Сергей Сазонов - Эликсир Любви

- Поймите, Константин Федорович, мне приказали...

- Я предупрежден. Не нравится мне это, ох не нравится... Как бы ты не хлебнул горя. - Завлаб отошел и принялся раздраженно греметь пробирками за лабораторным столом.

Алексей собрал свои бумаги (или "писюли", как он их называл) и отнес Архипову. Серега был уже в курсе происходящего и с любопытством встретил Сквор­цова.

- Завидую тебе, Алексей Семенович, стал птицей свобод­ного полета. Никакого надзора со стороны четырехглазого Фе­дорыча, ни ежемесячных отчетов. Везет же.

Он намеренно назвал Скворцова по имени-отчеству. Обычно между ними такого не практиковалось. Неловкость из-за своего привилегированного положения перед коллегами у Алек­сея еще не прошла. Он не принял шутливого тона друга и не стал, как обычно упражняться в остроумии.

- Поживи с мое, и тебе доверят, - буркнул он.

Но Серега не унимался:

- А над чем же будешь работать? Сделаешь фермент, кото­рый сдвинет по фазе колорадских жуков и они, бросив обожае­мую ими картошку, накинутся на сорняки? Или поступила коллективная заявка от бабулек-самогонщиц на новый рецепт не вонючего пойла для пролетариата? Жертвую собой ради науки. Можешь использовать мой организм для опытов при дегустации продукта.

- Нет, - не удержался и отпарировал Алексей, - шеф от­дал распоряжение разработать лекарство, приняв которое обыч­ный младший научный сотрудник становится умным профессором. Но вот беда, у лекарства будет побочный эффект: бедняги лы­сеют и напрочь теряют чувство юмора.

- За профессорский оклад я готов растерять волосы и стать бирюком, - рассмеялся Архипов. - А что тебе будет, если не выполнишь задание?

- "Большой Хохол" подвесит меня за ребро на крюк, лабораторию разг­ромит, а вас выкинет на улицу, и вы вольетесь в молодой, но бурно развивающийся отряд безработных.

Алексей вернулся за свой стол и открыл папку по Кромбаху. Материалы, предоставленные ему, давали не только сведения о самом ученом, но и содержали ксерокопии его черновиков. Алексей только качал головой - "Неужели Вениамин Алексеевич имеет выходы на внешнюю разведку?" Но в такое просто не верилось, а с другой стороны - откуда все?

Часа через два он закончил чтение. Было о чем поду­мать. Он отложил бумаги и, покачиваясь на стуле, стал размышлять:

Синтезировать вещество - вполне реальная задача. Но ре­шить массу вопросов, возникающих при этом - дело другое. Как вводить фермент в организм? Развести с водой и дать выпить? Или колоть внутривенно? А может достаточно подышать аэро­золью или просто нанести на кожу? Вводить фермент чистым или же, как компонент? И как он воздействует на человека? Один лю­бит безутешно всю жизнь, а другой загорается страстью к каж­дой смазливой мордашке, ну а третий и за всю жизнь не по­чувствует биения смятенного сердца.

"Ох, и задачку подкинул мне крестный Папа" - вздохнул Алексей. Вспомнилась их встреча в ресторане. "Солидный дядя, - с легкой завистью подумал он, - Да и помощнички его на высоте. Четкая работа. Все предусмотрели. Даже мой вояж к подружке ими был учтен. Спасибо, что прикрыли меня от ее благоверного. Драпать через балкон третьего этажа средь бе­ла дня - мало того, что пошло, еще и рискованно. А может, он пере­игрывал, втирал очки? Нашел уши побольше и навешал лапши погуще.

Рука сама нашарила трубку телефона. Номер проходной опытного завода Алексей помнил наизусть.

- Алло, говорите, - послышался знакомый голос.

Хорошо, что взяла трубку сама любовница. Алексей не хотел звать её к аппарату через постороннего. Мало того, что подставляешь её, обозначаешься и сам.

- Здравствуй, Радость. Как дела? Что-то соскучился. Решил позвонить.

- Алешка, ты? Хорошо, что позвонил. Вчера было такое. У меня весь вечер коленки тряслись.

Она впервые назвала его "Алешка". Обычно называла его только Алексей. Значит, на самом деле, стряслось что-то необычное.

- Что за беда? Тебя обидели? - Алексей старательно изображал заботливое сочувствие.

- Представляешь, вчера у Николая сломалась машина, и он пошел домой. Как раз в то время, когда ты был у меня. Чуть-чуть и он застал бы нас.

- Да, ты что? Неужели? Хорошо, что я во время ушел. И по дороге никого не встретил.

- Никого? - Переспросила женщина. В голосе чувствовалось переживание по-вчерашнему.

- Вроде бы нет, - слукавил Алексей, припоминая троицу в полумраке арки.

- Мой был " под хмельком" и недалеко от дома сцепился с какими-то ребятами. Те его отметелили. Да так, что сейчас сидит на больничном, весь в синяках, со сломанной рукой и ребрами. Представляешь, если б тех хулиганов не было? Мой то пришел минут через пять после тебя. Я только из постели выбралась. Не случись драки во дворе, накрыл бы нас. Господь отвел.

- Да, повезло. Он где сейчас? В больнице?

- Дома. Теперь достанет меня пьянками.

- Жа-аль, - протянул Алексей разочаровано, - Это надолго. Где ж нам теперь приземляться, вернее припостеливаться?

- Лешенька, придумай что-нибудь. Ты же такой умненький.

- Не знаю. Моей цыплячьей зарплаты не хватит на это время снять квартиру.

- Что же делать?

- Поспрошаю у друзей. И ты тоже покумекай. А пока придется потерпеть.

- Я не смогу без тебя, зачахну вконец. - Заныла она в трубку, - Меня уже сейчас раздражает его небритая рожа. С самого утра маячит и маячит по квартире.

- Не раскисай. Я же люблю тебя, - поспешил успокоить ее Алексей.

- Любишь?

- Тебя невозможно не любить. Ты же прелесть. Давай, пока твой лечится, не слишком откармливай его. А то разжиреет и навсегда останется дома, не пролезет в двери.