Лев Успенский - Эн-два-0 плюс Икс дважды

Вот Голов, тупица из тупиц, а смотрит с изумлением: "Тремзе! А Тремзе! В "Аквариум" бы такой газок..." И "поливановский" хулиган Тремзе, сын околоточного, который зверем смотрел на учительские приготовления, осклабясь, как Калибан, качает кабаньей головой своей и хохочет, и кричит: "Михал Ваныч! Коперник! Вы - победили!"

Застенчивый может превратиться в рубаху-парня, в удальца. Нежная княжна Мери - в буйную Клеопатру... И всё на тот срок, пока молекулы азота, соединившегося с кислородом, молекулы эндва-о, кружатся и пляшут в их жилах... Так где же тогда воспитание, характер, личность? Где я, человек? А черт его знает... Нет личности - азот и кислород!..

Тысячи проходили мимо этого "малозначащего предмета" с полным равнодушием, как слепые. А Вяча Шишкин, цыганенок-генеральчонок, вцепился в него мертвой хваткой. На всю жизнь. Он рассуждал так. Вон оно что! Закись азота выводит человека из равновесия, "веселит" его. Бромистые соединения "успокаивают". Какой-нибудь датурин вида цэ-16-аш-23-о-три-эн (опять, заметьте, о-эн) доводит до состояния смертельного исступления: "Белены объелся!"

Ну хорошо, пусть! Но, во-первых, почему "пусть"? А, вовторых, раз "пусть", так, очевидно, рядом с датуринами и бромидами должны существовать в мире тысячи неведомых и доныне не испытанных соединений, которые способны превратить хомо сапиенса во что угодно. В гориллу и в тигра. В кролика и соловья. В сатира и ангела. И кто сказал, что это превращение нельзя закрепить надолго, сделать стойким. Нужно - произвольным, надо насильственным? А если так, то не стоит ли всю свою жизнь, всего себя посвятить поиск ам подобного эликсира. Подобного зелья, черт возьми! Такой отравы!

"Мир исполнен возможностей, никогда не осуществленных!" - говорил Леонардо. Отыскать в грудах вещей и явлений хвосты этих возможностей и ухватиться за них может только гений. Я не могу разъяснить вам, как Шишкин нашел свой норд в мире химических явлений. По-видимому, он и был гением...

- Газ! - сказал он, стоя у стола, под которым присел на короткие лапки, как таинственная черепаха, обыкновенный лабораторный газгольдер, хозяйственно и наивно перевязанный желтыми чемоданными ремнями, точно толстый мопс сбруйкой. - Да, газ... Состав? Да вот: эн-два-о... Ну и... плюс икс дважды, скажем пока так. Плюс два атома еще одного элемента. Под воздействием света (и в присутствии воды) быстро разлагается на газообразные кислород и азот... Икс дает отчасти соединение с аш, отчасти улетучивается: Обнаружить его после реакции практически невозможно. Потому и икс. Вот такой газ, Коробов! В этой бомбочке он под приличным давлением его... порядочно. Представляешь себе?

- Это я представляю себе очень просто, - не желая показать своих чувств, сухо сказал я. - Но представления не имею - что это такое? Кому оно нужно и зачем... Газов много.

Бакалавр Шишкин, слушая, остановился перед моим стулом. Он был сегодня какой-то парадный: руки мыты с пемзой, борода подстрижена. Что такое?

- Скажи мне, Коробов, скажи, есть у тебя хоть столько воображения, как у профессора В. Тизенгольдта? Или ты - "всегда без этого"? Можешь ты представить себе... ну, хоть жидкость... Какую-нибудь там несмачивающую, пенящуюся, золотисто-желтую маслянистую дрянь... Пусть она слегка припахивает жасмином, туберозами, если ты их предпочитаешь. Пусть слегка фосфоресцирует в проходящем свете... Ты вводишь ее в вены самого тугоухого из твоих друзей, ну хоть Сергею Сладкопевцеву (ейбогу, Сергей Игнатьевич, не морщись, так и было сказано!), и - на то время, пока это вещество остается в его организме, он становится гениальным музыкантом. Играет, подбирает, напевает... Сочиняет сонаты. Бредит мелодиями. Не может без этого. Способен ты вообразить такое?

- Ты что, баккалауро, стал сотрудником "Мира приключений"? С Уэллсом хочешь соперничать?

- Я хочу соперничать не с Уэллсом, а с господом богом! - с внезапным раздражением и досадой рявкнул Венцеслао. - Если тебе угодно играть шута, играй: но, ей-богу, стоило бы стать посерьезней... Нет такой желтой жидкости. Есть газ! _Мой_газ_! Газ Шишкина! Голубоватый в малых концентрациях, изумруднозеленый в больших. Подожди - увидишь! Слегка кислит на вкус (как когда раздражаешь язык слабым током), в темноте фосфоресцирует... Странное такое лиловатое свечение... В замкнутом пространстве очень стоек. Соприкасаясь с аш-два-о, даже при слабом свете разлагается быстро, в темноте - медленно. Добыть его... Проще простого, потому что икс дважды - это идиотски вездесущее вещество. Отброс производства. Мусор.

- Слушай, Шишкин! - рассердился наконец и я. - Ты химик, но и я химик. Что ты меня вокруг да около водишь? Свойства, свойства... Меня интересует _действие_. Действие на человека, на металлы, на минералы, на что - в конце концов?

- Действие? А вот какое у него действие. - Вдруг, резко понизив голос, Шишкин сел рядом с моим стулом на кровать. - Действие - одно... Нет, прости, два. Первое: он энергично возбуждает центры Брока... Ну мозговые центры речи, говорения. Заметил? Вовторых, он одновременно (слышите? - одновременно!) нацело парализует центры фантазии... Если ты не... Должен же ты, наконец, понять, что это значит!..

В тот вечер я очень устал, еле на ногах держался. Я не был ни студентом, ни химиком. Я видел его возбуждение, чувствовал, что за ним что-то есть, но никак не мог начать резонировать на его колебания. Хорошо, любопытно, но - чем же тут так уж особенно восторгаться? Еще один наркотик, еще одно анестезирующее средство... Эх, Сереженька! Приходится признать: не умели мы с тобой проницать в будущее...

- Ну что ж, - сказал я ему тогда миролюбиво, - считай меня оболдуем: не пойму, что тебя выводит из себя...

- Что ты оболдуй - всем и так ясно, - сердито фыркнул он - но до какой же степени? Ладно, слушай! Вот ты вдохнул достаточный объем... _этого_газа_. Центры речи твои возбуждены. Ты начинаешь _говорить_. _Ты_не_можешь_не_говорить_._Ты_говоришь_непрерывно_. Но ведь фантазия-то твоя в это время угнетена, воображение-то не работает! Ты полностью лишен способности выдумать что-либо. Полностью! Абсолютно. Значит, говорить ты можешь лишь то, что действительно видишь, думаешь, чувствуешь. А думаешь ты тоже лишь о реально существующем. Понял? Следовательно, ты _говоришь_ _правду_. Только правду. И - всю правду, до конца...

Он вгляделся в меня, и ему показалось, что этого не достаточно.

- Если ты ненавидишь своего соседа по квартире, ты звонишь к нему и выкладываешь ему всё, от "а" до "зет". Если ты непочтительно мыслишь о ныне благополучно царствующем, ты не будешь молчать. Если ты - муж, а вчера побывал в веселом доме в Татарском переулке, ты, возвратившись домой, на вопрос супруги так и отчеканишь: "В Татарском переулке, милочка, и не в первый раз..."