Эдгар Берроуз - Скелетоиды с Юпитера

Ю Дан и я были препровождены через площадь к входу одного из надежно охраняемых зданий. Отвратительные, ворчащие, мало чем отличавшиеся от черепов головы воинов, их похожие на скелеты конечности и тела в сочетании с темным, пещерообразным входом здания наводили на мысль о сходстве всего этого с библейским входом в исподнюю дьявола охраняемую истлевшей нежитью. А подобные сравнения явно не улучшали настроение. Некоторое время мы ожидали и несколько воинов внимательно рассматривали нас как бездомных котов.

– Они чем то похожи на саваторов или еще хуже, – сказал один из них.

– Они еще более отвратительные, – ответил другой.

– Один из них темнее другого.

В этот момент я впервые был поражен цветом кожи этих могоров. Вместо цвета слоновой кости она была пурпурной с розовым оттенком. Я взглянул на Ю Дана. Он тоже был темно-красного цвета. Я взглянул на свои руки и увидел, что они тоже были темно-красного цвета, но не такого нащенно темного, как цвет Ю Дана. Это первоначально поразило меня, а затем я понял, что отблески вулканического пламени подсвечивающие затянутое облаками небо придают нашей коже более темный оттенок, а похожая на пергамент желтая кожа могоров приобретает пурпурный оттенок. Я оглянулся и заметил, что подобный красноватый оттенок присутствует на всех видимых предметах.

Все это напомнило мне куплет популярной песенки, которую я услышал во время одного из моих посещений Земли. Он звучал приблизительно так:

Я вижу мир сквозь стекла розовых очков И все вокруг наполняется радостью…

Но вокруг меня было очень мало радости и розовый цвет не добавлял ее этому миру.

Вскоре появился офицер и приказал нас ввести в здание. Внутреннее убранство здания ничем не отличалось наружной угрюмости. Это был, как в дальнейшем я узнал, главный дворец правителя могоров. Во внутреннем убранстве дворца полностью отсутствовали какие-либо украшения. Искусство не оставило своего следа на унылых коричневых, сложенных из туфа, стенах мрачных коридоров и пустых прямоугольных залов. Огромные оконные проемы не были закрыты драпировкой, шероховатый коричневый пол не прикрывали какие-либо ковры. Со всех сторон на нас смотрели лишь голые стены. Ранее мне никогда не приходилось находиться в более угнетающем помещении, чем это. Даже подземелья под заброшенными городами Барсума часто имеют потолки украшенные лепкой, причудливые арочные дверные проемы, кованые ажурные решетки, свидетельствующие о художественном вкусе своих создателей. Могоры, подобно смерти, не нуждались в искусстве.

Нас привели в огромный, пустой зал в котором находился только стол с сидящими за ним могорами, окруженный стоящими воинами. Все могоры выглядели одинаково, но я давно заметил, что их можно различать по некоторым физическим признакам и чертам лица. Таким образом я сразу узнал Галлиона, стоявшего возле стола. Галлион был командиром корабля, доставившего меня с Марса.

Меня и Ю Дана остановили на некотором удалении от этой группы воинов и пока мы стояли в зал ввели еще двоих краснокожих марсианина – мужчину и девушку. Девушка была необычайной красоты.

– Вая! – воскликнул Ю Дан, но я и без этого догадался о том, кем она была.

Мужчиной был никто иной как Мултис Пар, принц города Зора. Он выглядел взволнованным и подавленным, хотя природная спесь этого человека отчетливо проглядывалась в гримасе его лица.

Когда Ю Дан воскликнул, один из охранявших воинов прошипел:

– Молчать, выродок!

Глаза Ваи, заметившей моего спутника, расширились от удивления, она рванулась к нему, но сопровождавший ее воин сжал ей руку и остановил ее. Злорадная усмешка разрезала тонкие губы Мултиса Пара.

Скелетоид сидевший за столом отдал приказания и всех нас четверых подвели и выстроили перед столом. Это существо внешне не слишком отличалось от всех остальных могоров. На нем также не было украшений. Его снаряжение и оружие было обычным и практичным. Единственное, что отличало его снаряжение от подобного снаряжения других могоров, так это наличие на нем иероглифов. Тогда я не понимал, что они обозначают, но со временем я узнал, что каждый иероглиф обозначает имя, ранг и должность того, кто его носит на своем снаряжении. Иероглифы на снаряжении существа сидевшего за столом гласили: «Бандолиан, Император Могоров».

Перед бандолианом на столе лежала большая карта, в которой я мгновенно признал карту Барсума. Это существо и его соратники судя по всему старательно изучали ее. Когда нас, Ю Дана, меня, Ваю, Мултиса Пара поставили перед столом, бандолиан посмотрел на принца Зора.

– Кого из них зовут великим полководцем Барсума? – спросил он.

Мултис Пар указал на меня и бандолиан перевел свои впалые глаза на меня. Его взгляд напоминал взор Смерти выбирающей свою жертву.

– Как я понимаю твое имя Джон Картер? – произнес он.

Я ответил утвердительным кивком головы.

– Хоть ты существо низшей расы, – продолжил он, – но природа наделила тебя каким-то разумом. И именно к этому разуму обращаются мои приказы. Я намерен напасть и покорить Барсум (он назвал его Гаробусом) и я приказываю тебе предоставить и моему штабу всю известную тебе информацию о основных вооруженных силах Гаробуса и, в особенности, о стране известной как Гелийская Империя. В обмен на это тебе будет сохранена жизнь.

Некоторое время я молчаливо рассматривал его лицо, а затем разразился смехом. То что с трудом можно назвать плотью на его лице побагровело.

– Как ты, выродок, смеешь смеяться передо мной! – зарычал он.

– Рассматривай это как ответ на твое предложение, – прозвучал мой ответ.

Бандолиан пришел в ярость.

– Убрать его и уничтожить! – приказал он.

– Подождите, Великий Бандолиан! – закричал Мултис Пар. – Его осведомленность будет вам очень полезна и я знаю, как заставить его говорить.

– Что ты предлагаешь? – приказал бандолиан.

– В его жизни есть нечто, чем он дорожит. Доставьте ее сюда и он сделает все, чтобы уберечь ее от страданий.

– Я никогда не сделаю того, что требуют у меня могоры! И если ее доставят сюда – это станет печатью на твоем смертном приговоре! – ответил я Мултису Пару.

– Все! Довольно! – распорядился бандолиан. – Убрать его отсюда!

– Разрешите мне уничтожить это существо, называющее себя Джоном Картером? – спросил офицер возглавлявший караул доставивший нас в дворцовый зал для приемов.

– Чуть позже! – ответил бандолиан.

– Но он ударил могора, – добавил Галлион. – Одного из моих офицеров.

– Он умрет и за этот проступок, – ответил бандолиан.

– Я не смогу умереть дважды! – парировал я.

– Убрать его отсюда! – завопил бандолиан.