Игорь Дручин - Яд змеи

— Иди сюда, сын Сере-Гей! — крикнула девушка, первой увидевшая его. — Мы тебя не будем кушать!

Она засмеялась, довольная своей шуткой. С некоторым волнением Байдарин переступил заповедную черту и подошел к девушке.

— Твой друг Туару ждет тебя в твоем доме… А я хозяйка дома Туару, — похвасталась она своим, видимо, новым для нее положением. — Что сказать мужу, когда он вернется в свой дом?

— Я хотел поделиться добычей с вашим племенем, хозяйка дома Туару. Пусть женщины возьмут ее.

— Разве ты не знаешь, что добычу носят мужчины? — удивилась та.

— Один я не донесу добычу, — пояснил, слегка смутившись, Байдарин.

— У тебя есть твоя лодка, сын Сере-Гей, которая хорошо ходит по земле.

Байдарина несколько пугало такое развитие событий, хотя он чувствовал, то теперь ему многое позволено. Многое, но все ли? Не нарушит ли он тем самым какой-нибудь неизвестный ему закон? Тогда быстро растущие взаимные контакты будут навсегда испорчены. Поэтому, он несколько помедлил с запуском двигателя, не обращая внимание на нетерпеливые крики женщин. Неожиданно эти крики усилились, и Сергей высунулся из кабины, чтобы узнать причину. Из леса выходили мужчины. Вскоре подошел Туару и широким жестом пригласил Сергея следовать к его хижине. Сергей хотел выбраться из кабины, но Туару засмеялся и вскочил на вездеход, давая понять, что желает видеть его у дома вместе с машиной… Метеоролог окончательно отбросил сомнения и под восторженные крики подогнал вездеход к тростниковой хижине вождя.

— Будь гостем, сын Сере-Гей, — сказал Туару, приглашая его в дом. Убранство стен поразило Байдарина. Кроме оружия стены украшали различные головные уборы и яркие картины быта аборигенов: сцены охоты, пиршеств, обрядов… На одной из стен был изображен лежащий старик, с груди которого соскользнула черно-пестрая змея, и поднимающаяся фигура молодого, возникающего из контура старика-..

— Я, — ткнул себя в грудь Туару, показывая на картину. — Ты. — Мы братья одной священной змеи… Можно мне — можно тебе…

В этот момент в хижину вошла его жена. Туару немного смутился и, обняв жену, добавил: — Это нельзя. Хочешь, сын Туару даст брату хозяйку дома? Позови дочь Туару, — приказал он жене.

Теперь наступила очередь смущаться Байдарину. Прежде, чем он успел ответить, молодая женщина высунулась из хижины и крикнула на всю деревню:

— Найи-и!

— Ойё! — откликнулся звонкий молодой голос.

— Приходи, тебя хочет видеть брат сына Туару!!

Сергею пришлось объяснять, что по их обычаю надо спрашивать согласие девушки, прежде чем вести ее в свой дом.

— Твой обычай — мой обычай, — улыбнулся Туару. — Посмотрим, что скажет Найи.

В хижину легко вошла стройная девушка. Лицо ее напоминало самого Туару, но Сергея особенно удивило необычное сочетание: широкоскулое лицо и маленький рот с выпуклыми губами. Она улыбнулась и посмотрела сначала на Туару, потом на Сергея.

— Сыну Сере-Гей нужна хозяйка дома, — без всякой дипломатии начал Туару. — Пойдешь ли ты жить в его дом?

Девушка пристально осмотрела Байдарина с головы до ног и удовлетворенно кивнула головой.

— Не забывай, сестра, ты дочь уважаемого старого вождя Туару. Можешь и отказаться, — напомнил ей хозяин.

— Я пойду хозяйкой в дом сына Сере-Гей, — твердо ответила девушка.

— Теперь надо большой пир, — пояснил Туару Сергею, ошеломленному таким стремительным развитием событий.

Отказываться уже не имело смысла, да и девушка понравилась. Байдарина смущала только скоротечность сватовства и обряда брака. Впрочем, эта скоротечность, скорее всего диктовалась феноменом обновления. Совершенно естественно, что помолодевший муж уходил от старой жены, годящейся ему в матери, тем более, что по обычаю он считается сыном якобы умершего старика, и ему надо начинать новую жизнь. Естественно и то, что уважение соплеменников к человеку, сохранившему опыт первой своей жизни, не только остается, но и возрастает, так как из долины Смерти возвращается далеко не каждый. Все эти тонкости объяснил Туару, пока Найи с помощью женщин готовила свадебный обед, на который Байдарину пришлось пожертвовать и вторую половину убитой им лани.

Пиршество затянулось до глубокой ночи. Жениха и невесту украсили венками из цветов и посадили на почетное место, совсем как на земной свадьбе. Потом были танцы, и только с рассветом их отпустили. Сергей усадил невесту в вездеход. Она с большим удовольствием уселась в кресло и они под прощальные крики всей деревни двинулись к его дому.

— Много вы себе позволяете, молодой человек, — ворчанием встретил его Журавлев и вдруг замолчал, увидев за его спиной девушку.

— Знакомься, моя жена Найи, — сказал Сергей.

Леонид Игнатьевич поскреб бороду, пошевелил губами, пытаясь что-то сказать, но растерянно махнул рукой и пропустил их в комнату. Спать уже не хотелось и, пока Найи осматривала свои владения, Сергей рассказал о своих дневных приключениях Журавлеву.

— В общем без меня меня женили, — заключил он.

— Да, — погладил бороду биохимик. — Очень любопытно. Кто знает, Сережа, может быть, как говорили древние, в этом и заключается сермяжная правда. Только все-таки надо проверить биологическую совместимость и вообще посмотреть все параметры, раз уж так получилось. Я думаю, с твоей помощью можно будет взять на анализы ее кровь и срезы кожи. Как ты думаешь?

— Не знаю, не знаю… — усмехнулся Байдарин. — Мне почему-то забыли разъяснить права мужа…

— Осторожничаешь? Узнаю почерк Байдарина. Сам всегда отказывался послужить науке и другим не даешь. Ты эту политику брось, Сережа, дело серьезное…

— Ещё бы! Первый за всю историю экспедиции туземный экземпляр, — подзуживал метеоролог. — Грех, конечно, упустить такую возможность.

Однако после шутливой пикировки Байдарин согласился и пошел за девушкой. Войдя в свою комнату, он увидел, что та спит на мягком полу. Он не стал будить ее, лишь накинул легкое одеяло.

— Что? Отказалась? — озабоченно встретил его Журавлев.

— Спит. Не знаю, как тебе, а мне она чем-то нравиться. Хотя, честно говоря, не представляю, что это будет за супружеская жизнь.

— Вопрос, конечно, сложный, Сережа. Не говоря уже о биологической несовместимости, трудно представить ее хозяйничающей даже на кухне. Все-таки приборы, несмотря на их простоту… Знаешь, Сережа, для начала тебе, наверное, придется сложить очаг во дворе, как у них в деревне. Калориферы и прочее пусть осваивает потом.

— Пожалуй, — в раздумье ответил Байдарин и, помолчав, добавил. — А что, если у нас будут дети?