Джон Ринго - Дорога на Дамаск

Как хорошо, что все это совершенно не похоже на Этену!

От своего русского отца Саймон унаследовал практический склад ума. Он трезво смотрел на жизнь и понимал, как много усилий надо приложить для того, чтобы создать вокруг себя мир по своему вкусу.

Машина остановилась перед крытым крыльцом с колоннами, на котором стояли швейцары, готовые распахнуть дверцу.

Через десять минут Саймон уже сидел в президентском кабинете. Он потягивал местный напиток, способный дать сто очков вперед кофе по вкусу и по бодрящему воздействию. Репортеры, проследовавшие за президентским кортежем в город и не отстававшие от него на всем извилистом пути к президентской резиденции, к счастью, куда-то испарились, хотя Саймон и не сомневался в том, что они будут следовать за ним, как рыбы-прилипалы, до тех пор, пока не заполыхают вспышки ионных взрывов.

Саймон не имел ничего против журналистов, если они добросовестно выполняли свою работу. Но когда готовишься к воине, эти люди, перевирающие все на свете и отправляющие сообщения в межзвездное пространство, где их могут уловить инопланетные уши, настроившиеся на частоты земных передач, порядком действуют на нервы. К тому же майор Хрустинов еще не встречал журналиста, который пришелся бы ему по вкусу и которому бы он доверял.

— Дамы и господа, — сказал президент Лендан, когда один из его секретарей с тихим щелчком закрыл двери конференц-зала, — прошу внимания!

Присутствующие заскрипели стульями. Заседание началось не с молитвы. На Джефферсоне проживали представители самых разных конфессий, и даже простое перечисление их божеств могло затянуться надолго. Не прозвучало и призывов исполнить долг перед родиной. В помещении царила красноречивая атмосфера напряженного ожидания, в которой чувствовалось всеобщее уважение к человеку, сидевшему во главе стола. И еще к одной персоне, присутствующей в тот день в зале. Чувствуя это, Саймон невольно все больше и больше проникался симпатией к окружающим.

Президент Лендан взглянул Саймону прямо в глаза и сказал:

— Майор, не будем тратить время на то, что и так должно быть вам известно. Позволю себе лишь заметить, что все население Джефферсона готово встать на защиту родной планеты. После произошедшего сто лет назад столкновения с яваками наш народ питает к ним лютую ненависть.

Саймон понимал, что джефферсонцы не скоро забудут ту войну. К тому моменту, когда присланные Конкордатом подкрепления сняли явакскую осаду с Джефферсона, половина местных Сил самообороны была убита. А мирных жителей погибло столько, что на планете почти не осталось семьи, не потерявшей кого-либо из своих близких. Некоторые семьи были истреблены полностью.

— Я знаком с донесениями, — негромко проговорил Саймон. — Ваши граждане смогли постоять за себя как никто другой.

По лицам собравшихся вокруг стола скользнули сдержанные улыбки.

— Благодарю вас, — тихо сказал Лендан.

— Однако, — добавил он, указав рукой на присутствующих в зале, — не стану притворяться и утверждать, что мы способны сами защитить себя от новой угрозы. Да, мы не стали сносить военные базы и пару раз в год созываем на сборы бойцов Сил самообороны, но у нас так давно все тихо и мирно, что и фермеры и горожане давно разучились воевать. Наша экономика развивается так стремительно, что у нас даже возникло широкое движение «зеленых», требующее от инженеров-геоконструкторов более взвешенных решений. На Джефферсоне есть прекрасные дикие уголки, и мы хотели бы сохранить их для будущих поколений.

Саймон кивнул, хотя жесты и выражение лиц некоторых из собравшихся говорили, что не все согласны с последним высказыванием президента. Саймону явно стоило задуматься об отсутствии единодушия в этом вопросе. Выходит, население на Джефферсоне далеко не так монолитно в своих настроениях, как это хочет показать президент Лендан. Кроме того, Саймону ничего не сообщали о движении «зеленых». Значит, настроение определенных слоев местного населения достаточно быстро меняется. Это тоже надо иметь в виду!.. Впрочем, сначала Саймону предстояло решить более насущные вопросы!

Президент Лендан тоже уловил настроение некоторых из собравшихся, но ограничился словами:

— Вот так и обстоят у нас дела, майор. Что бы вы могли нам посоветовать?

Саймон несколько мгновений молча глядел на собравшихся, стараясь припомнить их имена и должности. Он пристально смотрел им в глаза, изучал выражения их лиц и остался доволен увиденным. Ему нравились эти решительные и мужественные люди.

— Нас с боевым линкором «ноль-ноль-сорок-пять» передали вам в постоянное пользование, — негромко начал он. — В качестве официально зарегистрированной колонии Джефферсон имеет право требовать защиты от Конкордата, но, несмотря на свои обязательства перед нами, в данный момент Конкордат не может позволить себе направить сюда полностью снаряженные подразделения сухопутных войск. Я могу понять, что чувствуют колонисты на окраинах в военное время. Особенно когда идет война с такими чудовищами, как яваки и мельконы.

Слушатели Саймона обеспокоено заерзали, и он задумался над тем, какие новости о боях с мельконами просочились на эту планету, практически отрезанную от остального земного пространства Силурийской бездной.

— Из-за мельконов-то я и буду базироваться на Джефферсоне постоянно. Мельконы уже не раз нападали на другие пограничные миры. — С этими словами Саймон вставил карточку с информацией в гнездо перед ним на столе и нажал несколько кнопок. На голографическом дисплее конференц-зала возникло трехмерное изображение: главное светило звездной системы Джефферсон, ютящееся на краю необъятных просторов бездны, и светила других систем, окрашенные в разные цвета в зависимости от того, кто в них господствует.

— Системы, принадлежащие человечеству, окрашены в желтый цвет, явакские миры — в оранжевый, а мельконские — в красный.

Саймон с полным основанием рассчитывал на то, что кроваво-красный цвет произведет на зрителей особое впечатление.

Генерал Хайтауэр нахмурил кустистые седые брови и внезапно подался вперед.

— Не может быть! — воскликнул он, указав на россыпь красных огоньков там, где он ожидал увидеть оранжевые. — Лишь полгода назад вся эта область была в руках у яваков!

Саймон с мрачным видом кивнул:

— Да, шесть месяцев назад там все было тихо. Мы даже не подозревали, что там могут появиться мельконы. А теперь они стремительно завоевывают один явакский мир за другим.

— Когда яваки в предыдущий раз вторгались в наше пространство, — добавил он, указав на тонкую цепочку желтых огоньков, кое-где чередующихся со зловещими оранжевыми и красными вкраплениями, — они охотились за полезными ископаемыми и промышленным оборудованием или завоевывали базы для своих рейдеров и космических эскадр. Теперь же они ищут новые планеты для размещения беженцев из своих коренных миров, за которые сейчас ведутся жестокие бои. Поэтому-то они стали истреблять население земных колоний. Яваки желают прочно утвердиться на бывших земных планетах и остановить мельконов, наступающих сейчас широким фронтом от Дамикууса до Варри.