Джастин Ричардс - Доктор Кто. Силуэт

Ознакомительный фрагмент

Клара как раз мучительно размышляла, хочет ли чего-нибудь к чаю, когда над плечом у нее раздалось вежливое покашливание.

– Прошу прощения…

Клара подняла голову и встретилась взглядом с молодым человеком – по виду своим ровесником, который стоял у ее столика, опершись на спинку соседнего стула.

– Вы не возражаете, если я обременю вас своим обществом? Боюсь, здесь больше нет свободных мест, – и он улыбнулся. – Разумеется, если вы не одна, я поищу другой столик.

– Нет-нет, – быстро сказала Клара. – Присаживайтесь, пожалуйста. Я жду подругу, но она задерживается. Так что я буду очень рада, если вы составите мне компанию.

– Вы слишком добры, – и юноша присел напротив Клары.

Она невольно улыбнулась в ответ. Незнакомец вел себя с подчеркнутой вежливостью и держался довольно уверенно. Зачесанные назад темные волосы обрамляли весьма привлекательное лицо. Когда он повернулся, чтобы взмахом руки подозвать официантку, Клара заметила, что кончик носа у него слегка вздернут вверх – совсем как ее собственный.

– Могу я для вас что-нибудь заказать? – спросил он, открывая меню. – Между прочим, это заведение славится своими кексами.

Не успел он договорить, как Клара с поразительной отчетливостью поняла, что именно кексов ей и не хватает для полного счастья.

– Прошу вас, пусть это будет моей маленькой благодарностью, – попросил юноша, когда официантка, записав заказ, удалилась на кухню. – Без вас я бы до сих пор стоял в ожидании свободного столика… О, извините, я так груб! Заказал вам кекс, а имени до сих пор не знаю.

– Клара.

– Приятно познакомиться, мисс Клара.

Девушка рассмеялась.

– Просто Клара.

– Как непосредственно. Тогда я просто Освальд, к вашим услугам.

– Освальд?

Улыбка молодого человека поблекла.

– Вам не нравится имя?

– Нет-нет, просто я… Немного удивлена.

– Не думал, что это такое удивительное имя.

– Видите ли, я тоже Освальд, – объяснила Клара. – Клара Освальд.

– Похоже, нас объединяет не только любовь к кексам!

Освальд оказался чрезвычайно приятным в общении. Вскоре подоспевшие кексы удачно дополнили картину, и через пару минут Клара обнаружила, что искренне смеется над шутками нового знакомого. В разговоре выяснилось, что он работает гувернером у нескольких детишек. Признавшись, что она тоже учительница, Клара вызвала у юноши изумление и легкое смущение: было утро буднего дня. Девушка почувствовала потребность объясниться – и невольно рассказала Освальду такие детали своей жизни, в которые совершенно не собиралась его посвящать. В частности, она упомянула, что в данный момент путешествует, хотя и не стала вдаваться в подробности.

– Ваша подруга задерживается, – заметил Освальд после того, как они заказали еще один чайник. – Надеюсь, ее не арестовали!

– Дженни скоро придет, – заверила его Клара. – Может быть, вместе с Доктором.

– Доктором? – встрепенулся юноша. – Вам нездоровится?

– Нет-нет, это еще один мой друг.

– И очень хороший, судя по вашей улыбке.

– Это точно, – кивнула Клара. – Мы вместе путешествуем по разным… местам. Хотя в последнее время он только ворчит. Полагаю, сказывается возраст.

– Нас всех ждет такая участь.

Принимая из рук официантки новый чайник, Клара с удивлением поняла, что, хотя они знакомы меньше получаса, у нее такое ощущение, будто она знает Освальда всю жизнь. Пару раз она запнулась, подбирая слово, и юноша закончил фразу за нее – будто читал ее мысли. В его компании Клара не чувствовала ни тени неловкости или скуки. Что скрывать, немалую роль в этом сыграла и привлекательная наружность Освальда.

Так что девушка в очередной раз улыбнулась и позволила ему наполнить опустевшую чашку.

Заслышав за спиной шаги, мадам Вастра быстро опустила вуаль и отвернулась от книжной полки, которую изучала. На пороге кабинета покойного Марлоу Хепворта стоял Доктор собственной персоной. Вастра тут же подняла вуаль и радостно, хотя и не без удивления, кивнула другу.

Доктор шагнул внутрь и прикрыл за собой дверь.

– Место преступления? – деловито спросил он.

Вастра указала на стол Хепворта.

– Его нашли лежащим на столешнице с ножом между лопаток. Полиция теряется в догадках. Впрочем, это ее естественное состояние…

Доктор задумчиво кивнул.

– Я допросил дворецкого. Он утверждает, что дверь была заперта, и кроме как из коридора войти сюда невозможно. Это правда?

– Да, если только Карлайл не лжет по поводу двери. Хотя он выглядит искренне расстроенным.

– Расстроенным? Да он в трауре.

– Окно было заперто и закрыто изнутри ставнями. Замок цел, никаких следов взлома.

– Потайная дверь? – предположил Доктор. – Кто знает, какие скелеты прячутся в книжных шкафах?

– Насколько я могу судить, это не тот случай.

– А что делает полиция? Ну, кроме того, что теряется в догадках.

– С учетом обстоятельств подозревает суицид или таинственный несчастный случай. Признаться, они обрадовались моему вмешательству.

– Еще бы, не придется ломать голову самим. И как может это быть суицид?

– Исключено. Я видела тело сразу после убийства. Нож вошел точно между лопаток – сам Хепворт просто не дотянулся бы. Как видите, на кресле тоже никаких следов, свидетельствующих, что несчастный закрепил на нем нож, а потом решил пришпилить себя к спинке.

Вастра вернулась к изучению книжных полок, и Доктор склонился над столом. Окровавленный лист бумаги – по-видимому, неоконченное письмо – содержал всего два слова: «Мадам Вастра».

– Он собирался мне написать, – объяснила она, проследив взгляд Доктора. – В необычайном возбуждении, если верить Карлайлу. Я знала Хепворта, хотя мы не были особенно близки. Это был человек выдающегося ума. Его научные познания несколько раз оказывали нам бесценную услугу.

– Да, Дженни упомянула, что вы были знакомы.

Вастра кивнула.

– Вы виделись? Это объясняет столь внезапный визит. Вы были на Зимней ярмарке?

– На Ярмарке диковин, – Доктор подцепил со столешницы картонный билетик. – Это единственная подсказка, что могло так сильно его взволновать?

– Это – и три маленькие птички.

Доктор нахмурился, отчего его брови сошлись к переносице.

– Какие еще птички?

– Не настоящие. Бумажные фигурки, сложенные в виде птиц. Стилизация, конечно, но довольно правдоподобная.

– Оригами?

– Прошу прощения?..

– Японское название для бумажных фигурок. Не обращай внимания, это слово станет известно у вас только через шестьдесят лет, – Доктор заглянул под промокашку и поворошил в ящике с бумагами. – И где эти птички?

Вастра подошла к столу.