Петр Гурский - Меломаны

- Маленький Принц пару раз поджидал тебя возле своего заведения.

- В таких случаях мы отказывались от своих операций. Но, если бы внутри что-нибудь начало бы происходить, его гориллы пристрелили бы меня. Клозетная бабка не мог же закрыть изнутри заведение, если оно уже охраняется снаружи. А самого Маленького Принца мы сделали в другой раз. Он сам зашел в кабак. Тогда к нам присоединился некий Стонка. Это мои сообщники привлекли его. Проблема заключалась в том, что Принц - это ведь шеф, поэтому у него нельзя было отобрать оружие. Равно как и у его охранников. Если бы я только показался, меня сразу же бы пришили.

Скрипач немного помолчал, затем продолжил.

- Стонка и занялся всеми ими. Он устроил целое представление: ходил вокруг Принца и его людей с веночком искусственных цветов, притворяясь, что он слишком сентиментален и что вспоминает мир, который от нас ушел. При этом он подсовывал эти цветы им прямо под нос. Лепестки цветов были пропитаны соответствующим раствором. Когда же я появлялся, они даже пошевелиться не могли, не говоря уж о том, чтобы вытащить оружие. Им казалось, что их парализовал сам мой вид. Опять колдовство. Нет, Маленький Принц уже не тот, ему приходит конец. Наивный дурачок.

На это я ничего не заметил. Со мной они, сволочи, вытворили то же самое, а я думал, что это водка на меня так подействовала. Только больше подобного не повторится.

- Поначалу добыча была большая, - сказал скрипач. - Никто ничего не ожидал, так что результаты были весьма неплохие. Потом стало еще лучше. Я действовал как магнит, притягивая клиентов в заведение. Каждый сам желал удостовериться, ведь, по сути своей, никто не верил, что от музыки можно заснуть, так что они приходили и приносили с собой кучи денег. Так продолжалось какое-то время, но потом число тех, что потеряли свое стало настолько большим, чтобы и дальше продолжать не верить. Люди приходят и сейчас. Приходят, потому что им все еще интересно. Вот только добыча стала совсем мизерной. Никто не приносит крупной суммы наличных. Один только Маленький Принц, на котором мы заработали в последнее время. Так что риск перестал оплачиваться. Они боятся тебя, Дирижер, потому что тебе подставили цветы, а ты вышел на улицу. Они не хотят, чтобы ты хоть о чем-нибудь догадался.

- Слишком поздно, - сказал я на это.

Я вспомнил, как бармен вместе с клозетной бабкой пробовали меня тогда задержать. В свою очередь, в первый раз они свистнули у меня неплохие бабки. Но об этом скрипач тактично не стал напоминать.

Сволочь.

- Завтра мы должны были поделиться добычей, - сказал музыкант. - И завтра же они меня прикончат. Бармен и бабка - это люди без всяческих чувств. Во время войны они служили в одном подразделении и сейчас тоже держатся вместе. Даже если один из них убьет другого, чтобы забрать все, сначала они прибьют меня. И этого Стонку.

- Откуда ты знаешь? - спросил я.

- Слышал, как они обсуждали это между собой.

- При тебе? - переспросил я, потому что не верил в подобные чудесные случайности.

- Поэтому я и пришел. Вчера, когда им казалось, что я уже ушел, они завели разговор. Говорили именно об этом. Видимо, они уже с самого начала планировали избавиться от меня, когда я стану им уже не нужен. А сам я хорошо не застраховался, потому что мою бдительность усыпили ключом.

- Говори, говори. Что за ключ?

- Деньги и все ворованные вещи мы прячем за городом, в бункере, объяснил скрипач. - Мы нашли одного офицера. Это был конченный человек, каждый день он подыхал от голода. Когда-то он был из командиров. За консервы, водку и курево он показал нам сейф, передал ключи и шифры. Это штабной сейф, при попытке взлома - взрывается. К нему имеются четыре ключа, для того, чтобы открыть сейф, нужны сразу все четыре. У каждого из нас есть свой ключ.

Скрипач понизил голос.

- Завтра каждый будет иметь при себе свой ключ.

И он вынул свой из внутреннего кармана. Форма ключа была необычной. Замок, который открывался этим ключом, тоже был, по-видимому, оригинальным.

- Я верю вашей репутации, - продолжил чужак. - Выбора у меня нет. Все равно, это и так лучшая гарантия, чем этот ключ. Ведь всегда, когда мы приносили деньги в сейф, мне приходилось приносить его с собой. Меня могли убить, когда им было угодно, но бизнес был раскручен, потому только я и жив. Теперь уже добычи не предвидится. Моя жизнь утратила всякую ценность.

Н-да, любопытный случай - этот хренов скрипач и его вера в магическую силу репутации.

Последние слова он произнес совершенно не своим голосом:

- Если мы от них избавимся, то сможем поделиться деньгами. Шифры я знаю, так что трудностей не будет. Там и вправду около миллиарда, а может и больше.

Ну, наконец-то все ясно. Теперь стало понятно, что он имеет в виду. Да, он боялся, но спасал не только свою жизнь, но и свою долю.

- Это при условии, что они тоже принесут свои ключи, - заметил я. Если будут настолько неосторожными.

- Принесут, - склонил он голову.

- Ты уверен?

- Им неизвестно, что я их раскусил. Ведь я же не такой человек, как они. Если во всей этой афере с "Голубым Щитом" еще никто не был убит, то это исключительно моя заслуга. Они не станут меня подозревать. Перед ними я беззащитен. Они служили, а я оставался гражданским. Когда-то я немного боксировал, но этого недостаточно. Так что, к кому, по их мнению, мог я обратиться против них? К вам, что собирались меня убить?

Да, ничего не скажешь, голова на плечах у этого скрипача имелась. И, похоже на то, что я могу ему доверять. В самом конце он из кожи вон лез, стараясь быть откровенным. Я собирался все время держать его на мушке, и это было моей гарантией. А само только доверие еще никого до добра не доводило. Неужели скрипач и вправду не застраховался перед нами? Во всем остальном он показался мне разумным чуваком.

- Когда вы встречаетесь? - спросил я его.

- Под утро, когда уже будут закрывать заведение.

- А этот Стонка?

- Он тоже будет, - сказал скрипач и, по-моему, в его голосе я даже уловил какое-то сочувствие.

Не везло Стонке. В любом случае, кто бы не забирал содержимое сейфа, мы или те, сам он в любом раскладе оставался в проигрыше.

Я просчитывал риск. Под самый конец ночи мы могли направиться к "Голубому Щиту". Могли пристрелить там, как планировали раньше, этих трех типов. Вот не совсем понятно было, что делать со скрипачом. И с его верой в нашу репутацию, которую мы и так теряли, нарушая договор с Маленьким Принцем.

Мне так показалось, что скрипач рассказал не все.

- Если мы сделаем это, и сделаем хорошо, я хотел бы на какое-то время присоединиться к вам, - сказал скрипач. - Ведь мне некуда будет деваться. Если вы согласитесь, я хотел бы с вами поиграть.