Максим Крючков - Клянусь победить врага

— На воздушной подушке? — улыбнулся Путешественник.

— На воздушной подушке, — подтвердил Абрахам, — В любом случае, они пришельцы. Они пришли откуда-то. И. склоняюсь к мысли, что тот агрегат действительно был исследовательской машиной ученых. По крайней мере, больше я подобных не видел.

— А какие же вы видели?

— Разные. Но знаете, все они были большими и шумными. Правда, гораздо быстрее, чем та. И, в отличие от той первой, на всех последующих увиденных мной машинах было вооружение. Интересно, что на них стоят не какие-нибудь бластеры, а станковые пулеметы. Правда, насколько я знаю об оружии, их пулеметы несколько совершенней наших в плане отдачи, разброса пуль и еще нескольких моментов, но это незначительно.

Футуристичное оружие я у них видел только один раз- это была огромный, с двухэтажный дом танк, стреляющий пучками света. Он был ужасно медлителен, не уверен даже, что он вообще мог двигаться, так что мы его легко подорвали. Да, кстати, забыл упомянуть — все машины пришельцев излучают жуткую радиацию…

— Радиацию? — переспросил Путешественник.

— Да-да, именно. Близко подходить к ним — уже смертельно опасно. И, знаете, из-за этой особенности среди наших ходят мифы. Будто бы «водители»- вовсе не пришельцы, а уцелевшие, но мутировавшие люди. Видите ли, во время гонки вооружений ходили слухи об атомных танках. Теперь вот некоторые считают, что это они и есть. Мол, там, в расплавленных руинах мегаполисов при массовом отступлении в горы оставались люди. Кто-то умирал от болезней и облучения, а кто-то сумел приспособиться и выжить в тех условиях, пусть и ценой изменений внешности. Но я в это не верю. Не мутанты управляют этими машинами. Пятьдесят лет — малый срок для таких изменений во внешности. Хотя что-то человеческое в этих пришельцах и вправду есть. И, честно говоря, мне от этого не по себе.

— Значит, вы уже долгое время воюете с этими существами?

— Да. Слава Богу, со времен до катастрофы сохранилось много оружия, к тому же здесь в горах полно военных баз. Так что, недостатка в оружии у нас пока что нет. Да, конечно, нас много погибает, но каждый старается унести с собой в могилу по пришельцу.

Знаете, многие молодые бойцы перед смертью, чтобы забрать с собой побольше врагов, выдергивают чеку одной из гранат и ползут прямо под проклятые танки врагов. Да, это ужасно, согласен. Но у нас нет выбора. Мы поклялись не сдаваться. И мы воюем!

Ведь если нас победят, то что будет? Человечество исчезнет, и ничто уже не останется после нас. Пока этих существ мало, видимо, только «первая волна». Но что, если они вызовут помощь? Поэтому у нас нет выбора — воевать или нет. Придется воевать. Знаете, как было во Вторую мировую? Солдаты шли на смерть и понимали это, но они клялись победить врага и бросались под вражеские танки, только бы затруднить их проход в глубины Родины. И ведь победили, хотя поначалу никто не верил — все только надеялись…

И мы тоже поклялись победить врага. Поклялись перед самим Человечеством. Конечно, шансов на победу мало. Но, пока мы сопротивляемся, есть надежда на наше будущее. И я верю в то, что однажды мы все-таки победим. Вот, например, сейчас мы пытаемся установить контакт с племенем людей, ушедших за перевал после Великой Суши, чтобы выяснить, происходит у них вторжение или нет. В любом случае мы объединимся с ними, а потом, возможно, найдем и других людей… Только так можно восстановить все то, что было разрушено.

Наши техники вовсю копаются в полуразрушенных танках пришельцев, чтобы понять, как они действуют. Недавно один из танков удалось привести в управляемое движение. Представляете, если мы освоим их технику, то сможем дать им достойный отпор! Они сейчас не могут пробить линию обороны, а если мы станем еще сильнее, то загоним их прямо на Юпитер, в другое измерение — откуда бы они не пришли!

Вновь наступило секундное молчание. Потом старик севшим голосом спросил:

— Вы ведь знаете, с кем мы воюем?

— Я могу предполагать, — кивнул Путешественник.

— Не скажете?

— Нет. Простите. Я лишь собираю архив, у меня нет полномочий вмешиваться.

— Но хоть скажите… У нас есть шансы на победы? — старик уже почти умолял.

— Извините, не могу.

— Черт возьми, но вы ведь тоже человек! — воскликнул Абрахам.

Путешественник лишь улыбнулся.

— Да, человек. Но у меня нет прав. Видите ли, вы еще не вполне разумны. Как вид. Вы не понимаете, что значит полномочия, для вас это — пустой звук. Поэтому и рухнул ваш мир. Коррупция, безответственность…

Знаете, эти ваши «захватчики» гораздо человечнее вас. Вы неразумны. Вы не умеете мыслить, вы лишь думаете. Вы не умеете слышать, вы только говорите.

— Человечность? — старик вскочил с дивана, — Что вы называете человечностью? Человечность — это способность к самопожертвованию ради других, а по вашим словам, человечность — способность к обустройству своей жизни в ущерб окружающим! И мы никогда не отступим, не сдадимся им. Это принцип — не сдаваться врагу! Мы поклялись победить его — и мы победим. Или умрем, пытаясь победить. Во имя Будущего. Во имя того, чтобы то, что создавалось на протяжении миллионов лет и не было забыто. Во имя Людей и Человечества.

— Что ж, это ваше право. Мое дело здесь сделано, — путешественник подобрал с пола диктофон, положил его в карман и встал со стула.

— Прощайте.

Через неделю

Абрахам подошел к молодому парню, лет семнадцати на вид. Тот стоял руки по швам, в глазах горела ярость. Старик положил руку ему на плечо и заглянул прямо в глаза.

— Дмитрий Сорокин, ты готов сражаться за себя?

— Да!

— Ты готов сражаться за свою семью?

— Да!

— Ты готов сражаться за все Человечество?

— Да!

— Дмитрий Сорокин, ты клянешься победить врага?

— Клянусь!

Старик довольно улыбнулся и снял руку с плеча.

— Ну вот и все, боец. Завтра ты сможешь исполнить свой долг и побороться за будущее Человечества.

Парень тоже расслаблено улыбнулся и с довольным видом ушел в пещеру.

Старик, сложив руки за спиной, смотрел на заходящее солнце и что-то бормотал себе под нос.

Этот день уходил в прошлое. Скоро займется новый рассвет.

Мария Гринберг

Доброволец

Шёл третий год той долгой войны…

Одной из лучших, с похвальным листом за успехи в учёбе и примерное поведение, Люция окончила школу. Девушке едва исполнилось восемнадцать, но она выглядела старше — рослая сероглазая блондинка, отличная гимнастка и чемпионка школы по пулевой стрельбе. Не было вопроса, что делать дальше. Как раз в дни выпускных экзаменов пришло известие — Империя вступила в смертельную схватку с новым врагом на востоке. Притворяясь союзником, вероломный деспот-правитель громадной полудикой страны готовил удар в спину. Вождь Империи принял смелое решение — упредить измену, продолжая войну с островитянами на западе и юге, одновременно двинуть лучшие силы на восток, молниеносным натиском сокрушить варваров. Родина напрягала все силы в неравной битве на два фронта, и Люция знала: её место там, в рядах бойцов.