Отпуск в тридевятом царстве (СИ) - Бахмайер Галина Владимировна

— Не знаю, как там в деревне, — ворчала она, отбирая Джелайне подходящие платья, — но я не допущу, чтобы у нас вы ходили одетой, как прислуга. Конечно, то, что дала Даина, все лучше, чем ваш непристойный мужской наряд. Но Бенвор и сам мог догадаться, что леди нужна подобающая одежда, а не это убожество. Мальчишка, солдафон… Мог бы у меня спросить, наконец. Так нет же — развел секреты… — похоже, что именно последнее казалось Веанрис самым досадным.

— Ваша невестка чем-то напоминает мне Энни, — чуть позже поделилась с капитаном Джелайна. — Такая же шустрая и деловая.

— И так же легко разговорит кого угодно, — вспомнив ее рассказ, согласился Бенвор.

— Но вас она, похоже, так и не смогла разговорить?

— У меня не так-то просто что-то выведать, если я сам этого не захочу, — ответил Олквин.

— Охотно верю, — кивнула Джелайна, и тут же помрачнела. Капитан сразу понял, о ком она подумала, и поспешил отвлечь ее, пригласив осмотреть замок. Он показал ей свое любимое место на разрушенной галерее под крышей башни. Женщина пришла в восторг от вида, открывавшегося с этой высоты на Норвунд. Бенвор, которому это зрелище было привычно с детства, рассказал о том, как четко отсюда просматривается звездное небо, и предложил вернуться вечером.

— Да, и лучше все-таки будет надеть брюки, — заметила Джелайна, цепляясь одной рукой за стену, а другой придерживая раздуваемый ветром подол. Бенвор подхватил женщину за талию и помог спуститься с галереи. А когда они очутились на полутемной площадке под крышей башни, он наконец-то сделал то, чего ему хотелось еще днем. Джелайна замерла в его осторожных объятиях, почти не дыша. Олквину так много хотелось сказать ей: о том, как ему не хватало ее уверенного голоса, интересных занятий, долгих разговоров на любые темы, да и просто одного ее присутствия рядом. Но все слова куда-то подевались, и юношу с трудом хватило на банальность:

— Я скучал.

— Я тоже, — прошептала Джелайна. Она не пыталась высвободиться, ничего не спрашивала, и Бенвор, наконец, перестал бояться, что может вот-вот проснуться.

— Мне хорошо, когда вы рядом, — вырвалось у него. — Не знаю, как это объяснить… Я чувствую себя так, словно в меня вливаются новые силы. Даже жизнь сразу кажется проще.

Женщина чуть отстранилась и посмотрела на него с выражением, похожим на удивление. Олквину был уже знаком этот взгляд.

— О чем вы сейчас думаете? — спросил он. — Только скажите правду.

— О вас, — тихо ответила она. — И о Чарли.

Бенвор выпустил ее и отступил назад. Ну что, хотел правду?

— Видите ли, — сбивчиво пояснила Джелайна, — я тоже чувствую нечто подобное. Вы так запросто вложили это в три короткие фразы… Я бы так не смогла. У меня и раньше не очень получалось.

— Мой двойник, — понял юноша. — С ним было так же, верно?

— Да. И я подумала…

— …мог ли Уокер сказать о себе то же самое? — закончил за нее Бенвор. Женщина понуро кивнула.

— Вы что, до сих пор ищете причину, по которой вас можно было полюбить? — не выдержал Олквин. — Да почему, черт возьми, для этого обязательно должна быть объяснимая причина?!

Джелайна отвернулась, обхватив себя руками, и уставилась на небо в просвете узкой бойницы. Юноша занервничал, решив почему-то, что она вот-вот заплачет.

— Простите меня, — пробормотал он, снова подойдя к ней вплотную, но уже не решаясь дотронуться. — Конечно, это не мое дело. Я просто никак не пойму… У вас там, в вашем мире, что — принято все всегда так усложнять?

— Давайте не будем больше говорить об этом, — ровным голосом произнесла женщина. Похоже, плакать она все-таки не собиралась, и у Бенвора тоже отлегло от сердца.

— Если вам не нравится о чем-то говорить — не будем. Я ведь пообещал, что теперь всегда будет по-вашему, а я всегда держу слово. Если вам не нравится… — он запнулся, неуверенно коснувшись ее плеча. Джелайна молча накрыла его руку своей. Пальцы были холодными. Бенвор взял ее тонкую кисть в ладони, словно пытаясь согреть. Женщина повернулась и улыбнулась ему. Все снова стало хорошо, как раньше.

— Милорд? — послышался голос с лестницы. — Милорд, вы наверху?

— Да, я здесь, — отозвался Олквин. Из люка в полу площадки вынырнула голова лакея.

— Милорд, вас там спрашивает какой-то солдат.

Бенвор тихонько чертыхнулся. Две недели он проводил здесь вечера в одиночестве, и никто не тревожил. Стоило только организовать себе интересное занятие — тут же появились заботы. Как это называет Джелайна… закон подлости?

Солдат оказался из того самого отряда, что сменился в гарнизоне форта Локо.

— Господин капитан, — начал он, — вы так неожиданно уехали сегодня, что я не успел вам кое-что передать. Помните, вы велели следить за лесом в округе и доложить, если заметим что-то необычное?

Бенвор переглянулся с Джелайной. В глазах женщины сразу появилась тревога. Солдат замялся, косясь на даму. Олквин велел ему продолжать.

— Отец Морнун приходил в форт продавать мед и рассказывал, что они видели знамение неподалеку от монастыря.

Капитан насмешливо фыркнул.

— Там каждый месяц кто-нибудь зальет глаза элем и видит знамение. Ничего особенного.

Джелайна враз поникла. Но солдат покачал головой.

— Нет, сэр, на этот раз его видели сразу шестеро воспитанников. Я сам съездил в монастырь и расспросил их. Ребята собирали хворост в лесу и заметили впереди что-то странное. Там есть особенная поляна — на ней выложены круги из камней…

— Да, я знаю эту поляну, — вспомнил собственное детство Олквин. — И что же там было?

— Все мальчики говорили одно и то же, — продолжил солдат. — Знамение было невысоко, почти над самой землей. У тех, кто был ближе всех, слегка заложило уши. А потом воздух над поляной превратился в воду.

Джелайна тихо ахнула.

— В воду? — недоуменно переспросил Бенвор.

— Им так показалось, сэр. Ребята, не оглядываясь, сразу бросились бежать оттуда. Братья хотели сходить и посмотреть, но…

— Когда это произошло? — звенящим голосом перебила Джелайна.

— Да еще в равноденствие. Как раз в самый полдень. Потому-то братья и не пошли. Мало ли что?

— Три недели прошло, — упрекнул его Олквин. — И никто не сообщил.

— Сэр, отец Морнун приходил всего четыре дня назад, — начал оправдываться солдат. — Они ведь не знали…

— В лесу после этого не замечали чего-нибудь странного? — быстро спросила Джелайна.

— Я не знаю, миледи. Мы вообще ничего такого не видели.

Бенвор отпустил солдата и спросил женщину:

— Это и есть то, чего вы ждали? Воздух, как вода…

— По описанию похоже, — нервно покусывая губы, согласилась Джелайна. — Но меня смущает выраженный компрессионный эффект. Так сильно быть не должно.

— Вы про заложенные уши? — догадался Олквин.

— Да, именно. Мальчикам пришлось бы стоять вплотную к самой границе высадки, чтобы хоть что-то почувствовать. А они находились за деревьями. Поляна большая?

— Шагов тридцать. И везде рассыпаны камни. Свободное место есть только в центре.

Джелайна почти бегом направилась к себе. Догадавшись, что она собирается делать, Бенвор догнал ее.

— Вы не доберетесь туда засветло. Дождитесь утра. А завтра я поеду с вами.

— Но как же служба? У вас есть обязанности…

— Проверка сообщений обо всем, происходящем неподалеку от границы, тоже входит в мои обязанности, — успокоил ее Бенвор. — Леди, прошло уже три недели. Несколько часов ничего не изменят.

— Как вы не понимаете? — завелась Джелайна. — Три недели назад кто-то высадился совсем близко от Сентина. Гораздо ближе, чем я в прошлом году. А я каждый день проводила в лесу, но так ни на кого и не наткнулась.

Тут Олквину стало не по себе. Если это действительно Уокер, если он все это время ошивался рядом… Он ведь мог забрать Джелайну в любой момент.

— Чарли по маяку легко находит меня где угодно, — продолжила женщина, словно прочитав его мысли, — Даже если он собирался всего лишь присматривать, то все равно уже знает, что я уехала.