукиным детям... Значит, по-твоему, некий вид лемуров, живущий, можно сказать, по всему свету, с давних времен научился почти незаметно сосуществовать с человеком, кормиться за его счет... и везде его окружали легендами, поверьями?

- В общем, так, - сказал Богдан, опять внутренне съеживаясь. Вот оно, начинается... Директор, очевидно, не только из чистого любопытства столь терпеливо слушавший его, мало-помалу берет разговор в свои руки.

- А откуда же все-таки все эти предрассудки взялись? Как ты там читал - молоко будет с кровью, урожай пропадет?.. Может, это не простые лемуры, а с какими-нибудь там... экстрасенсорными свойствами?

<Ловит, - отчетливо понял Богдан. - Хочет ущучить на идеализме>. Ответил, стараясь говорить логично, продуманно... и чтобы не изменял голос:

- Да нет, никаких таких свойств у них нету... Чтобы понять суеверных... скажем, крестьян, надо просто поменять местами причину и следствие. Считалось: если домовой доволен хозяевами - в доме уют и достаток, если домового разозлить и он покинет жилище - начнутся всякие беды. А на самом деле все наоборот: где благополучно - там домовой, то есть лемур, охотно селится, где нищета и разорение - туда его не заманишь, там просто есть нечего... Впрочем, если домовика избаловать подачками, а потом вдруг лишить их, он, наверное, может стать зловеще активным, как те литовские <божки> у Сенкевича: например, примется воровать или пугать хозяев, чтобы кормили.

- Да ты, брат оказывается, еще и эколог!..

Пропустив мимо ушей эту ехидную реплику, Богдан продолжал:

- У нас, на Руси, верили, что домовой, разгневавшись, может душить людей во сне, особенно маленьких детей. Было даже такое интересное поверье. В семью, где есть незамужняя дочь, приходили сваты. Когда девушка отказывала им, она заявляла об этом откровенно: не пойду за вашего жениха, и все. Но если сватовство принималось, невеста подавала условный знак: становилась у печи и как бы в смущении молча скребла пальцем штукатурку. Объяснение следующее: <Чтобы не узнал домовой...> Я все это понимаю так. Устоявшийся быт позволяет ночному животному чувствовать себя спокойнее. Оно точно знает, когда кто из хозяев встает, когда ложится спать; кто в какое время выходит из дому, когда семья садится есть, и прочее... Значит, можно строить свою жизнь, не рискуя попасться кому-нибудь на глаза, привлечь к себе лишнее внимание. А если, скажем, дочь выходит замуж, покидает семью или того хуже - приводит мужа в дом, - система поведения домочадцев меняется, надо срочно перестраиваться, ломать привычки. Лемур волнуется, злится, начинает делать пакости. Вот девушка и скрывает свое согласие; царапает побелку, указывая, что там, мол, за печкой, - он, тот, который ничего не должен знать... В случае же появления ребенка - совсем плохо: младенец кричит по ночам, всех будит, день и ночь перепутаны... Наверное, потому о н и в деревнях иногда и придушивали детей... вряд ли насмерть, но пытались!

- Ага, ага, чудненько... - Директор вдруг поднялся из-за стола невысокий, с большим животом, - закурил новую папиросу и стал ходить взад-вперед, заслоняя свет в окне. - А тебе не кажется, что современные лемуры... как бы это сказать точнее... немного глуповаты для такой сложной роли, для таких почти разумных действий? Тут нужен развитый интеллект; а полуобезьяны очень примитивны, во многом близки к низшим млекопитающим. У тех же долгопятов мозг просто задавлен их огромными глазными яблоками...

Слава богу, с этой стороны Нестеренко был готов к ответу:

- Нет, Яков Матвеевич, лично я думаю, что домовые - это не современные лемуры, а уцелевшая ветвь ископаемых. Вы же знаете, были вымершие виды с большим черепом, с крупным и сложным мозгом - мегаладапис, например, или хадропитек...

- На Мадагаскаре, - как бы невзначай уронил собеседник.

- Необязательно! Кости древних приматов найдены и в Азии, и в Северной Америке. Наверное, какая-нибудь группа лемуров прибилась к первобытному человеку... шла за кочевьем, подбирала объедки... но, в отличие от собак или кошек, не дала себя приручить, не попала в зависимость. Вероятно, это самый удивительный в природе способ выживания. Стать нашей тенью; постоянными, но незаметными нахлебниками... Страхи крестьян были им исключительно на руку. Никто даже не пытался искать, преследовать... Потом, видимо, лемуры проникли и в города.

- Скажи, пожалуйста! А где же они тут прячутся?

- Ну, мало ли мест!.. Здесь это даже легче, чем в лесу. Парки, чердаки, подвалы, склады, коммуникации, дома, откуда выселены жильцы, цеха и конторы в нерабочее время, новостройки... И с кормежкой нет проблем. Одни наши мусорники чего стоят, сколько съестного выбрасываем!

- И все-таки, Богданчик, как же их до сих пор так толком и не видели? За тысячи-то лет?

- Отчего же, видели! Достаточно часто, чтобы сочинять легенды, и недостаточно - чтобы считать обычными животными...

- Ладненько. Ну а, скажем, трупы? Они ведь когда-нибудь умирают, лемуры твои? Куда они девают мертвых? Почему никем ни разу не найдены шкуры, скелеты, хотя бы отдельные кости?..

У Богдана, чувствовавшего себя, как под обстрелом, мелькнула слабая надежда - если не доказать директору свою правоту, то хотя бы отступить с честью... чтобы все-таки Яков Матвеевич не считал его помешанным, а относился с некоторым уважением: мол, парень со странностями, но толковый!.. И он ответил по возможности без запинки:

- У многих животных есть укромные места, куда они уходят, почуяв приближение смерти. Например, у слонов. Тем более легко устраивать тайные кладбища лемурам, с их невероятной ловкостью, со способностью проникать куда угодно... Кроме того, такие <конспираторы>, как они, могли разработать и свои... так сказать, способы ликвидации умерших. Например, обычнейшие похороны, закапывание в землю. А может быть, и пожирание. Природа наших условностей не знает...

- Бр-р... страсти какие! - помотал головой Яков Матвеевич. И вдруг, остановившись, сказал - как прежде, улыбчиво, ласково, только выцветшие глазенки колюче сузились: - Тогда уж проще предложить кремацию. Сжигать-то надежнее всего, а? Может, они у тебя еще и огнем владеют, Богданчик?

Его словно кипятком обварило, вспотели пальцы на подлокотниках кресла. Вот оно! Ничего не скажешь, долгую артподготовку провел старик; теперь, значит, идет в атаку... Богдан неуверенно попытался возмутиться; но директор, вернувшись в кресло, только рукой махнул: молчи, мол, хватит болтовни! И заговорил сам, уже без напускного дружелюбия, отчеканивая каждое слово.