Чарльз Ингрид - Салют Чужака

Джек загадочно улыбнулся.

Глава 4

Элибер закуталась в термальную простыню. Так было теплей. Одежда грела недостаточно. Дрожь озноба не проходила даже тогда, когда ее обнимал Калин. Она знала, что Калин хочет хоть как-то согреть ее, и была ему благодарна. Но рядом с ней не было Джека, и ничто не могло помочь ей.

— У тебя ледяные руки, малышка, — старик взял ее руки в свои ладони, стараясь хоть как-то отогреть их. — Слишком быстро прошло разморожение.

— Нет! Совсем не из-за этого! — Элибер не позволила ему вызвать доктора. Она стремительно высвободилась из его объятий. Калин невозмутимо посмотрел на нее. Элибер вспомнила, как они встретились когда-то. У них было много общего. Элибер знала, что Калин тоже об этом помнит. В те времена она была гибкой и юркой, как молодой зверек. Элибер забросили на очень холодный и унылый пограничный пост. Там она попыталась ограбить миссионерского прелата. Его помощник поймал ее, а Калин вместо того, чтобы наказать, решил взять ее с собой и помочь ей в поисках Джека.

Элибер задрожала. Калин обнял ее.

— Ладно, потерпи, Элибер, — сказал он. — Тебе станет легче, когда мы найдем Джека. Нам обоим будет легче.

Элибер согласно кивнула. Они решили осмотреть модуль.

Через десять минут Элибер устало покачала головой:

— Джека здесь нет, — сказала она.

— Чепуха. Может быть, Джека здесь и нет, но мы обязательно найдем его.

Элибер остановилась, и это заставило остановиться Калина.

— Калин, Джек не погружался в холодный сон. Его здесь нет. — Пару минут она помолчала и тихо добавила: — Я думаю, что мы па спасательном модуле, сброшенном с корабля. Вот почему медперсонал не разрешает нам никуда выходить. Это помещение да еще три каюты — это все, что на самом деле здесь есть.

— Сброшены? Ты имеешь в виду, что мы дрейфуем в космосе сами по себе? — удивленно переспросил Калин.

— Я так думаю. Джек считал, что криогенный модуль сможет выполнить задачу спасательного корабля. Но, вероятно, что-то случилось. Во всяком случае, они нам ничего не скажут, пока не разбудят всех остальных.

Элибер вздрогнула: неожиданно заработала термальная накидка. Ей стало тепло, а потом и вовсе жарко. Она сбросила простыню на пол. Мысль о том, что Джек бросил ее, больно полоснула по нервам. Неужели же он не верил ей? Как он мог? Вероятно, он все-таки догадался, что ее миссия на Битии заключалась прежде всего в его убийстве. И хотя Хуссия — Высший Священник — эта змеиная кожа — хорошо обучил ее, все-таки он не смог ей помочь: он просто сделал явной ее психическую способность убивать. Спасая Джека, Элибер спасла и свою жизнь. Но знал ли об этом Джек? Верил ли он ей по-прежнему?

Элибер потерла посиневшие от холода руки и в который раз постаралась отбросить все страхи.

Прежде чем она успела что-то сказать Калину, какой-то молодой человек отделился от группы и направился прямо к ним. Он был одет в богатый темно-синий комбинезон рыцаря Доминиона. Цвет скафандра очень шел этому блондину с голубыми глазами. От битийского солнца на его светлой коже выступили веснушки. Чуть заметная морщинка пролегла вдоль гладкого лба. Молодой солдат обменялся взглядом с миссионером. Он явно не знал, как ему заговорить с Калином. Немного помолчав, он обратился к Элибер:

— Все в порядке?

Элибер гневно посмотрела на него. Она попыталась подавить в себе ярость, и Роулинз, очевидно, почувствовал это. В его голубых глазах светилась боль. Элибер тряхнула головой:

— Извините, Роулинз, но Джека здесь нет.

— Я знаю, мэм. Командир сказал мне, что он будет бодрствовать.

— Он вам сказал об этом сам? — Элибер страшно удивилась. Она думала, что, кроме нее, никто об этом не знал.

— Да, мэм. Он ожидал нападения Тракианской Лиги. Я хотел сказать вам, что мы сброшены с корабля и, судя по тому, как мы теряем скорость, очень скоро выйдем из субпространства. И еще… он о чем-то тревожился, но в причинах этой тревоги не хотел разбираться сам, — Роулинз покраснел от мысли, что сейчас выдал тайну своего капитана.

Калин нахмурился. Его глубокие морщины стали еще глубже от этих известий.

— Каково наше положение? — спросил он.

— Воздуха и питания хватит дней на десять. Может быть, чуть больше, если все мы будем дремать. Мы находимся па автопилоте без необходимого навигационного оборудования на случай смены курса. — Роулинз посмотрел на Элибер. — Я пришел узнать: может быть, я могу чем-нибудь помочь? Мне хотелось вас видеть.

Элибер обхватила голову руками и тупо посмотрела на бронированную стену модуля. Через какое-то время она взглянула на Роулинза:

— Я в порядке.

— Вы уверены? — он быстро наклонился и поднял ее термальную накидку. — Лихорадку после выхода из криогенного сна многие переносят плохо.

— У меня ее нет, — коротко ответила Элибер.

Роулинз посмотрел на старика:

— А вы, Святой Калин?

— Я тоже в порядке. Спасибо, лейтенант.

— У меня не было возможности поблагодарить вас, сэр. Мне сказали, что вы спасли мне жизнь.

У старика был отрешенный взгляд. Он слабо кивнул и сказал:

— Вы мне — тоже. Мне приятно было это сделать. Мне пришлось помогать вам в трудной ситуации.

— Да, сэр. Я ведь не все помню. Мне кажется, что я очень спешил… но я рад, что я чем-то помог вам. — Роулинз выпрямился и отдал честь. — Если я буду вам нужен, дайте мне об этом знать.

Калин подождал, пока Роулинз отойдет подальше, и тихо засмеялся. Элибер удивленно взглянула на миссионера.

— А что тут смешного?

— Ах, моя дорогая. Это все ты. Ты снова разбиваешь сердца!

— Я? Ну уж нет! — она удивленно посмотрела вслед Роулинзу.

Он уже стоял среди проснувшихся рыцарей, Элибер больше не произнесла ни слова. Она села на холодный пол и скрестила ноги. Джонатан вышел из каюты врачей и тяжелой медвежьей поступью стал пробиваться сквозь толпу к Святому Калину. Калин вздохнул, увидев своего телохранителя, и вопросительно посмотрел на Элибер:

— Что ты собираешься делать?

— Медитировать, — ответила она.

— Это прекрасная мысль. Пожалуй, я тоже займусь этим. Я уже давно не молился. — Калин без лишних церемоний устроился рядом с Элибер.

При торможении старый корабль скрипел и стонал. Джек внимательно следил за перемещениями траков, используя сверхчувствительные микрофоны своего скафандра. Волосы на затылке спутались. Между лопаток бежал пот. Хорошо еще, что замшевая прокладка, в которой жил Боуги, постоянно поглощала его.

Самая тяжелая вещь на свете — это, конечно, ожидание. Уничтожать траков будет не легче, но поджидать их в разных засадах, которые он подготовил по всему корпусу корабля, будет еще труднее. Интересно, что будет с Харкинсом и его командой, когда Джек начнет действовать? Может быть, с ними все обойдется? В его плане все-таки была небольшая загвоздка, о которой он не стал говорить Харкинсу: траки могут забыть, что они ищут рыцарей Доминиона, и излить свою злобу на первых попавшихся человеческих существ. Экипаж был бы для них довольно-таки легкой добычей. На этом корабле было множество потайных мест. Но Джек решил, что экипажу прятаться не стоит. Так было нужно. У него не было выбора. Он должен быть уверен в том, что сможет вернуть криогенный модуль вместе с Элибер.