Грэхэм Мастертон - Сфинкс

Недавно они встретились вновь и сейчас были друзьями. Кроме того, их связывала работа: Мэгги была секретарем Гина.

Гин отламывал хлеб и ел его большими кусками.

- Тебе удалось что-нибудь узнать? - спросил он после долгого молчания.

Она ухмыльнулась:

- Ты растолстеешь, если будешь есть так много хлеба.

- От этого нельзя растолстеть. Знаешь, что я съел вчера вечером? Всего одно крабовое пирожное. У меня с утра кишки урчат от голода.

Мэгги подняла с пола матерчатую сумочку и начала исследовать ее содержимое. Она достала маленькую записную книжку.

- Я узнала почти все, кроме номера телефона, - сказала она. - Тебе нужно подождать ддо завтра, в понедельник утро откроется справочная служба телефонной компании.

Гин кашлянул.

- Я важная политическая фигура, и я должен ждать до завтрашнего утра? Разве Джек Кеннеди когда-нибудь ждал до понедельника?

- Я это предвидела, - сказала Мэгги, - но дело в том, что я хотела все сделать тихо, без лишнего шума. Мне уже позвонила секретарша сенатора Хозбаума, спрашивала, как у тебя дела с великолепной Лори Сэмпл. Я бы на твоем месте не предавала огласке этот роман.

- Роман? Кто говорил о романе? Если ты называешь романом вывихнутую лодыжку и укушенный язык...

Мэгги уставилась на него:

- Ты же сказал, что это просто ранка.

Гин пожал плечами, смутившись:

- Ранка, укус... какая разница!

Мэгги щелкнула пальцем по страничкам блокнота.

- Дом Сэмплов довольно интересен. Он находится в Мерриаме, на участке в сорок акров, земля - их собственность. Большая часть территории покрыта деревьями и кустарником. Мне обещали аэрофотоснимок усадьбы. Дом довоенный постройки. Это особняк с пятнадцатью спальнями, построенный табачным плантатором из Виргинии. В разное время домом владели плантаторы и политики, пока он не пришел в негодность в 1911 году. Потом дом пустовал и был куплен Сэмплами в 1973 году, когда Жан Сэмпл был направлен во французское посольство в Вашингтоне, с тех пор они живут там.

Им принесли яичницу с бифштексом. Гин обильно посыпал перцем свою порцию, а Мэгги продолжала читать свои записи:

- Жан Сэмпл был очень образованным и богатым человеком. Он родился в 1919 году в Сассенаже, в Изире, в состоятельной семье. Похоже на то, что карьера дипломата была предусмотрена для него заранее. В 1951 году он в качестве начинающего дипломата прибыл в Египет, где и познакомился со своей будущей женой Лейлой. О ней я почти ничего не узнала, кроме того, что ее девичья фамилия Мизаб и что она долго жила в Судане. Их единственная дочь Лори родилась в Париже, ей девятнадцать лет. - Мэгги взглянула на Гина и продолжала: - Жан Сэмпл тратил много денег на благотворительность, делал пожертвования национальным паркам в Африке. Но, несмотря на это, он был страстным охотником, и во время последней охоты его насмерть задрал медведь. Я видела отчет канадского следствия по этому поводу.

Гин отправил в рот кусок бифштекса и нахмурил брови.

- Это все? - спросил он. - А что насчет ценностей, у них есть какая-то коллекция? Ведь дом так тщательно охраняется.

- Нет никакой коллекции, - ответила Мэгги. - Я разговаривала с двумя французскими дипломатами, которые знали его, оба подтвердили, что Жан Сэмпл никогда ничего не коллекционировал. Они знают только то, что он очень любил уединение. И еще они сказали, что его жена очень красива, один даже назвал ее "ун гранд пуатрин".

- Что это значит?

- Само совершенство - я думала, твой французский достаточно хорош, чтобы понять это.

- Перестань подшучивать и ешь свой бифштекс.

Пообедав, они вышли на улицу.

Был хмурый, сырой день, какие обычно бывают в сентябре-октябре, когда погода начинает портиться. Над ними с ревом пронесся реактивным самолет, он пролетел над Потомаком по направлению к аэропорту и пошел на снижение. Они подошли к тихому зданию с колоннами, где работал Гин, и Мэгги протянула ему руку.

- Спасибо за ленч, - сказала она, - это был мой лучший бифштекс за последнее время.

- Я рад. Может, нам следовало бы почаще это делать?

- Делать что? - спросила она, притворяясь, что не понимает.

Он посмотрел на нее, затем наклонился и поцеловал ее в лоб.

- То, что делают все хорошие друзья: общаться почаще.

- Будь осторожен.

- Что ты имеешь в виду?

Она плотно закуталась в вязаный жакет.

- Так сказал один из тех дипломатов, с которыми я говорили о Сэмплах. Я не рассказала тебе об этом, потому что это звучит смешно. Но это насторожило меня.

- Я должен остерегаться собак?

- Нет, это еще более странно. Когда один из них рассказывал мне все о миссис Сэмпл и Лори, он спросил, касается ли это женитьбы. Я ответила, что не думаю. Но он сказал: "Если кто-то собирает информацию с этой целью, предупредите его о танце".

- О танце? Черт возьми, что все это значит?

- Не знаю. Я же говорила, что это смешно и странно. Но думаю, ты должен об этом знать на всякий случай.

Гин взял ее за руку и засмеялся. В колоннаде отозвалось эхо.

- Моя хорошая Мэгги, - сказал он. - Жениться на Лори Сэмпл - это самое последнее, что я собираюсь сделать. После того, как она со мной обошлась прошлой ночью, я не уверен, увижу ли ее снова, не говоря уже о женитьбе.

- Не знаю, - сказала Мэгги, - я всегда представляла тебя с кучей детей, за рулем многоместного автомобиля и с загородным домом в Гранд Рапиде.

- С Лори Сэмпл? Ты шутишь!

Мэгги пожала плечами:

- Когда-нибудь ты все поймешь. Было время, когда я думала, что рядом с тобой буду я.

Ветер растрепал его темные волнистые волосы. У него было мужественное лицо с правильными чертами, которое выражало сейчас и печаль, и уверенность.

- Мэгги... - сказал он.

Она покачала головой и отвернулась.

- Не обращай внимания, - сказала она мягко, - все, что ты делаешь, вероятно, правильно и хорошо для тебя, так что не обращай на меня внимания.

Она пошла вниз по улице, а он остался стоять под величественным сводом, думая о том, что она сказала.

Спустя час Гин выключил настольную лампу и снял очки в тяжелой оправе. Доклад был почти готов, он мог без особого труда закончить его завтра утром.

На улице было светло, оставалось еще часа три-четыре до наступления темноты. Он собрал свои бумаги и встал. Может, ему стоит снова съездить к Лори Сэмпл?

Эротический образ Лори являлся ему в мыслях целый день. Даже утром, во время собрания, стоило ему на мгновение закрыть глаза - и он видел ее волнующее тело, облаченное в шелк, и красивое лицо с кошачьими глазами.

"Эта женщина волнует меня" - сказал он себе, доставая сигарету. Почему бы ему не съездить туда и не увидеться с ней. Ведь должен же быть на воротах звонок для посетителей. Может, если он позвонит и заявит о себе, вместо того чтобы тайком перелазить через стену как второсортный грабитель, он попадет в дом обычным приличным путем. Он надеялся, что Лори не заметила его ботинок.