Наталья Новаш - В КОРОЛЕВСТВЕ КИРПИРЛЯЙН. Сборник фантастических произведений

— И поэтому ее место в заповеднике? — догадалась умная Кититак.

Все снова прошли мимо ржаного поля, мимо кур и рыжей коровы, и мимо козы, которая щипала траву.

— И все это запрещено? — заметила Кититак.

— Все это строго-настрого запретил вывозить с острова волшебник Каспар. Кроме зайцев, которых выпустили в ваш лес с тем условием, что каждую зиму на них охотится Пиф-Паф Гильза,

Могущественный волшебник Каспар днем и ночью приказал мне охранять заповедник, потому что каждое из растений и каждое из животных может таить неожиданную опасность.

«Наверно, и карамука тоже очень опасное растение!» — подумал догадливый Киркирук и рассказал Кассандре про странного доктора Кука.

Он и представить себе не мог, что рассказ про пузатого коротышку так напугает волшебницу.

— Так кто же такой — доктор Кук? — спросил он Кассандру.

— Наверное, он злой волшебник? — добавила Кититак.

Кассандра задумалась.

— Может быть, и не злой… — сказала она наконец, — а просто глупый…

— Глупый? — переспросила девочка, потому что еще не слышала такого слова.

А Киркирук слышал, как жители города глупым называли мэра.

— Что же такое — глупый? — спросил он.

— Глупый человек тот, — сказала волшебница, — кто не способен заглянуть в будущее и предсказать, что получится из его поступков. Может быть, доктор Кук и не хочет зла, но он глуп, потому что не может предвидеть, что получится из его карамуки и сколько она принесет зла…

— Так что же делать? — спросил Киркирук.

— Нужно срочно пойти к могущественному волшебнику Каспару и попросить о помощи.

Мальчик Киркирук и его сестричка попрощались с Кассандрой, сели в лодку и отправились в обратный путь.

В городе происходили очень грустные события. Взрослые возвращались из леса, и к несчастью, всех их удалось обмануть доктору Куку.

Увидев тех, кто спал в домике мэра, они верили, что эти четверо больны опасной болезнью. А поверив, соглашались рубить шоколадные деревья и сажать карамуку. Ведь они думали, что спасают своих детей.

Как только Киркирук и Кититак вернулись в город, их сразу же посадили в изолятор. Это была маленькая пыльная комната, рядом с той, где спали охотник, Дедуня и Гоголь-Моголь со Сладкоежкой.

«У детей появились первые признаки сонной болезни!» — сказал Кук сочинителю Карионису и строго-настрого запретил навещать детей.

И все это только из-за того, что мальчик решился назвать карамуку гадкой.

«Зачем мы пошли домой? — жалел Киркирук. — Почему не отправились прямиком к волшебнику! Теперь все погибло…»

«Как жаль, что нельзя написать записку! — горевала Кититак. — Даже маму с папой к нам не пускают!»

Один только Свистун Писулька приносил им завтраки и обеды из противной карамуковой каши. Да несчастная Пулька, которую из жалости приютил мэр, скулила под соседней дверью, где спал охотник, все надеясь пробудить его ото сна.

— Пулька, Пулька… — позвал однажды мальчик и подсунул под дверь собаке остатки каши.

Пулька не только слизала кашу, но просунула узкую мордочку в щель и лизнула Киркирука в нос, когда мальчик лежал на полу.

Тогда Киркирук вспомнил про лежавший в кармане маленький складной ножичек, с которым всегда ходил за грибами. Теперь ножичек пригодился совсем для другого дела Целыми днями мальчик упорно строгал снизу деревянную дверь, пока не образовалась дыра, в которую могла прошмыгнуть маленькая Пулька.

Может быть, мэр и заметил испорченную дверь, но не придал этому никакого значения. Ведь ни мальчик, ни девочка не могли выбраться через этот ход.

Глава четвертая

ПОБЕГ

Каждый день Пулька стала прибегать в изолятор. Кититак гладила собаку по пушистой спинке и говорила:

— Пулька, Пулька… Вот если бы ты была умная! Ты принесла бы записку от мамы или украла бы ключ у доктора Кука…

Но Пулька не понимала человеческого языка. Она только жалобно смотрела на девочку, и глаза ее слезились от нездоровой пищи. Ведь Пульку тоже кормили теперь только карамуковой кашей.

Пришла осень. В парке выросла карамука, которую посадили мэр и отставной секретарь. В сущности, это была просто большая-большая репа… Однажды вместо завтрака детям дали кусок пареной карамуки.

А однажды днем дети услышали какой-то стук, доносившийся со стороны леса.

— Что это? — спросили они у мэра.

— Это лес рубят, — ответил Свистун Писулька. — Кук приказал всем жителям города рубить деревья, чтобы сделать новые плантации карамуки.

Киркирук сжал кулаки, а Кититак заплакала — ведь в королевстве Кирпирляйн любили свой лес больше всего на свете.

— Надо что-нибудь делать! — сказал Киркирук.

— А что мы можем сейчас сделать? — сказала сестра.

— Бежать! Бежать к волшебнику Каспару! Ведь можно разбить стекло! Они же не догадались поставить решетки на окна! И поскорей — пока не наступили морозы.

— Мы сделаем это сегодня ночью! — обрадовалась Кититак. — И Пульку возьмем с собой. — Она взяла собаку к себе на руки, а дырку в двери на всякий случай заслонила подушкой.

Поздно ночью, как только погас свет во всех окнах городских домов, Киркирук разбил стекло в окошке, и все трое благополучно спрыгнули с подоконника на клумбу осенних цветов.

Путь беглецов лежал через весь город и через парк, в дальнем конце которого высилась Снежная гора.

Когда проходили по аллее мимо фонтана, Пулька вдруг заскулила и вырвалась из рук Кититак.

«Что это с ней случилось?» — удивились дети и, ничего не понимая, бросились за собакой.

Киркирук бежал первым. Прямо на его пути выросла черная высоченная башня. Он не сразу сообразил, что это космический корабль доктора Кука.

— Подожди тут, — сказал Киркирук сестричке и побежал вслед за Пулькой по трапу спящего корабля

Пулька нырнула в полуоткрытую дверь. Киркирук на цыпочках прокрался следом.

Стены тряслись от храпа доктора Кука, а храп доносился из самой дальней каюты в конце коридора.

Пулька бежала вперед и вдруг остановилась у входа в каюту. Тихонечко заскулила и стала обнюхивать что-то, стоявшее на полу. Это была сумка доктора Кука, а из сумки торчало ружье охотника.

«Не стоит оставлять его доктору Куку!» — подумал мальчик и схватил ружье вместе с сумкой. Собака перестала скулить.

— Умная, хорошая собака… — погладил ее Киркирук. — Ты почуяла вещь своего хозяина…

Ждавшая снаружи Кититак очень обрадовалась, когда снова все были вместе.