Ирина Оловянная - Маленький дьявол

После обеда профессор позвал меня к себе в кабинет. Через пару минут туда же вошел очень испуганный человечек с двумя ноутбуками в руках. Наверное, это клерк из муниципалитета, который будет меня экзаменовать.

— Здравствуйте, синьор Муссомели, — сказал проф, — знакомьтесь, это мой сын Энрик.

Я вежливо наклонил голову. Сыном меня назвали впервые, и я был несколько потрясен.

— Сколько вам лет, синьор Энрик? — спросил Муссомели.

— Двенадцать, — ответил я. Еще одно потрясение: надо же — «синьор». Чего это он так дрожит и заискивает? Семья Кальтаниссетта уже контролирует муниципалитет, и клерк боится не угодить новым хозяевам?

— Вы уверены, что знаете программу восьмого класса?

— Об этом судить вам. — Фраза получилась весьма светская.

Муссомели положил на стол оба своих ноутбука, соединил их и включил.

— В вашем распоряжении четыре часа. Пользоваться чем-либо не разрешается. Садитесь, время пошло, — сказал он и устроился со своим ноутбуком напротив меня.

Для разгона я начал с математики: лучший способ отрешиться от всего, что ее не касается. Задачи оказались даже проще, чем я думал. Через двадцать минут я уже взялся за физику. Потом химия, биология, география Этны в смешных пределах проспектов для инопланетных туристов, астрономия и курс «Соседи Этны». Под конец я поболтал на английском с приятным компьютерным голосом. На все — меньше трех часов. Все это время проф простоял за спиной Муссомели. Переживает за меня или следит, чтобы клерк со страху не подсуживал? Не требуется.

— Готово, — сказал я наконец.

Синьор Муссомели запустил проверку результатов на своем ноутбуке. Через пять минут из встроенного принтера показался край сертификата об окончании восьмого класса. Клерк просиял, показал его все еще стоящему у него за спиной профессору, потом встал и прокашлялся:

— Поздравляю вас, синьор Энрик, это лучший результат, который я могу припомнить.

Кто бы сомневался!

Он пожал мне руку и вручил документ.

— Спасибо, — сказал я, проверяя, все ли результаты стопроцентные. Да, все отлично, поставленная вчера самому себе оценка не разошлась с реальностью.

Повисло неловкое молчание. Проф подошел ко мне и тоже пожал руку:

— Молодец! Кстати, ты еще успеешь на тренировку, а я провожу синьора Муссомели.

Я попрощался и отправился в гости к Мышу.

Раненый выздоравливал. Я погладил его мягкую шерстку, посоветовал не толстеть и пожелал не разлениться, по возможности передав свои ощущения от Контакта с Клариной. Храбрый Парень обещал. Потом он вежливо обнюхал мой новенький сертификат. Что такое образование, Мыш не понял, но раз для меня это так важно, он готов порадоваться за компанию — мы же партнеры.

На тренировку я все-таки пошел. Не такой уж я лентяй!

Глава 6

Утром меня ждал приятный сюрприз: на столике у кровати лежали новенькие часы — такие, как я хотел. И записка: «Раз уж ты отказываешься носить коммуникатор… Маячка в них нет. Гарантирую». Марка «Бизнесмен на отдыхе», маячка нет, чтобы никто не доставал с делами. А я могу носить их в парке, и меня не найдут! Жутко дорогая вещь. Я полюбовался двойной разметкой на циферблате: сутки длятся двадцать пять с половиной стандартных часов или (кому как удобнее) двадцать четыре местных часа. И никакого табло. Золотые стрелки. Я настроил ход минутной стрелки на местную разметку и надел часы. Плохо только, что приятные сюрпризы обычно предваряют крупные неприятности. На этот раз и даже знал, какие. Проф меня не помилует, разве что я его об этом попрошу. Да ни за что!

Вчера я ничего нового и интересного не узнал, зато сдал экзамен. Несложно, но все равно приятно. Похоже, что события последних трех дней означают какой-то поворот в моей судьбе. С точки зрения профа, я перестал быть лабораторной крысой. О моем будущем начали заботиться. Почему? Зачем?

«Эй, Парень, ты не знаешь, какая муха укусила наше с тобой начальство?»

Мыш не знал даже, что такое муха.

За завтраком проф равнодушно выслушал мои изъявления благодарности. Не умею я говорить спасибо — ну да я не один такой.

— Ты должен поскорее закончить с Клариной и парком. А каникулы тебе будут через неделю. Можно поехать на Липари.

— Здорово. А с парком я сегодня закончу, если, конечно, Кларина не умрет от ожирения.

Так я дурак или мои способности к внушению еще больше, чем я (равно как и проф) думал? И ведь не проверить!

Кларина была очень недовольна: гоняют бедняжку. Я на бреющем полете прочесал парк. Ворона объявила забастовку, и каждый взмах крыльями давался с трудом. Шмякнуть бы ее обо что-нибудь твердое, так ведь сам же и пострадаю: когда мне приходится управлять движением партнера, вся боль тоже моя. Мучился с лентяйкой часа три, но прочесывание таки закончил. Домой шел пешком.

Когда мы с Клариной наконец-то добрались до лаборатории, я был так счастлив избавиться от нее и от бессмысленной работы, что забыл двигаться помедленнее. В результате этажерка с медпрепаратами превратилась в груду осколков, из-под которых растеклась во все стороны на редкость вонючая разноцветная лужа.

— Браво!

— Я не нарочно, — сердито огрызнулся я.

— Угу, ладно, иди уж.

Надо хотя бы сегодня сделать что-нибудь полезное. Я решил несколько интересных задач, прочитал новости с открытых сайтов. Потом купил на бирже несколько явно растущих акций. Затевать что-нибудь хитрое перед отъездом на каникулы не хотелось: из Липари я, может быть, не смогу контролировать ситуацию.

Мой робот уже скачал примерно треть «истории». Можно распаковывать и читать.

Род людской возник на Земле, а Галактика была пуста и уныла. Каменный век угнетал отсутствием информации, но глава «Древнейшие цивилизации» с лихвой это искупила. Объединение Египта, пирамиды, храмы давно забытых богов; организация армии и древние войны. Походы Тутмоса III. Битва при Мегиддо. Изумительно красивые фрески и барельефы. Кое-что из этого сохранилось до наших дней, и это можно увидеть (на Земле, конечно)!

Я едва не опоздал на обед и поставил себе таймер, чтобы не пропустить тренировку. Оторваться от этого мира просто невозможно. Почему на Этне не изучают историю? В жизни не видел ничего интереснее.

Неприятности, как всегда, начались после ужина.

— За тобой долг.

— Угу, — вздохнул я и побрел за профессором в его кабинет, как бычок на бойню.

Влетело мне как следует, не то что в прошлый раз: до своей комнаты я скорее полз, чем шел. В постель улегся со считывателем: чем там еще эти древние египтяне занимались?