Ежи Жулавский - Победитель (Лунная трилогия - 2)

Ознакомительный фрагмент

Говоря это, он подхватил онемевшего Элема и, подняв его с земли, как перышко, начал танцевать с ним по равнине.

- Дорогой, благородный потомок безумцев, подобных мне! восклицал он.- Как же я рад, что вы здесь ждали меня! Теперь будем веселиться здесь, ты покажешь мне все, что я хочу увидеть, а потом потом я должен буду взять тебя с собой, когда буду возвращаться на Землю!

Он поставил монаха на землю и продолжил:

- Ты знаешь, ведь я могу возвратиться сразу, как только захочу! Не так, как те безумцы семь веков назад, благодаря которым вы обрели жизнь на Луне.

Он схватил его за руку, как ребенок, и потянул к своей машине.

- Смотри, прежде всего я спустился сюда, а не в ту безвоздушную пустыню, которую им пришлось с трудом преодолевать. Выстрел был хорошо рассчитан. Каково? В самую середину полярной котловины рядом с вашими домами, где вы меня, оказывается, ждали... А потом, видишь, мой снаряд как бы окутан внешней стальной оболочкой и находится как в пушке! Да, да, уважаемый, я прилетел сюда в собственной громадной пушке, которая сама набрала в себя сгущенный воздух, опускаясь. Видишь, как она стоит, все рассчитано! Под тем же самым углом, как упала... Там внизу есть устройство, наподобие ног, которые сейчас углубились в грунт - прекрасный лафет! Достаточно мне войти туда, закрыться, нажать кнопку и - я возвращаюсь на Землю. Тем же самым путем - понимаешь, все математически рассчитано, и я тем же самым путем, каким попал сюда, возвращаюсь на Землю!

Он говорил быстро и весело, не замечая, что монах не понимает даже трети его слов. В их потоке он смог уловить только одно предложение - "возвращаюсь на Землю!" И внезапный, чудовищный страх сжал ему горло

- Господин, господин! - только и смог он выговорить, судорожно цепляясь поднятыми руками за его одежду.

Марек посмотрел на него - и улыбка замерла на его губах. Монах выглядел страшно. У него тряслись маленькие детские ручки, а в поднятых глазах читалась какая-то мольба, отчаяние и страх...

- Что?.. Что с тобой?..- прошептал он, невольно отступая. Элем воскликнул:

- Господин! Не возвращайся на Землю! Мы ждали тебя, разве ты не понимаешь, что это значит: мы ждали тебя долгих семь столетий! Теперь ты пришел и говоришь удивительные вещи, которых ни я, ни кто другой на Луне не поймет! Мы знаем только одно: если бы не вера в тебя, если бы не надежда, что ты в самом деле придешь, жизнь здесь была бы невыносимой - в нужде, в угнетении, в таких мытарствах! А ты теперь говоришь, что снова уйдешь, и хочешь мне показать...

Он повернулся и неожиданным жестом протянул руку к останкам Ады, снесенным в монашеском плаще с горы, откуда видны Солнце и Земля.

- Смотри! Это Ада, жрица твоя, которая знала тебя, когда ты был Старым Человеком, и которой ты обещал вернуться! Она ждала тебя до конца своих дней, и когда умерла, все равно ждала, глядя слепыми глазами на Землю так, как и все мы, и они тоже ждали вместе с ней и с нами!

Говоря это, он указал рукой на холм, по которому сновали в розовом свете солнца Братья Ожидающие, снимая трупы с их мест, чтобы снести из вниз к стопам Победителя.

- Они тебе уже не потребуются! Ты пришел - и закончилось их утомительное посмертное бдение! Они сгорят здесь в этой котловине, где еще никогда не горел огонь, потому что мы без него ждали тебя здесь семь столетий, и тем обретут вечный покой! А мы будем тебе нужны, тебе потребуются все те, которые разосланы сейчас по лунной стране, над далеким морем, на равнинах, в горах и над потоками вод!.. А ты, пришелец, шутишь со мной. И хочешь возвращаться!

Он говорил это все страстно, почти торжественно, без тени того страха, который раньше сжимал ему горло. На последних словах его голос дрогнул в какой-то горькой, болезненной иронии.

Марек уже не смеялся. Он смотрел на монаха широко открытыми глазами, как будто только теперь понял, что его безумный полет на Луну по воле случая соединился с чем-то огромным, без его ведома, тяжелым бременем, свалившимся ему на плечи... Минуту назад он смеялся над легендой, живым участником которой невольно оказался,- теперь его охватил страх. Он потер лоб ладонью и взглянул на монахов, которые сносили с гор останки умерших и молча укладывали их на мох, повернув лицом к нему.

- Чего вы хотите от меня? - невольно спросил он.

- Спаси нас, господин! - закричал Элем.

- Спаси нас, господин, спаси нас! - хором повторили, как эхо, Братья Ожидающие.

- Но что с вами здесь происходит? Скажите же наконец... Он оборвал фразу и тяжело вздохнул

- Что с вами происходит?

Элем обернулся на толпящихся за ним Братьев и выступил вперед.

- Господин,- начал он,- над нами властвует зло. Шерны не дают нам покоя. Когда ты ушел отсюда Старым Человеком...

Марек прервал его нетерпеливым жестом. Он присел на землю и движением руки подозвал монаха к себе.

- Прости меня, брат,- сказал он, кладя руку на его маленькое плечо,- прости меня за то, что я так себя вел, но... Послушай теперь меня и постарайся понять то, что я тебе скажу. Я сделаю для вас все, что только в моих силах, хотя... я совсем - ты понимаешь меня? - я совсем не тот ваш Старый Человек. Тот умер семьсот лет назад, тут, на Луне, в безвоздушной пустыне, и я знаю о нем и о вас только потому, что перед смертью он прислал нам на Землю свой дневник... А я прилетел сюда совсем случайно, не зная, что вы меня здесь ждете...

Элем чуть усмехнулся. Как свидетельствовала в своих записях Ада, это всегда было свойственно Старому Человеку, он не хотел, чтобы знали, что он... Старый Человек. То же самое теперь повторяется и у Победителя. Однако он молча наклонил голову, как бы соглашаясь с тем, что слышит.

Тем временем Марек продолжал:

- Но я прилетел. И в конце концов, видя, что вы нуждаетесь во мне, я готов... Но не знаю, смогу ли я сделать то, чего вы от меня ждете. Кто такие эти шерны? Это здешние жители, не так ли?

- Да. Они омерзительные. С тех пор как ты от нас... с тех пор, как Старый Человек ушел от нас, вся наша жизнь - это неустанная борьба с их злой силой. Там, при Теплых Озерах, где было первое поселение, в подземном хранилище сложены книги... Мы здесь в книгах не нуждаемся: весть о тебе передавалась из уст в уста, - но там есть книги. Некоторые из них обещают твой приход. А другие начинаются со слов: "Чтобы Старый Человек знал о бедствиях народа своего, когда вернется Победителем..." И действительно, там есть мало страниц, на которых говорилось бы о чем-то ином, а не о несчастьях твоего народа, господин. Там описана наша история. Когда ты прибудешь на Теплые Озера, господин, и прочитаешь эти книги, ты узнаешь, что шерны не дают нам покоя уже семь столетий. Сразу после ухода... Старого Человека они переправились через Великое Море и стали уничтожать наши поселения. Было время, когда никто не мог даже дышать свободно. Они сжигали наши дома, убивали нашу молодежь, уводили наших жен. А сегодня, сегодня, когда ты вернулся, о господин, сегодня еще хуже, чем когда бы то ни было! Все человеческие поселения, расположенные к северу от Великого Моря до самой Пустыни, находятся под властью шернов! А у Теплых Озер, где находится столица первосвященника, они держат своего наместника, который владеет укрепленной башней и собирает дань. С шернами заключен мир, господин, но лучше смерть, чем такой мир. Здесь - в Полярной Стране, где мы, ожидающие тебя, жили, единственное место, куда не простирается их сила! Они боятся вида благословенной Земли, которую называют злой и проклятой звездой, как будто в звериной своей сущности предчувствуют, что оттуда придешь ты, наш спаситель, и уничтожишь их... Спаси нас, господин!