Странный человек Земли - Владимир Дмитриевич Михайлов

— Чертово членистоногое… — пробормотал Юрганов.

— Что вы сказали?

— Я говорю, что ваша аргументация, разумеется, тоже заслуживает внимания.

— Разумеется.

— Но как вы понимаете, все это слишком неожиданно для нас.

— Конечно.

— Поэтому я должен на несколько минут, так сказать, оставить вас.

— Зачем?

— Посоветоваться с друзьями.

С этими словами Юрганов решительно выключил транс-коммуникатор.

8

Юрганов и сам не знал, что побудило его выпалить глупость насчет совещания с друзьями. Это выговорилось как-то само по себе. Более глубокий анализ пилот решил отложить до лучших времен. Ему и в голову не пришло, что фраза относительно друзей все-таки была не совсем случайной: решившись во что бы то ни стало привезти человечеству — и неизвестной девушке тоже — новую звезду, он, естественно, должен был, сознательно или бессознательно, счесть своим врагом всякого, кто попытался бы ему помешать. А противника всегда полезно припугнуть — если не другим, так хоть количеством. Так возникла фраза насчет друзей, хотя сознательно Юрганов никогда бы не поступил так.

Его единственным другом здесь, выходило, был он сам и лишь с собой мог он посоветоваться. Поэтому он даже не ушел из приемной. Все равно ТК был отключен и Икс ничего не мог видеть.

Прежде всего Юрганов запросил данные вычислителя, который к тому времени успел уже справиться с задачей, заданной ему не так давно. Юрганов читал, и лицо его мрачнело: первыми разрушатся не захваты. Не выдержит оболочка гравигена. К сожалению, закрыт и этот путь.

Значит, без помощи членистоногого никак не обойтись?

Так получается.

И в самом деле: после ответа вычислителя ясно, что и освободиться от гравигена, и сохранить его для выполнения задачи — значит решить уравнение не с двумя неизвестными, а с двумя невозможными.

К тому же если уничтожение Облака и в самом деле угрожает целой цивилизации, то Юрганов не стал бы этого делать, если бы гравиген даже отсоединился целым и невредимым.

Конечно, не стал бы. Вопрос слишком усложнился. Не ему, пилоту, решать. Его дело сейчас — возвратиться на Землю и доложить о новой цивилизации.

Кстати, это действительно немалое открытие. И когда придет пора знакомиться с той девушкой, разговор выйдет таким:

— Юрганов? Тот самый, открывший новую цивилизацию?

Он же скромно ответит…

Юрганов вовремя одернул себя: до той девушки еще далеко, ох как далеко еще…

Значит, так: от намерения зажечь звезду мы волей-неволей отказались. Так и сообщим восьминогому коллеге.

Тогда у него не будет никаких причин отказать в помощи.

Освободившись при любезном содействии Икса от гравигена, мы оставим его здесь: везти назад эту махину нет ни возможности, ни надобности.

И — на Землю.

Ох, как хочется поскорее попасть на планету!

Подумав так, Юрганов включил ТК.

Его собеседник появился на экране. ТК показал его грустным и каким-то мрачноватым. Юрганову предоставлялось решить — были ли это снова шутки транскоммуникатора, или гость и в самом деле обижен.

Собственно, у него были все основания обидеться. Любезный хозяин, нечего сказать: оставил одного, а сам исчез.

Но иначе ведь нельзя было?

Юрганов приготовил вежливую фразу. Но его собеседник начал первым.

— Ну, посоветовались?

— Да, — пробормотал Юрганов.

— У вас здесь, наверное, много людей?

Юрганов промычал нечто нечленораздельное. Гость, кажется, понял это за утвердительный ответ.

— Жаль, — сказал он.

— Почему?

— Не будь их, мне было бы легче уничтожить ваш корабль.

— Уничтожить? — растерянно переспросил Юрганов. — Но почему?

— Если вы не откажетесь от своих намерений относительно туманности.

— Нет, я откажусь, — торопливо проговорил Юрганов. ТК даже зажужжал, перестраиваясь: перебивать машину не полагалось, но Юрганов совершенно забыл об этом. — Откажусь. Ведь не станем же мы, в самом деле, подвергать вас опасности.

Ожидал, что при этих словах Икс оживится, обрадуется… Ничего такого не произошло; во всяком случае, ТК этого не показал.

— Вас это не устраивает?

— Нет, почему же. Но я должен еще в это поверить!

Юрганов искренне огорчился.

— А разве у вас есть основания не верить мне?

— Есть, — ответил собеседник, помолчав. — Но я поверю, если вы…

— Что — если я?

— Если вы сможете доказать, что вам можно верить.

— Вот что! — Юрганов даже усмехнулся, хотя вообще-то было не до смеха. — Как же я должен это доказать?

— Есть различные способы.

— Укажите хотя бы один.

— Мне кажется, что мы ведем переговоры в неравном положении. Вы — у себя дома, я же — в плену.

— Ну да, так получилось. А чего вы хотите?

— Я хочу предложить вам продолжить переговоры у меня на борту.

— Ну уж нет! — вырвалось у Юрганова прежде, чем он успел обдумать более дипломатичный ответ. Собственно, неожиданной была лишь форма; суть бы не изменилась ни в каком случае: идти в гости к пауку, где нас больше не будет разделять металл переборки, — благодарю покорно!

— Почему — нет? Значит, вы мне не доверяете? Почему же я должен доверять вам?

— Не в этом дело. Ну хотя бы — у вас нет такого устройства…

— Электронный переводчик есть и у меня на корабле.

— Ну да, но это не совсем то… Я не могу оставить корабль по целому ряду причин.

— Пусть идет любой из вас.

— Любой из нас? Ах да, любой из нас…

— Вот именно.

— Нет, — решительно сказал Юрганов. — Они не пойдут тоже. Я потом объясню вам почему. Может быть, я могу сделать что-либо другое, чтобы доказать вам…

— Что ж, попытайтесь.

— Собственно, по-моему это и так очевидно. Наши Объединенные Человечества (он подождал секунду, чтобы ТК успел как следует растолковать Иксу этот термин) состоят из нескольких десятков различных цивилизаций. Но все мы очень бережно относимся друг к другу. Мы понимаем, какую огромную ценность представляет жизнь каждого разумного существа.

— Но ведь вы, наверное, не угрожаете существованию друг друга? А в данном случае вопрос, кажется, стоит так: либо мы, либо вы. То, что необходимо вам, гибельно для нас. И наоборот. А вы хотите, чтобы я поверил в вашу готовность пожертвовать своим человечеством ради нас! В это я поверить не могу.

— Ну, конечно, — пробормотал Юрганов. — Но ведь я не могу сейчас, здесь, решать судьбы цивилизаций. Этим займутся другие. Меня интересует исход лишь этого рейса. И я уже сказал вам, что не стану выполнять задание. Таким образам, вы не понесете никакого ущерба.

— На этот раз — да. Но опасность от этого не станет меньше. Я понимаю, что для вас вопрос исчерпывается этим рейсом: в следующий раз сюда прилетит кто-нибудь другой. Но нам-то все равно, кто прилетит! Для нас безразлично,