Илья Новак - Гордость расы

Когда он замолчал, декодеры еще некоторое время щелкали, потом смолкли.

Второй птицоид ответил:

— Подтверждение пришло. Информация доставлена в неповрежденном виде. Оговоренная сумма переведена на ваш счет в электронном банке Млечного Пути. Двадцатая доля от нее, по вашему желанию, переведена на счет Лиги беспошлинной торговли.

Они замолчали. Прион стоял, вдыхая странный, кисловатый запах птицоидов, думая о том, что все прошло отлично. Лига контрабандистов получила свои двадцать процентов, они получили сумму, необходимую для ремонта «Китти».

Первый акрулос прощелкал:

— Благодарность за работу.

Они развернулись и, двигаясь мелкими шажками, помахивая для равновесия атрофированными крыльями, скрылись в шлюзе. Прион постоял еще немного, потом тоже повернулся и пошел к информаторию. Он уже свернул за поворот коридора, когда акрулосы достигли противоположных створок шлюза. Те с тихим шипением раскрылись, притаившийся за ними низший халганин двумя зарядами игольчатого пистолета прострелил головы акрулосов, оглянулся, перепрыгнул через трупы и выскочил в коридор.

Под потолком, над тем местом, где разговаривали максвелонит с птицоидами, висел зонд-шпион — миниатюрный шарик с ребристой поверхностью и торчащим книзу пучком нитевидных сенсоров. К запястью халганина, которого звали Фада, тонким ремешком была пристегнута консоль управления. Фада набрал приказ, и зонд, уже зафиксировавший аромат-образ Приона, полетел за максвелонитом.

ГЛАВА 5

Вскоре Лого Ваттан и Регос Кренча вышли к производственным помещениям станции «Зеро». Здесь мусорщики занимались переработкой того, что вылавливали из потока следующих к Свалке отбросов. Пахло раскаленными металлами, нагретым пластиком, органическими отходами и маслами. Широкие лопасти вентиляторов с гудением вращались под покатым потолком, вдоль которого тянулись ряды желтых ламп люми-света. Возле ворот ангара приютилась небольшая дверь, перекрытая пенометаллической плитой. Вокруг двери мерцала подкова защитной системы, слева виднелся квадратный пульт с кнопками и электронный «глазок».

Мальт позвонил и приблизил лицо к «глазку». Там мигнуло, конус тусклого света возник на мгновение; осветив глаз Лого, и, считав его сетчатку, погас. Плита бесшумно поднялась, они вошли внутрь.

Короткий наклонный коридор вывел в просторное помещение, приютившееся под ангаром, и Регос Кренча остановился, щурясь от яркого света. Помещение заполняло множество лабораторных столов без ножек, плавающих на гравитационных подушках в метре над полом. В глубине лаборатории что-то гудело, перемигивались разноцветные огоньки, булькала жидкость в прозрачных изогнутых трубках. Из-за ближайшего стола поднялся и подъехал киборг. Две гусеницы, полупрозрачный пластиковый торс, длинные руки, покрытые обычной кожей, но заканчивающиеся манипуляторами с толстыми гибкими пальцами.

Лица у киборга не было, только два круглых оптических приспособления под диафрагмами-«веками» и динамик.

— Мальтиец, — прогудело из динамика. Рука поднялась, манипулятор хлопнул Лого по плечу так, что тот присел. — Чего надо?

— Не слишком вежливо, а? — проворчал Ваттан, потирая плечо. — Где «рад тебя видеть», «как дела»?

Киборг откатился назад, его диафрагмы сузились.

— Я не спрашиваю, потому что знаю твой нрав. Наплевать тебе, что мы давно не виделись. И на мои дела тебе наплевать. Соответственно, и мне на твои. Ты пришел по делу, как всегда. Что у тебя?

Лого кивнул Регосу. Тот, подойдя к лабораторному столу, достал сверток, развернул и выложил на стол один из клубней. Киборг модификации «NUS» подкатил к столу. Манипулятор опустился, осторожно взял клубень и поднес его к «лицу». Диафрагмы расширились.

— И что?

— У нас есть кое-какие предположения. Ты не мог бы проделать анализ этого? Обычный.

— Ясное дело, мог бы.

— Ну вот. Сделай, а потом свяжись со мной через общую паутину «Зеро». Нам… в общем, это довольно срочно. Мы только прилетели, я еще не включал свой передатчик. Поэтому я буду подсоединяться к паутине каждые… ну, каждые полчаса. Оставь для меня сообщение, я его сниму. Если что-то интересное — мы вернемся. Договорились?

Как и большинство крупных поселений, станция «Зеро» имела свою общественную информационную паутину. Паутина, стандартная электронная система, предназначалась для поиска информации и связи между гуманоидами внутри «Зеро». Коммуникационные гнезда паутины были утоплены в стены по всей станции, но кроме них имелось и несколько информаториев — специальных помещений, аналогов старинных библиотек.

Просидев десять минут в одном из них, Прион Де Фес так и не узнал ничего нового о безымянной планете, на которую упал модуль-спасатель Регоса Кренча. Звезда Бенетеш, вокруг которой она вращалась, была обычным желтым карликом — ничего примечательного. С самого начала обнаружили, что полезных ископаемых и разумной жизни на планете нет, так что более тщательные исследования никто уже не проводил. В пангалактике слишком много планет, чтобы тратить лишние усилия и средства на каждую.

Прион узнал, что период ее вращения вокруг оси совпадает с сидерическим периодом обращения вокруг Бенетеш, то есть планета одной стороной постоянно обращена к звезде. На практике это означало, что с одной стороны всегда день, хотя в перигее свет ярче, а в апогее тусклее. Выходило, что Регос попал как раз на дневную сторону. Не очень далеко от Бенетеш располагались платформы Пакабланки — довольно сложное естественно-искусственное образование, основой которого служил десяток малых железистых астероидов. Их движение в космосе было синхронизировано, их соединили системой переходников и пенометаллических стяжек-распорок. Астероиды служили источником металла и одновременно военными складами и погрузочной базой. Раньше там жили птицоиды и халгане, но недавно акрулосы оттуда съехали, и теперь на Пакабланке хозяйничали только халгане. Платформы, насколько понимал максвелонит, стали местом, возле которого сейчас базировался костяк космического флота Халге.

Ну и что? Это ничего не давало ему в смысле выяснения тайны планеты. Прион проверил, есть ли на «Зеро» кто-то из Унии купцов, на которую работал Регос Кренча, отключил монитор и откинулся на сиденье.

Зонд-шпион висел под потолком в дальнем углу информатория. Пучок сенсоров был направлен в сторону максвелонита, считывая показания с экрана и передавая их на консоль низшего халганнна Фады, который терпеливо ждал снаружи, за изгибом коридора.

Задумчиво похлопав широкой красной ладонью по своим шишкам, Де Фес покинул информаторий и направился к бару. Вокруг него сновали мусорщики и туристы, земляне, мальты, либерийцы и птицоиды. Что-то свиристя, прошло несколько ящериц-крилей, а потом появился змей-коли. Прион даже приостановился, разглядывая его. Гигантское ракообразное медленно передвигалось на гипертрофированных задних конечностях, темный хитин влажно поблескивал в свете люми-ламп. Внутри коли, между тонкими пленками, образовывающими «легочную пазуху», жил ленточный змей-паразит, составляющий «разумную» часть симбиотического тандема змея-коли. Вместе с октонами, моржеподобными жителями планеты Гидроника, змеи-коли относились к двум древнейшим расам Оси.