Нагару Танигава - Скука Харухи Судзумии

— Хватит чушь пороть. Я хоум-раны только в компьютерных играх делаю, а отбить мяч по такой траектории просто невозможно.

— В общем, хотелось бы, чтобы ты что-нибудь сделал, такова наша общая настоятельная просьба.

Просить можете сколько угодно, великий бейсболист во мне не проснется, и суперприемов в запасе у меня нет, так что все бесполезно.

— Приложи все силы, чтобы игра не кончилась автоматической победой в этом иннинге. Если игра закончится сейчас, это также будет значить и конец для всего мира. Нужно во что бы то ни стало не допустить, чтобы соперник набрал больше двух очков, — сказал Коидзуми с легкомысленным выражением лица, не слишком подходящим сказанным им словам.

Продолжение третьего иннинга. Харухи, все в том же костюме встала на позицию питчера. Само собой разумеется, Асахина в костюме болельщицы была на правой стороне поля.

Харухи, открывая всеобщему взору обнаженные руки и ноги, метала мощные подачи, никак не меняющиеся от того, были у противника игроки на базах или не было. Отбитый первым бьющим мяч полетел по центру, на удивление точнехонько в Нагато — аут, однако на высокую свечу второго она внимания не обратила, и пока добиралась до мяча, приземлившегося между центром и левой стороной поля, бьющий уже бежал к третьей базе. Подачи вошедшей в раж Харухи были по-прежнему грозным оружием, но все они отбивались, так как запускала она их прямо по центру. Фавориты они и есть фавориты. Затем, удачно отбив мяч и из-за дырявых рук Куникиды были легко заработаны два очка. Положение у нас было отчаянным. Игроки противника уже стояли на первой и второй базах, Еще одно очко и матч будет завершен, и неизвестно, что станет с миром.

Бамс! Белый мяч полетел ввысь, отклоняясь в правую сторону. В зоне его падения тряслась от страха Асахина. Времени размышлять не было — в который уже раз я со всех ног ринулся к правой стороне поля. Должен успеть!

Я нырнул за ним что было сил… ловлю! Ударившись о самый кончик перчатки, мяч скатился внутрь.

— Ух!

Я со всех сил кинул мяч Танигути, стоящему на второй базе. Два игрока противника, посчитав, что мяч улетел далеко, уже бежали к базам. Танигути поймал мяч и заступил на базу — два аута одним махом!

Как-то продержались. Ох и устал я.

— Хорошая игра!

Чувствуя на себе восхищенный взгляд Асахины, и приняв опрометчивые ободряющие удары перчатками по голове от Танигути, Куникиды, сестренки и Цуруи, я показал в ответ знак виктории и кинул взгляд в сторону Харухи. Она с хмурым лицом смотрела на табло (а на самом деле, переносную школьную доску).

Я сел на скамейку и накинул на голову полотенцем. Ко мне подошел Коидзуми:

— Продолжим разговор?

Что-то не хочется.

— Есть решение по аналогии. Когда в тот раз ты с Судзумией-сан попал в тот мир, как вам удалось вернуться?

Не заставляй меня это вспоминать!

— Если воспользоваться тем же методом, возможно, ситуация улучшится.

— Не пойдет!

Коидзуми сдавленно засмеялся. Эй, ты, бесишь уже!

— Так и думал, что ты это скажешь. Тогда, придется защищаться до последнего и брать измором, ведь нас устроит только победа. У меня есть замечательная идея. Думаю, должно сработать, в конце концов, наши с ней интересы должны совпадать.

Коидзуми улыбнулся и направился к стоявшей без движения в зоне разминки Нагато. Затем сей субъект наклонился к ее уху и что-то прошептал, слегка растрепав дыханием короткие волосы. Тут Нагато быстро повернулась и бесстрастно воззрилась на меня. Это что, был кивок? Голова, будто поддерживаемая леской, как у марионетки, еле заметно дернулась вверх-вниз, и кукла отправилась в путь к зоне бьющего. Взглянув влево, я увидел, как за Нагато внимательно наблюдает уже Асахина.

— Нагато-сан… все-таки…, - сказала она со слегка побледневшим лицом, что заставило меня забеспокоиться.

— Что она сделала?

— Нагато-сан, похоже, читает заклятья.

— Заклятья? Это еще что?

— Ммм… Закрытая информация.

Асахина виновато опустила голову. Да нет, все нормально. Если закрытая информация — ничего не поделаешь, так? Эх, похоже, сейчас опять начнут твориться какие-то нереальности.

Знаком я с заклятьями Нагато.

Одним жарким майским вечером это было. Если бы тогда Нагато не вторглась в класс, я, несомненно, сейчас бы мирно почивал под могильной плитой. В тот раз Нагато тоже скороговоркой бормотала что-то наподобие каких-то заклятий и предотвратила покушение на меня. Кстати говоря, тогда Нагато еще носила очки.

А сейчас что она планирует делать?

Тут же это стало ясно.

Взмах битой — хоум-ран!

Мяч, с высокой скоростью пущенный питчером после удара Нагато, в котором на первый взгляд и силы-то достаточной не было, взмыл высоко в небо и исчез из вида за ограждением стадиона.

Я повернулся к нашей команде. Коидзуми с элегантной улыбкой кивнул мне, лицо Асахины слегка побледнело, но удивленной она не выглядела, а сестренка с Цуруей простодушно закричали: «Крутооо!..»

У остальных же просто попадали челюсти. У противников, разумеется, тоже.

Харухи прибежала, подпрыгивая от радости, к дому, где Нагато с отсутствующим видом завершила свой круг по игровому квадрату и, похлопывая ее по шлему, сказала:

— Отлично! И где столько сил взяла?!

Далее она, схватившись за тонкую ручку Нагато, принялась ее сгибать и разгибать. Та стояла молча и не сопротивлялась.

Затем Нагато подошла к скамейке.

— Вот, — она указала на старую бейсбольную биту, передавая ее мне. — Модификация атрибутивной информации.

— Что это? — спросил я. Нагато некоторое время безотрывно смотрела на меня.

— Режим самонаведения.

Ограничившись этими словами, она возвратилась на скамейку, села в уголке и, достав из-под ног толстую книгу, уставилась в нее.

Счет 9:1. Кажется, этот иннинг будет последним.

Судя по лицу питчера, тот еще не восстановился после шока, но мяч мне метнул, на мой взгляд, все же весьма неслабый.

Тут я и понял, что значили слова Нагато.

— Уух!..

Бита двинулась сама по себе, потащив за собой мои плечи и руки. Бамс!

Я думал, что это будет обычный удар, но мяч, будто подхваченный ветром, устремился ввысь, перелетел ограждение и долетел до соседнего второго бейсбольного поля. Хоум-ран. Действительно, «режим самонаведения».

Я отшвырнул биту, ставшую теперь шедевром инженерной мысли, оснащенным устройствами автонаведения и автоусиления, и побежал.

Минуя вторую базу, я поднял голову и встретился взглядом с Харухи, поднявшей обе руки над головой. Она сразу же отвернулась. Могла бы и вон, как моя сестренка или Цуруя порадоваться. Порадуйся, что ли, как, вон, моя сестренка с Цуруей. Увидел я и изумленных Танигути с Куникидой, и молчащих Асахину, Коидзуми и Нагато. Девятка игроков противника пребывала в шоке.