Владимир Фильчаков - Бог, мы тебя не звали

Лавр что-то прошептал ангелу на ухо, тот улыбнулся, тоже прошептал что-то в ответ. Лавр просветлел, поднял голову, победно оглядел присутствующих. Он отошел к мальчишкам, те набросились на него с вопросами, задавая их шепотом, на что Лавр только отрицательно качал головой.

- Кто следующий? - ласково спросил Ангел.

- Я! - вперед вышел Патрон. - У меня желание простое, я не буду его прятать. Я хочу немедленно, сию минуту, вот прямо сейчас... Я хочу бутылку ацетона!

Все ахнули, уставились на Ангела. А тот протянул руку к Патрону и в этой руке появилась бутылка с прозрачной жидкостью и бледно-зеленой этикеткой. Все снова ахнули. Я почувствовал, как по мне забегали мурашки. Патрон глупо ухмыльнулся и, почему-то, спрятал руки за спину.

- Бери, - сказал Ангел. - Это твое желание, твой шанс.

С лица Патрона сползла улыбка, он смотрел на бутылку широко открытыми глазами. Потом взял бутылку, посмотрел на этикетку, попытался ухмыльнуться, но вместо этого у него вышла ужасная гримаса. Он, нетвердо ступая, отошел к мальчишкам, Миля выхватил у него бутылку, принялся сдирать пробку.

- Ацетон! - послышался его шепот. - Настоящий!

Патрон сел, свесив руки между колен и тупо уставился в стену.

И тут к Ангелу подскочил Нарик. Он бухнулся перед ним на колени, молитвенно сложил руки и простонал:

- Помоги, господи!

- Я слушаю тебя.

- Дозу! - прохрипел Нарик. - Дозу! Не откажи в милости своей! Умоляю! Не дай умереть.

- Погодите! - я вскочил, протянул руку к Ангелу. - Вы что же, хотите исполнить ЭТО желание?

- Да, - ответил Ангел.

- Но ведь это - не желание! Поймите, человек не отдает отчета в своих желаниях, он привязан к наркотику, у него в голове только одна мысль - унять боль, которая мучит его. Разве ЭТО - желание? Прошу вас, не исполняйте его! Сделайте его независимым от наркотика.

- Я пришел исполнять желания, а не вести с вами дискуссию, - сказал Ангел.

С этими словами он вложил в руку Нарика шприц. Нарик, не сходя с места, закатал рукав истертой рубашки, несколько раз сжал и разжал кулак, чтобы обозначить вены и ввел иглу под кожу. Через несколько секунд на лице его появилось блаженное выражение.

- Спасибо тебе, господи, - произнес он и на четвереньках пополз к своему месту.

- Я знал, что ты жесток и бездушен, - сказал я разочарованно. - А теперь я убедился в этом. Для тебя мы - всего лишь игрушки. Кто поставил тебе такое правило - исполнять любые, самые абсурдные желания? Оно настолько сурово, это правило, что от него нельзя отступить ни на йоту?

- Да, именно так, - сказал Ангел. - Вам дается шанс, а как вы его используете - ваше дело. Свобода воли...

- Свобода воли! - перебил я. - Человек болен, болен психически, он находится в наркотической зависимости, может ли он отвечать за свои желания? В вашей власти было избавить его и от боли, и от зависимости, но вы этого не сделали. Как же, это уже не одно желание, а два, да и тем более не высказанные, и не его собственные. Знаете, что я вам скажу? Вы не бог, вы дьявол. Так и передайте тому, кто вас сюда послал.

- Успокойтесь, - мягко сказал Ангел. - Раз уж вы втягиваете меня в дискуссию, я вам отвечу. Да, это может показаться жестоким. Более того - это жестоко и есть. Но таковы условия, и вы о них были предупреждены. Вы берете на себя ответственность за чужие желания? А имеете ли право? Откуда вы знаете, ЧТО этому человеку нужно? Вы не знаете, что станет с ним, избавься он от наркотической зависимости, а я знаю. Можете ли вы, не обладая информацией, принимать какие-то решения? Не можете. В противном случае это будет совершенно безответственное решение, за которое вам не придется даже отвечать. Узнав о судьбе этого человека после излечения от наркомании, вы просто погорюете немного, покачаете головой, и скажете: "Да, вот это судьба". Прошу вас, отвечайте только за себя, не берите на себя функцию Бога. Не вы ли совсем недавно говорили Бенджамину, что не можете сказать, как поступите в тех или иных обстоятельствах до тех пор, пока эти обстоятельства не встанут перед вами? Видите, вы даже за себя ответить не можете. Как же вы можете отвечать за других?

- Простите, - пробормотал я, совершенно уничтоженный. - Я был глуп.

- Хорошо, - Ангел улыбнулся. - Итак, продолжим. Кто следующий?

- Можно я? - Киска подняла руку, как на уроке. Ангел ободряюще улыбнулся ей, она робко подошла, тряхнула головой. - Мне нужно три тысячи рублей. Вы говорили, чтобы мы не просили денег, но другого желания у меня нет.

- Эти деньги могут круто изменить твою жизнь? - спросил Ангел.

- Не знаю, - Киска пожала плечами. - Я должна одному хмырю... простите, одному человеку три тысячи рублей. Из-за этих денег я у него почти в рабстве, а если бы я отдала ему...

- Это у кого ты в рабстве, Киска? - спросил Хватай. - У Мавра, что ли?

- Не твое дело! - огрызнулась девочка, не поворачивая головы.

- Я не дам тебе денег, - задумчиво сказал Ангел и на лице Киски появилось кислое выражение, - но я сделаю так, что тот... человек будет считать, что ты рассчиталась с ним сполна. Тебя это устроит?

- Да! - Киска просияла и попыталась исполнить что-то вроде реверанса.

- Теперь я, теперь я! - закричала Лапка, подбегая к Ангелу. - Сделай меня красивой!

- Девочка моя, - сказал Ангел с улыбкой. - Ты и так красива, только тебя нужно отмыть и причесать.

- Нет! - Лапка упрямо топнула ногой. - Ты же сказал, что исполнишь любое желание. Ну так исполни!

Ангел сокрушенно покачал головой и тут же мы услышали дружный возглас восхищения, вырвавшийся у Палки и Зинки, которые все это время сидели обнявшись за спиной у Ангела. Женщины, как завороженные, встали и подошли к Лапке, которая выглядела как драгоценная жемчужина в обрамлении грязных тряпок. Девочка удивительно похорошела, ячмень на глазу исчез, ее лицо было чисто вымыто, ресницы слегка подкрашены, она оказалась очень хорошо пострижена, как в самой дорогой парикмахерской, и мы увидели, что она и впрямь очень красива.

- А теперь я, ладно? - раздался незнакомый голос и все повернулись в сторону Ангела. Рядом с ним стоял Тюк, который и произнес эти слова. Получалось, что мы совсем не знали его голоса, потому что никогда его не слышали! - Ангел! - сказал Тюк. - Если ты и правда Ангел - сделай так, чтобы я не пил.

- Сделано! - сказал Ангел.

- А вот мы сейчас проверим! - Тюк выхватил из-за пазухи наполовину опорожненный водочный шкалик. Он сел на топчан, вытащил из бутылки бумажную пробку и опрокинул шкалик в рот. Однако его тут же согнуло пополам и вырвало. - Ага! - прохрипел он через минуту, глядя на нас красными глазами. - Работает!

- Теперь я, теперь я! - закричали Палка и Зинка одновременно.

- Не торопитесь, - со смехом остановил их Ангел, загораживаясь от них ладонями. - Уверяю вас, я исполню желание каждого.