Петр Крамер - Небесный механик

Ознакомительный фрагмент

Он перебрался из кресла на узкий гостевой диван рядом с секретером, одну руку подложил под голову, другой нащупал медальон в брючном кармане.

Если выяснить, есть ли связь между незнакомкой и грабителями, можно установить истинный мотив их поступков и попытаться взять след. Но Горский прав – на расследование времени нет. Им нужно уходить из города, и как можно скорее, пока не угодили за решетку.

Аскольд вытащил из кармана медальон и в очередной раз внимательно осмотрел его.

Чей же ты? Убийцы, его напарника, незнакомки? Или лежал в сейфе у Бремена вместе с бумагами Ларне?

Глава 4

Кошмар продолжается

– Их там не было, Лео! – повысила голос Ева. – Не было!

Леопольд Фогт спокойно выдержал ее взгляд и приказал:

– Нико, выясни, куда эти бездари слиняли.

Хлопнула дверь, по железной лесенке забухали шаги – Нико покинул каморку, где остались Ева, Леопольд и еще двое парней, готовых выполнить любое распоряжение главаря.

Сказать, что Фогт был удивлен, – не сказать ничего. Он был в ярости. Своих людей пожилой вор держал в железном кулаке. В преступном мире Берна его боялись и уважали, любили и ненавидели, но четко знали: слово Фогта нерушимо и его люди поставят на ножи всякого усомнившегося в этом. Невыполнение поручения главаря в банде приравнивали к предательству и карали смертью.

– Ева, девочка моя, я все выясню, не сомневайся, – все в той же спокойной манере пообещал Фогт.

– Не сомневаюсь, – бросила Ева и вновь завелась: – Меня чуть не пришили в том доме! Я еле ноги унесла! А эти… эти… – От беготни по городу в горле у нее пересохло.

– Томас, дай ей воды, – велел Фогт.

Один из парней за его спиной наполнил кружку из кувшина на столе и поднес ее Еве, которая тотчас принялась жадно глотать воду.

– Еще, – выдохнула она, прикончив кружку.

Томас повторил. Ева выпила вновь, собралась попросить третью, но Фогт отрезал:

– Достаточно.

Ева удивленно заморгала, будто забыла, где находится и на кого только что повышала голос.

– Говори. – Фогт сцепил пухлые пальцы в замок, опершись локтями на щербатую столешницу.

Каморка вора находилась под крышей каменного пакгауза возле Нидеггской церкви в старой части Берна. Чтобы добраться сюда, Еве потребовалось немало времени и сил. Она оказалась на улице без денег и документов. Сторонилась редких прохожих и спешащих в центр города и обратно паровых таксо – не хотела кому-нибудь попасться на глаза, и больше всего боялась преследователей. В каждом шорохе за спиной, в звуке шагов и шелесте колес ей мерещились те двое в масках, с которыми пришлось столкнуться в хранилище.

У нее на глазах было совершено хладнокровное убийство. Ева нисколько не сомневалась: не появись русский вовремя, незнакомцы прикончили бы и ее.

– Я добыла картины. – Она коснулась нижнего конца тубуса, висевшего на тесьме за спиной. – Но отдам их, только когда получу обещанный паспорт и гарантию, что твои люди доставят меня на вокзал.

Фогт кивнул. Томас вновь выступил вперед и выложил на стол британский паспорт. Ева взяла документ, начала листать, склонившись к керосиновой лампе.

– Он настоящий, – вдруг сказал Лео.

– Но… откуда? – Ева изумленно взглянула на него.

– Связи, – уклончиво ответил Фогт.

– Спасибо, Лео. – Она спрятала паспорт в карман жакета. – Надеюсь, мы теперь в расчете?

– Картины.

Ева медлила отдавать тубус. Оглянулась на дверь.

– Нико сейчас вернется и расскажет, почему два урода не встретили тебя возле особняка, – заверил Фогт и повторил настойчивее: – Картины.

Неужели сейчас все закончится? Ева взялась за тесьму на груди. Фогт заберет картины и навсегда ее отпустит. Рассчитавшись по долгам покойного мужа сполна, она освободится от обязательств перед вором и начнет новую жизнь, перестанет опасаться полиции, спокойно уедет из страны…

За дверью на лестнице раздались уверенные шаги. Ева вновь обернулась, отступила в тень, освобождая проход к столу, так и не успев снять тубус.

Фогт вдруг напрягся, подобравшись на стуле, и взялся за лампу.

– Быстро мальчик обернулся, – пробормотала Ева, по-прежнему возясь с узлом на тесьме.

– Это не Нико. Шаги слишком тяжелые.

Осознать до конца сказанное вором Ева не успела. Дверь распахнулась, через порог шагнул высокий мужчина в котелке, маске и с револьвером в руке.

И он сразу начал стрелять.

Первым упал Томас, ринувшийся навстречу незнакомцу. Вторым – парень, имени которого Еве так и не суждено было узнать.

Стрелок быстро давил на спуск и метко клал пули, но Фогт все-таки успел швырнуть в него керосиновую лампу и опрокинуть стол.

Когда стрелок вспыхнул – лампа, угодив ему в грудь, разбилась – и замахал руками, пытаясь сбить пламя, Ева все еще стояла на месте, не в силах пошевелиться. Ее поразил не вид горящего человека, а то, что он молча вертится, не издавая звуков, будто боль от ожогов его не волнует в принципе.

Опрокинутый Фогтом стол сдвинулся. Старый вор зарычал, словно разбуженный в берлоге медведь, толкая его вперед, и сбросил стрелка на лестницу, перегородив проем.

– Уходим, Ева! – Он вскочил на стул, где недавно сидел, и подпрыгнул.

Под потолком что-то лязгнуло – Фогт вытянул, держась за железную скобу, телескопическую лестницу.

В дополнительных приглашениях Ева не нуждалась. Перебирая руками перекладины, она быстро вскарабкалась в открывшийся над головой люк и оказалась на покатой крыше пакгауза. Замерев на миг, осмотрелась, услышала, как сопит, взбираясь следом по лестнице, тучный Фогт, и спросила:

– Куда дальше?

– На южную сторону, – кивнул Лео, высунув голову из проема.

– Но там…

– Бегом!

Ева устремилась к южному краю крыши – на гладкой отвесной стене не было пожарной лестницы, а соседнее здание находилось на приличном расстоянии от пакгауза.

Оказавшись у низкого, по колено, парапета, она обернулась. Сгорбленная фигура Фогта маячила над люком. Чиркнула спичка, заискрился и, змеясь в темноте, к люку сбежал яркий огонек.

Что он делает?!.. Ева сейчас плохо соображала, ее заботило одно: каким образом незнакомцы в масках узнали, что после приема в доме Бремена она встречается с Фогтом.

– Сюда! – Лео подбежал к железному штырю на парапете, едва видневшемуся в темноте.

На штыре был закреплен провод, протянувшийся между домами, – электричество в городе было не у многих, а в старой части и подавно. Ева знала, что провода делают из железа, потому что оно пропускает ток, но при этом к ним нельзя прикасаться голыми руками – ток убьет тебя. Так утверждал муж. Поэтому она полезла в карман жакета за кожаными перчатками, посчитав, что Фогт сейчас предложит ей перебраться на крышу соседнего здания по импровизированной канатной дороге.