Джеймс Шмиц - Ведьмы Карреса

Капитан не ответил. Широкими шагами он двигался вдоль коридора к кормовому отсеку. Проходя мимо капитанской каюты, он отметил, что дверь закрыта, но останавливаться не стал. Он был в бешенстве, он знал, что произошло!

Гоф опять телепортировала - и это после их разговора по душам!

Да, товар оказался в кормовом трюме. Похоже, Гоф имела власть над предметами не больше полуфунта весом. Но этим требованиям отвечало поразительное количество вещей: бутылочки с чем-то - то ли парфюмерия, то ли алкоголь, то ли наркотики, - дорогие на вид одежды, ткани всех цветов радуги, какие-то коробочки, прочие мелочи и, само собой, драгоценности!

Полчаса понадобилось капитану, чтобы погрузить все в стальной контейнер в кормовом шлюзе, загерметизировать внутренний люк и нажать рычаг автоматического выброса.

Наружный люк закрылся с громким щелчком. Гордо шагая, капитан вернулся в рубку. Ливит не покинула поста, она возилась с передатчиком.

- Можно было бы посвистеть на них, - предложила она.

- Дай мне связь! - приказал капитан.

- Есть, сэр, - удивленно сказала Ливит.

Рев сирианца был приглушен расстоянием.

- ЗАТКНИСЬ! - рявкнул капитан на имперском универсальном.

Сирианец заткнулся.

- Скажи им, что товар я выстрелил за борт в контейнере, пусть забирают! Скажи, что я следую собственным курсом и если попробуют преследовать, хоть на одну световую минуту сунутся дальше контейнера, я вернусь, отстрелю им нос и зад и протараню брюхо!

- Есть, сэр! - засияла Ливит.

"Авантюра" проследовала собственным курсом. Ее не преследовали.

- Теперь я поговорю с Гоф, - объявил капитан. - С глазу на глаз, добавил он. - В кормовом трюме...

Гоф спокойно проследовала за ним в трюмный отсек. Капитан затворил дверь в коридор, отломил двухфутовый кусок от одного из сверхдорогих удилищ из звенящего дерева, которые подсунул коварный советник Раппорт. Получилась приличная розга.

Но Гоф - какая она маленькая, беззащитная! Капитан прокашлялся. Ему снова захотелось домой, на Никкельдепейн.

- Я тебя предупреждал, - сказал он нерешительно.

Гоф хранила спокойствие. Но секунду спустя она, казалось, заметно выросла. Карие глаза пристально смотрели на Адамово яблоко шеи капитана, она оскалилась уголком рта: на лице появилось несколько хищное выражение.

- Я бы не стала, - тихо, но с угрозой посоветовала она.

Почувствовав свежий прилив бешенства, капитан захватил в горсть ее кожаную куртку. Что-то мелькнуло, и его левая коленная чашечка будто взорвалась. Застонав от боли и удивления, капитан рухнул на тюк с всепогодными накидками, которые ему всучил тот же Раппорт. Но он не отпустил куртку... Гоф упала на него сверху, и это была удачная позиция. Вдруг шея Гоф вытянулась, как у змеи, и зубы впились в кисть капитана.

У горностаев хватка мертвая...

- Думала, он сдрейфит! - донесся из интеркома голос Гоф.

В тоне слышалось ворчливое восхищение. Кажется, она осматривала синяки.

Капитан был занят накладыванием повязки на прокушенное запястье. Надеюсь, подумал он, синяков у нее немало. Долго будет считать. Колено распухло - казалось, теперь оно размерами с подушку дивана, - и боль пульсировала, как поршень двигателя внутреннего сгорания.

- Капитан - храбрый человек, - с укором сказала Малин. - Тебе следовало быть осторожнее...

- Только он не очень умный! - намекнула Ливит.

Пауза.

- Правда, Гоф? - с надеждой сказала Ливит.

- Да, наверное.

- Оставьте его в покое! - приказала Малин. - Если только... многозначительно добавила она, - не желаете плыть домой по трассе Охотника!

- Только не я! - Ливит была лаконична.

- Могла бы и попробовать, - задумчиво сказала Гоф. - Кажется, она размышляла. - Ну ладно, мы его оставим в покое. Это была честная драка.

4

Каррес возник в поле зрения на шестнадцатый день с момента взлета на Порлумме. Последняя часть пути прошла без происшествий. Впрочем, остановок больше не делали и в контакт с беззащитной Империей не вступали. Малин сварганила какие-то припарки, чудесным образом исцелившие колено Позерта. Поскольку уже показался родной берег, волнение спало. Малин даже с каждым часом немного грустнела - видимо, предчувствуя расставание.

Обнаружить Каррес было нетрудно, так как планета вращалась вокруг светила в противоположную движению остальных планет сторону.

Это закономерно, поразмыслив, решил капитан.

Корабль вошел в атмосферу планеты на дневной стороне, не вызвав никакого внешнего интереса обитателей. Передатчик молчал, ни один корабль не поднялся навстречу для досмотра. Каррес имел вид необитаемой планеты. Много морей - слишком большие, чтобы называться озерами, и слишком маленькие для океанов. Громадная горная гряда бежала от полюса до полюса, имелось также довольно более мелких горных цепей. Полюса были накрыты солидных размеров снежными шапками, в южном полушарии было много снеговых пятен. Кроме того, почти всю сушу покрывал дремучий лес.

У этой планеты была своеобразная мрачная красота.

Они плыли над ней - из полдня в закат и снова в рассветную зону капитан сидел за пультом, Гоф и Ливит расположились на флангах, Малин - в тылу. Девочки указывали направление. Ливит, после нескольких восторженных взвизгов, вдруг погрузилась в молчание. Немного спустя капитан с изумлением услышал, что юная ведьма всхлипывает.

Реакция Ливит поразила его, и он уловил движение за спиной - Гоф протянула руку, обняла сестричку. Младшая ведьма счастливо шмыгнула носом.

- Красиво как! - проворчала она.

Капитан вновь почувствовал прилив теплых дружеских чувств, желания защитить, которые поначалу вызывали в нем девчонки. Несладко им пришлось, должно быть. Он вздохнул. Жаль, что они не смогли подружиться!

- Куда все попрятались? - спросил он, чтобы нарушить молчание.

До сих пор признаков человеческого обитания не встретилось.

- На Карресе мало людей, - объяснила из-за его плеча Малин. - Мы летим в Город... там живет почти половина.

- А что это внизу? - с внезапным интересом спросил капитан.

В дно долины будто вделали громадную известково-белую чашу.

- Это Театр, здесь - ой! - Ливит замолчала, бросив на Малин смущенный взгляд.

- Секрет, да? Не для чужаков? - снисходительно предположил капитан. Гоф искоса взглянула на него.

- У нас тоже есть правила.

Позерт немного снизился, проводя корабль над чашей. Что-то вроде арены с многочисленными рядами сидений на склонах. Все голо и безлюдно.

По указанию Малин он повернул направо в месте, где долина расходилась вилкой на две, и снизился еще больше. Здесь он впервые познакомился с фауной Карреса. Почти под ними промелькнула стая кремово-белых птиц весьма земного вида. На корабль птицы не обратили внимания. Лес внизу кончился, уступив место сочной траве лугов со множеством змеившихся ручейков. Здесь паслось стадо животных размером с мастодонтов и сходного строения. Спины у них были безволосые, черные и блестящие. Они провожали "Авантюру" какими-то сардоническими улыбками, задирая вытянутые тяжелые головы.