Джеймс Уайт - Галактический шеф-повар

— Прошу простить за то, что потревожил вас, сэр, — извинился землянин. — Надеюсь, вы хорошо спали? Не хотите ли где-либо побывать или с кем-нибудь увидеться? Может быть, хотите ознакомиться со столовским компьютером, с банком данных по синтезу пищи, осмотреть диетические кухни в палатах, поговорить с технологами-пищевиками, отвечающими за...

Гурронсевас поднял вверх две передние конечности и слегка скрестил их, тем самым выразив пожелание умолкнуть и выслушать его. Тимминс, судя по всему, тралтанский жест понял, поскольку немедленно замолчал.

— В настоящее время, — сказал Гурронсевас, — мне не хотелось бы заниматься ничем из вами перечисленного. Я знаю, что у вас есть и другие обязанности, лейтенант. Насколько позволяет ваше время, мне бы хотелось пока не иметь личных тесных контактов, ни с кем, кроме вас.

— Естественно, у меня полно других обязанностей, — ответил Тимминс. — Но у меня есть заместитель, который изо всех сил старается меня от многих обязанностей освободить. В ближайшие два дня я могу быть в вашем распоряжении, а потом — по взаимной договоренности. Чем вы предпочли бы заняться прямо сейчас?

Тиммннс явно немного рассердился, но Гурронсевас не дрогнул. Он сказал:

— Я рискую повториться, и мои слова, вероятно, прозвучат нарочито, но я вынужден напомнить вам, какое положение я занимал на Нидии. «Кроминган-Шеск» — это большая гостиница, где одновременно проживают представители множества различных видов. Тамошние кухни, находившиеся целиком и полностью в моем ведении, были оснащены по последнему слову техники, оборудование было сложным и, как вы понимаете, время от времени выходило из строя, что было весьма неудобно. Неприятных последствий, связанных с такого рода ситуациями, мне удавалось избежать за счет знакомства с принципами действия невидимых частей оборудования, различными системами выдачи питания для существ разных видов, с процессорами, печами и множеством дополнительных устройств, вплоть до того, как правильно пользоваться мельчайшими кухонными принадлежностями для разделки продуктов и их употребления в пищу. Кроме того, я познакомился с тем, как работают повара более низкого класса, официанты, сотрудники, отвечающие за сервировку столов, технический обслуживающий персонал и так далее — вплоть до уборщиков и посудомоек. Я сделал предметом своего долга ознакомление с причинами всяческих неполадок, как оправданных, так и неоправданных.

И прежде чем я попытаюсь давать инструкции тем, кто будет работать под моим началом, — продолжал Гурронсевас, — мне бы хотелось понять масштабы ответственности на новом посту и понять, с какими проблемами мне придется сталкиваться на практике, с тем, чтобы пропасть непонимания между мной и моими новыми коллегами по возможности сократилась. К процессу ознакомления мне было бы желательно приступить немедленно.

Пока Гурронсевас говорил, Тимминс открыл рот. Правда, конфигурация его губ при этом вряд ли напоминала улыбку. Наконец, когда тралтан умолк, землянин проговорил:

— Вам придется довольно долгое время походить по туннелям эксплуатационной сети. Там может оказаться грязно, неприятно и опасно. Вы уверены, что вам хочется именно этого?

— Совершенно уверен, — ответствовал Гурронсевас.

— В таком случае будем беседовать по пути, — решительно заявил Тимминс. — Но будет лучше — по крайней мере поначалу, — если говорить буду я, а вы — слушать. В конце коридора имеется люк...

Судя по тому, что рассказывал Тимминс, планы эксплуатационных туннелей и расположенных в них технических помещений, которые Гурронсевас так старательно изучал до того, как прибыл в госпиталь, в свое время были составлены для ознакомления с оными интересующихся неспециалистов. По словам Тимминса, планы были слишком упрошенными, чересчур красивыми и к тому же давным-давно безнадежно устарели. Тралтан убедился в этом сразу же, как только они с землянином проникли в туннель, где увидели не существующую на плане лестницу.

— Ступеньки крепкие, ваш вес выдержат, — заверил Гурронсеваса землянин. — Но спускайтесь медленно. Если хотите, можно пройти через другой люк, там есть пандус. Некоторым тралтанам лестницы не нравятся, кажутся трудными...

— В отеле я пользовался лестницами, — перебил его Гурронсевас. — Только по приставным ходить не буду, увольте.

— Уволю, — кивнул Тимминс. — Но идите первым. Дело тут не в вежливости. Просто не хочу рисковать. Мало ли чего — свалится на меня тонна тралтанского живого веса! Как у вас со зрением? Хорошо?

— Очень хорошо, — отозвался Гурронсевас.

— Но достаточно ли хорошо, — заупрямился Тимминс, — для того, чтобы четко различать мельчайшие изменения и оттенки цвета при тусклом освещении? Клаустрофобией не страдаете?

Стараясь скрыть раздражение, тралтан ответил:

— Я чисто зрительно способен определить степень свежести любого продукта питания — с точностью до нескольких часов. Клаустрофобией не страдаю.

— Вот и славно, — сказал Тимминс и чуть извиняющимся тоном добавил:

— Но все же посмотрите вверх и по сторонам. Вдоль стен и потолка тянутся пучки кабелей и труб, и все они соответствующим образом кодированы разными цветами. Это позволяет обслуживающему персоналу легко ориентироваться в туннелях. Посмотрит сотрудник на цветовые обозначения — ну, примерно так, как вы на какой-нибудь овощ, и сразу определит, что перед ним — электрический кабель под высоким напряжением или менее опасная линия связи, по каким трубам подается кислород, по каким — хлор или метан, а по каким отводятся органические отходы. Всегда существует опасность загрязнения палат и комнат сотрудников чужеродной атмосферой, а подобных экологических катастроф допускать ни в коем случае нельзя. Мало ли какому близорукому существу взбредет в голову соединить не те трубы.

Как правило, — продолжал Тимминс, — мне не приходится задавать вопросов насчет остроты зрения или клаустрофобии, поскольку психологический скрининг О'Мары просто-напросто не допускает к работе в госпитале тех, у кого есть в этом плане какие-то проблемы. Но ваш психофайл я не просматривал, так как вы — не практикант... Там, справа, ниша. Быстро туда!

Уже несколько секунд Гурронсевас слышал тонкий, похожий на вой, звук. Звук нарастал, становился громче и приближался. Гурронсевас почувствовал, как руки Тимминса мягко подталкивают его к нише в стене. У тралтанов подобные прикосновения служили проявлением нежных чувств, но сейчас землянин просто стремился как можно скорее затолкать массивного Гурронсеваса в нишу, чтобы затем поспешно втиснуться туда рядом с ним.