Лев Петров - Пепел Бикини

Рабочих снова собрали к управлению.

– Ребята, – сказал им Болл, – работа окончена! Завтра утром вы получите расчет, и начнем грузить вас на «Санта-Круц»… Да-да, на этот белый теплоход в лагуне. Могу вас еще обрадовать: каждый из вас получит бумагу, по которой вы будете иметь возможность поступить на любое предприятие в Штатах вне всякой очереди. Это вам подарок от Холмса и Харвера. Я рад за вас, ребята!

Они тоже были рады – за себя. Чарли едва не прыгал от радости.

Кто-то осторожно спросил:

– Не скажете ли вы, мистер Болл, что мы тут строили?

Болл пожал плечами:

– Знаю не больше вашего, ребята. Вы ведь слышали – заказ военный. Государственная тайна… Но вы можете гордиться тем, что честно выполнили эту работу. Ну, а теперь отдыхайте.

Люди, довольные, разошлись по баракам, но почему-то избегали смотреть друг другу в глаза. Никто не говорил о предстоящем радостном событии – возвращении на родину на шикарном теплоходе «Санта-Круц». Все словно стыдились чего-то.

– Вот ты как хочешь, Чарли, но мне кажется, что мы сделали что-то нехорошее, – сказал, укладываясь спать, Дик. – Помяни мое слово – это так.

– Не каркай! – досадливо отмахнулся Чарли. – Чепуха все это.

Но заснуть он не мог долго, ворочался с боку на бок, вздыхал, вспоминая Джейн. Потом она приснилась ему, растерзанная, в лохмотьях, с умоляюще протянутыми руками. «Это ты виноват!» – сказал голос. Чарли бросился бежать, провалился в пропасть и проснулся. Дик тряс его за плечо:

– Вставай, мальчуган. Будем готовиться к погрузке.

Но погрузки не было и в этот день. Начальство нервничало, чего-то выжидая. Люди в белых халатах тоже не работали. Вместе со Смайерсом и человеком в пробковом шлеме они сидели на веранде управления и пили прохладительные напитки.

– Я бы сейчас тоже выпил чего-нибудь холодненького, со льдом, – вздохнул Дик, завистливо поглядывая в сторону веранды.

Но рядом с управлением, у подножия стальной башни, расположились трое здоровенных молодчиков в трусах и белых панамах, со свисающими через плечо автоматами. Не то чтобы они запрещали подходить близко к веранде или к башне, но всякого, кто нечаянно приближался к ним, они мерили взглядами, исполненными такого недоумения, что тому оставалось только поспешно ретироваться.

Чтобы рабочие не слонялись без дела, Болл приказал сжечь весь картонно-фанерный хлам, валявшийся на острове. В ослепительном сиянии солнца не было видно пламени; казалось, что стружки, бумага, фанера сами собой чернеют, скручиваются и исчезают потихоньку, выпуская в небо синий дымок. Через полчаса ветер смел в океан пепел.

– Как насчет отправки домой, сэр? – спросил одного из десятников Дик.

Последовал короткий ответ:

– Ждите.

И они ждали. Зевали, валялись на койках, играли до одури в карты и снова зевали. Нехотя пообедали, затем поужинали. Упала черная ночь. Не обменявшись, против обыкновения, ни словом, Дик и Чарли улеглись спать.

…Утром началась суматоха. Рабочих подняли чуть свет и приказали разбирать бараки, опустевшие склады и здание управления. От теплохода к берегу сновал катер. Все воспрянули духом; работали дружно и весело, обмениваясь шутками. От вечернего уныния не осталось и следа.

– Кажется, двигаемся наконец? – шепнул Чарли Дику.

– Кажется, так, старина, – довольно ухмыльнулся тот.

К полудню все здания были разобраны и погружены на пароход. Последним исчез в трюме тяжелый сейф начальника строительства, и Чарли под усмешки товарищей выразил сочувствие грузившим его людям:

– Ведь когда мы волокли эту махину сюда, она была пустая и легкая, а теперь, битком набитая бумагами, стала вдвое тяжелее. Все, наверно, секретные документы…

Когда имущество было погружено, стали перевозить рабочих.

Прыгнув в катер, Чарли и Дик оглянулись на осточертевший остров. Закованный в цемент и бетон, прошитый металлическими брусьями, он напоминал исполинское морское животное, горбом выпятившее серую спину из лазурных вод океана. На вершине горба возвышалась решетчатая стальная башня, подпирающая громадное сверкающее яйцо, а под ней маячили фигуры парней в панамах и с автоматами. Больше на гладкой поверхности острова не было никого и ничего.

Рабочих разместили в трюме. Как выразился Чарли, здесь было гораздо лучше, чем в свинарнике, в котором они ехали сюда, но все же хуже, чем можно было предполагать, судя по нарядному виду теплохода.

– Если не нравится, сойдите, сэр, и дождитесь следующего рейса, – съязвил кто-то. – Тогда вам, несомненно, предоставят «люкс».

– В трюм спустился кассир. За ним несли столик и кожаный чемодан. Наступил долгожданный миг. Каждый получил по два конверта – один с чеком, другой с рекомендацией – и по двести долларов наличными. Чарли и Дик, поспевшие, как всегда, первыми, вскрыли конверты. с чеками и чуть не задохнулись от изумления и радости: на нежно-лиловых узорчатых листках плотной бумаги были выведены фантастические числа – четыре тысячи… Четыре тысячи долларов!

– Выйдем на палубу, – после короткого молчания сказал Дик, – душно мне что-то…

Они торопливо выбрались наверх и остановились на корме.

– Да-а… – пробормотал Чарли, – четыре тысячи! Подумай только, четыре тысячи за пять месяцев! Теперь уж я…

– И рекомендация! Не забудь про рекомендацию, старик! Стивен клялся, что это лучше всяких справок о лояльности…

Они поглядели друг на друга и счастливо рассмеялись. Вдруг Дик схватил приятеля за руку:

– Гляди, Чарли! Что они там делают?

Парней с автоматами уже не было возле башни. Но на ее вершине, возле купола, копошились люди в белых халатах. Даже с борта теплохода, на расстоянии не менее двухсот метров, было видно, что они очень торопились. Вот один из них спустился, осмотрел кабель, тянувшийся сверху, и что-то крикнул. Сейчас же спустились и остальные.

– Вон он, тот, тощий дьявол! – прошептал Дик. Человек в пробковом шлеме и люди в белых халатах поспешно сбежали к берегу и прыгнули в катер. В то же мгновение корпус теплохода задрожал мелкой дрожью: заработали машины. Едва катер был поднят, как заплескалась вода за кормой, и остров медленно поплыл в сторону. Теплоход, набирая скорость, вышел из лагуны и взял курс на юг. Чарли и Дик как завороженные смотрели в сторону острова. Он уменьшался на глазах. Башня с куполом становилась все ниже и тоньше и наконец превратилась в едва заметную черточку на горизонте.

Кто-то кашлянул над их головами. Они оглянулись и увидели человека в тропическом шлеме, стоявшего на мостике. Он всматривался в ту сторону, где таяли очертания острова. К нему подошел моряк в кителе с золотыми нашивками – очевидно, капитан.