Владимир Петров-Одинец - Лабиринты Гипербореи

Длительное просматривание головы, рук, глаз Славки закончилось торжественным объявлением:

– Я готов тебя обучать. Поразительно, но способности проснулись…

– Нет, мне надо домой, – покачал головой Славка.

На этом разговор и закончился.

Ближе к вечеру Олен предложил мальчишкам:

– Встречать Боруна хотите?

Славка оживился, ответил немедленным согласием, а Тимур всегда был готов путешествовать. Два храмовых воина, Гектор и Гиппарх, на лёгких колесницах домчали Олена и мальчишек к знакомому знанию.

– Мы здесь уже были! На дельтаплане удирали когда, – сообразил Тимур, задирая голову.

– Верно, это старый дворец, а сейчас тюрьма и воинская школа. Здесь мощный силобор, я работаю с ним, если надо.

– А дельтаплан – летать туда-сюда, – догадался Славка, – он самолётом настроен был…

Архиерей ничего не сказал, хотя догадаться о его мыслях труда не составляло – конечно, он жалел сломанную конструкцию. Славка попереживал немного и успокоился. Сделанного не воротишь, сломанное не наладить – чего париться? Поднимаясь по внутренней лестнице, мальчишки вспоминали, как страшно всё казалось в тот раз. Олен слушал и смеялся вместе с ними.

На крыше лежали охапки хвороста и несколько смолистых поленьев. Чуть в стороне лежанки окружали низенький столик, уставленный яствами и напитками.

– Мы что, надолго?

– Я знаю, сколько их ждать придётся? Не пропадать же с голоду и жажды? Вы как хотите, а мне перекусить хочется, – погладил лежанку архиерей и разместился поудобнее.

Стало темнеть. Славка прислонился к колонне и наблюдал, как солнце медленно и неостановимо прожигало в зазубренном горизонте дыру, протискивалось в неё, как потом дыра остывала от оранжевого к багровому, мутно-красному, просто мутному и так до тех пор, пока на западе оставалась только отгоревшая заря.

Тимур красотами заката не любовался, он лежал на спине рядом с архиереем и наблюдал за появлением звёзд. Олен показывал пальцем, сыпал названиями, которые мальчишки никогда не слыхали, толковал о важности гороскопа:

– Небесный календарь, он самый точный, это взаимное положение звёзд…

  И вдруг спохватился:

– Костёр! Быстро разводите!

Гектор сунул факел в хворост. Тот весело затрещал, вспыхнул, отогнал темноту в сторону, где она стала густой и по-настоящему тёмной. Олен тем временем вышел на связь с Боруном.

– Они уже прилетели. Тут, совсем рядышком. Гектор, сделай мигающий сигнал.

Гиппарх и Гектор развернули здоровенный лоскут, взялись за края и принялись ритмично накрывать пламя. Наверное, издалека это выглядело, как мигание огня. Но лоскут оказался шерстяным, и страшно завоняло палёным. Славка и Тимур отскочили в наветренную сторону, ушли из круга света. Немедленно рядом с ними появились два призрака, ярких, совсем настоящих. Первым двигался здоровенный полуголый мужик с топором, с другой стороны наступала молодая женщина в длинном красном платье. В руках у неё извивалась змея. Настоящая, желтоглазая, широкомордая и толстенная, она распахивала пасть, выдвигала кривые тонкие зубы и убедительно шипела.

– Во, совсем обалдели, – толкнул друга Тимур, – уже на змей перешли. Скоро собаками пугать станут, птицами…

– И то, давно пора, – согласился Славка, – нам зверей не предлагали пока. Хочу крокодилов, львов…

– Слабо слона подогнать?

Полуголый мужик орал и яростно махал топором, змея клацала зубами по лицам друзей, а те равнодушно наблюдали за тщетными потугами очередных призраков. Бояться? Чего ради? С тех пор, как мальчишки вышли из подвала этого дворца, пренебрежительно отмахнувшись от привидений, те им уже надоели. Как по расписанию, каждую ночь всё новые и новые призраки проверяли нервы Славки и Тимура на прочность. Похоже, друзья чем-то разозлили или обидели нехилую привиденческую компашку.

Рыцари, пробитые копьями, с отрубленными головами, отсеченными руками, распоротыми животами – толпами набрасывались на друзей. А то окровавленные женщины и мужчины являлись в комнату мальчишек и принимались вопить, стенать и угрожать. И хотя друзья не принимали нападки привидений всерьёз, это порядком надоело. Но просить Олена о помощи по такому пустяку ни Славка, ни Тимур не отваживались.

А в круге света у костра тем временем появилась странная конструкция. Она приземлилась мягко, почти без стука. Корзина воздушного шара на празднике города примерно так же садилась на землю – с небольшим отскоком. Но выглядела эта фиговина намного больше шаровой корзины, и гораздо забавнее. Словно большую соломенную шляпу, привезённую Ашкеровым-старшим из Китая, накрыли второй, глубокой. В нижней шляпе открылась дверь, оттуда вышла сухонькая женщина в зеленом блестящем платье. Славка узнал её сразу:

– Гера.

Затем показался красный тюрбан, протиснулись широченные плечи и распрямился знакомый мужчина в окладистой чёрной бороде. Славка дёрнул друга за рукав:

– Хорош дурака валять, пошли с Боруном познакомлю. Прилетели!

Мальчишки подбежали, громко поздоровались. Гера с улыбкой заглянула Славке в глаза, отметила:

– С трудом тебя вспомнила, Яр. А вот дела твои шумные забыть невозможно… Понять бы ещё, зачем земля вас сюда толкает. Кто этот отрок? Тимур. Тим. Звучное имя. Что оно значит?

– Железный или Стальной, – мимоходом дал перевод Борун, отпуская Олена из объятий и поворачивая Славку Быстрова к свету костра.

– Вот ты как выглядишь, Ярослав, – всё тем же гулким баритоном удивился волхв, – а что, вполне мужчина, рослый, сильный…

Славка с любопытством разглядывал Боруна. Тот стал немного ниже ростом, уже меньше напоминал русского богатыря. Но плечи остались широченными. Их облегал длинный кафтан синего цвета, а белый дхоти опускался почти до щиколоток босых ног. Красный тюрбан.Так выглядели индусы в кино, которые обожала Славкина мама и терпеть не мог Быстров-старший.

– … прав Скитан, прав оказался…

– Он тоже здесь? – обрадовался мальчишка.

Борун отрицательно покачал головой, пояснил, как много лет минуло со встречи в Затулье. Рассказал, что воевода себя не щадил и давно погиб, где-то далеко, чуть ли не в Китае. Олен удивился:

– Почему я не знал? Надо внести в летопись…

Хворост дотлевал без пламени. Темнота приблизилась, обступила гостей и хозяев, увлеченных разговором. Тимур в стороне ждал, пока на него снова обратят внимание и понемногу обижался. Но вдруг заметил молодую женщину в красном платье. Та подмигнула, приложила палец к губам, молчи, дескать. А сама кралась к Славке со спины, протягивая руки, словно хотела закрыть тому глаза. Тим толкнул друга в бок: