Сергей Синякин - Трансгалай (сборник)

Возвращаясь к себе, я разговорился с голенастым а пегом, поддержал меня в коридоре при отлете. Аист оказался членом Галактического Арбитража и летел в систему Голубого Цифея разобраться в споре обитателей двух тамошних планет. Спор касался приоритета в освоении третьей планеты. Дело осложнялось тем, что корабли обоих планет опустились на спорную планету с точностью до двух миллионных секунды. Арбитраж вынес мудрое Ерешение о разделе спорной планеты по экватору. Однако стороны K соглашению не пришли ввиду того, что южное полушарие располагало залежами иодокалия, а в северном полушарии таких заЛежей не было. Спор продолжался и готов был перерасти в военный конфликт, но Галактический Арбитраж вновь своевременно вмешался и теперь аист вез решение о разделе планеты по нулевому меридиану.

Вернувшись в разговоре к «черной дыре» аист обрушился гневной филиппикой на нарушителей экологического равновесия в природе. Свое страстное выступление аист подкреплял примерами его родины, где предприимчивые бизнесмены использовали глюмиНал для размножения насекомых, а в результате непродуманного применения препарата на планете вымерли пресноводные жабки, издавна считавшиеся деликатесом и украшением праздничного стола.

Аист заявил, что нарушителей, виновных в гибели, а равно в нежелательном зарождении жизни, необходимо выявлять и судить показательным галактическим судом за невыполнение родительских обязанностей, тем более что прецеденты уже были. Я заинтересовался историей, и аист поведал мне Легенду о космическом алименте.

На планете Рамех в системе трех голубых солнц скопления Персея обитала веселая и крайне разумная расса ниволов. Существа эти были весьма искушены в отраслях естественных наук.

Науки эти на планете Рамех всячески поощрялись и культивировались.

Двигаясь по дороге прогресса и побуждаемые естественным для разумного существа любопытством, ниволы достигли таких высот, что смоделировали искусственный разум, затем наделили разумом оставшихся и живых животных, затем растительный мир и наконец, движимые гордыней, ниволы уткнулись в микромир.

Они создали разумный вирус.

Ниволы праздновали это событие всепланетно, не подозревая, что джинн выпущен из бутылки, и им следовало скорее объявить траур, чем ликовать.

О эта геометрическая прогрессия! Спустя несколько лет разумные вирусы подавили разум фауны и флоры вступили в конфликт с собственными создателями. Война была беспощадной.

B ходе военных действий разумные вирусы были вытеснены с планеты Рамех на ее бесплодный спутник.

И тогда равиры подали в суд на своих создателей, обвиняя их в жестоком отношении к своим детям и нарушении ниволами родительских обязанностей.

Ни волы иск равиров отвергали как несостоятельный, они опправдывались, заявляя, что являются не родителями, а создателями равиров, следовательно их нельзя обвинить в жестокости.

С таким же успехом может обвинить своего создателя в жестокости лопата или бутерброд. Родительские обязанности ниволы отрицали, обосновывая это тем, что вирусы существовали до них, ниволы же только вдохнули в вирусы разум, а потому повинны лишь в нарушении законов природы, но никак не родительских обязанностей, поскольку таковых они не имеют.

Равиры в иске упирали на то, что ниволы виновны в зарождении разума, а следовательно являются не создателями, а родителями равиров. В конце концов если бутерброд наделить разумом, то не будет ли его поедание каннибализмом? Разумная лопата может в отличие от обыкновенной отказаться копать землю. Так не будет ли принудительное использование ее формой рабства?

Галактический суд в течение двух лет рассматривал дело, прежде чем вынес справедливое решение. И теперь ниволы покорно трудятся на свои создания, отдавая в их распоряжение третью часть материальных ценностей, производимых на планете Рамех. Родители должны заботиться о своих беззащитных детях, даже если они и растут паразитами.

После беседы с аистом я вернулся в свою каюту. Лошак уже спал в своем стойле. Рядом с ним валялось сочинение Горциса.

Я тоже лег в постель, но долго не мог уснуть, размышляя о судьбе ниволов и равиров, пытаясь оценить справедливость решения галактического суда.

Мне не спалось. Пришлось прибегнуть к аппарату инфрасна. Рассеянность моя оказала мне плохую услугу. Я неправильно указал час пробуждения, и аппарат разбудил меня в полночь по собственному времени трансгалая. Лошак тяжело ворочался в стойле, прядал ушами. Ручаюсь, что ему снились кошмары.

Недовольный я сел на постели, досадуя на свою рассеянность.

В углу каюты шевелилась белесая фигурка.

В первое мгновение я отнесся к ней равнодушно. Потянувшись, я зевнул, и фигурка заколебалась, теряя свои очертания.

— Ради свободного космоса, — услышал я тонкий голос. — Только не чихайте, умоляю вас. Собираться в целое мне трудно.

Я замер с открытым ртом.

— Это что еще за видение? — недовольно спросил я.

— Я Читулан с планеты Альмедус, — отозвалась фигурка. — Прошу прощения за вторжение, но я попал в вашу каюту в силу трагических обстоятельств.

Фантасту к неожиданностям не привыкать. Я понял, что услышу что-то интересное. Сев в постели поудобнее, я повернулся к пришельцу.

Читулан был прозрачно-туманистым. Он походил на привидение. При желании через его бесплотность можно было увидеть стену каюты.

— Вы когда-нибудь слышали о моей планете? — спросил он.

— Нет, — признался я… — Но судя по тому, что вы владеете галактическим наречием, Альмедус, несомненно, входит в Союз разумных существ.

— У вас аналитический ум, — сказал Читулан. — Мы действительно входим в этот союз. Но в отличие от других разумян, альмедяне перемещаются в космосе без космических кораблей. Вселенную пронизывает световое излучение, которое образуют космические течения. Мы превращаемся в свет и путешествуем между звезд, пользуясь этими течениями. У нас есть великолепные карты галактических течений… Ох! — Читулан снова начал расползаться.

— Что с вами? — встревожился я.

Альмедянин молча и яростно боролся за восстановление своего облика. Наконец, он справился с собой.

— Я вас убедительно прощу, — сказал он. — Свяжитесь с командиром корабля. Пусть он на пять минут выключит корабельный преобразователь пространства, который удерживает меня в плену. Иначе я погибну! — альмедянин горько вздохнул. — Я ведь летел к бабушке на Арабейю, а оказался здесь, — он обвел рукой каюту. — Вы поможете мне?

— Обязательно, — пообещал я, нажимая клавишу связи с капитанской каютой. На экране появилось недовольное лицо капитана. Узнав в чем дело, капитан хрюкнул и недовольно скривил розовый пятачок.