Александр Бачило - Проклятье диавардов (сборник)

Кислицын замолчал и стал прихлебывать чай.

— Ну? — спросил Олег. — А дальше?

— Что именно — дальше?

— Ну, как потом у Корфа пошли дела с монолитом?

— А черт его знает! Потом была авария. Корф в тот момент находился на Базе, так что сейчас его уже наверняка нет в живых…

— Значит, все это правда? Насчет думающей Земли?

— А вот этого я уже не знаю. Может быть, она и думает… Но только не о нас с тобой, а исключительно о себе. Такая же равнодушная скотина, как любой из нас… Тоже Конан Дойль сказал… Или все-таки Уэллс.

Ладно, пойду ловить покойников. Ты заходи, особенно, если узнаешь что-нибудь интересное в этом роде… Сейчас-то куда, на работу?

— У меня сегодня все на профилактике. И у Зойки тоже. Мы договорились с одним шофером, поедем в деревню, за картошкой.

— Счастливые! — вздохнул Жора. — А тут сиди… Ну, Зое привет.

…Грузовик свернул с шоссе и, пыля, покатил проселком.

— Теперь уже близко, — сказал шофер Саня Белобородов.

Зоя и Олег сидели рядышком, вцепившись друг в друга, — на кочках чувствительно подбрасывало. В кузове, под тентом, погромыхивал бидон со спиртом.

— Не расплещем? — беспокоился Олег.

— Не должны! — успокаивал Белобородое. — Он же не полный.

Дорога пошла лесом, вернее, частоколом прогнивших жердей, в который за годы, прошедшие после аварии и ее ликвидации, превратился почти весь лес. Черные, надломленные стволы торчали из земли вкривь и вкось. Тени от них почти не было, но трава росла здесь лишь на редких прогалинах.

Грузовик как раз проезжал мимо одной из таких прогалин, когда Зоя вдруг вскрикнула:

— Смотрите! Там мотоциклы!

Четыре “Явы” стояли в стороне от дороги, а за ними из густой травы поднимался дымок от костра.

— А, ч-черт! — Саня начал тормозить, но было уже поздно.

Стебли травы раздвинулись, выглянула голова, и сейчас же несколько человек бросились от костра к мотоциклам.

— Банда, так ее! — Белобородое ударил по газам, проскочил прогалину и погнал машину со все возрастающей скоростью, едва успевая вписываться в повороты.

— Предупреждали ведь меня… — бормотал он. — На прошлой неделе машину ограбили в этих местах! Дернула нелегкая угол срезать!

Олег высунулся в окно, поглядел назад и сразу же увидел мотоциклиста, показавшегося из-за поворота.

— Догоняют!

За первым мотоциклистом одновременно появились второй и третий. На четвертой “Яве” ехали двое.

Что-то вдруг звонко щелкнуло по кабине. Эхо выстрела метнулось в лес и, застряв в буреломе, застряло.

— Гады! — заныл Саня, бешено вращая руль. Он до отказа выжимал газ, старенький грузовик каждую минуту мог развалиться, налетев на упавшее дерево, а мотоциклисты не отставали. Один из них, сидевший позади водителя, снова поднял обрез.

— Пригнись же ты! — Олег повалил Зою, прижал ее голову локтем, а другой рукой потащил из кармана пистолет.

Гулко, как в колокол, ударило позади, где-то в кузове. Звук выстрела снесло ветром. “В бидон попал, сволочь”, — подумал Олег. И тут же сообразил, что бидон сейчас, пожалуй, прикрывает его спину.

Страха не было, он приходит позже, дома, в безопасности, когда все уже позади и можно позволить себе бессонную ночь, гнев возмущения, слезы, валерьянку и даже валидол. Теперь же только самые решительные, самые отчаянные действия, чтобы это “позже” когда-нибудь наступило…

Олег взвел курок, высунулся в окно и выстрелил дважды, не целясь особенно, желая просто показать ЭТИМ, что добыча не слишком легка, и, может быть, не стоит связываться. Мотоциклисты поняли и сразу приотстали, но продолжали ехать следом. Олег укрылся на всякий случай в кабине.

Саня, покосившись на пистолет, радостно закивал:

— Ага! То, что надо!

Зоя выпрямилась:

— Откуда это у тебя?

— Потом, потом, — Олег в зеркало наблюдал за мотоциклистами.

— Сейчас перемахнем через покойницкую дорогу, — сказал Саня, — а там уж деревню видно, побоятся лезть!

Машина прошла один вираж, за ним другой и вылетела к перекрестку. Шофер вдруг зажмурился, как от боли. Зоя ахнула. Взвизгнув тормозами, грузовик прополз юзом, развернулся бортом вперед и, наконец, замер у самого завала, преградившего путь через перекресток. Из-за торчавших во все стороны бревен сейчас же полезли люди. Их было человек пятьдесят, многие вооружены автоматами или обрезами.

“Мальчишки, — удивился Олег, — лет шестнадцать-семнадцать, не больше. И одеты все чисто, по-городскому”.

Вдруг среди них… Олег хотел было протереть глаза, но не успел. На него обрушился оглушительный треск расщепляемых бревен, в воздух полетели ветки и щепа. Только после этого издалека донесся неторопливый стук крупнокалиберного пулемета.

Нападавшие бросились врассыпную, мотоциклисты, преследовавшие грузовик, не доехав до перекрестка, резко свернули с дороги и тоже скрылись в лесу.

Через минуту на шоссе показались два огромных армейских фургона с пулеметами на крышах бронированных кунгов. Не сбавляя скорости, они смели завал, едва не зацепили грузовичок и умчались дальше по направлению к центру. Перекресток опустел, наступила мертвая тишина.

— П-покойники, — еле слышно просипел Саня, — в город, на промысел поехали…

Он вдруг спохватился, торопливо запустил мотор, и машина покатила по расчищенной дороге в деревню…

Немного переведя дух, Олег наклонился к Зое и спросил:

— Ты видела?

— Что? — Зоя испуганно обернулась.

Олег взял ее руку:

— Ты рассмотрела их?

— Бандитов? Да.

— Никого знакомых не заметила?

У Зои расширились глаза:

— Каких знакомых? Что ты несешь?!

— Странно. Может быть, это мне показалось?

— Что показалось?

— Да так, ерунда…

— Нет уж, начал говорить — так говори!

— Да понимаешь… — Олег зябко повел плечами, — мне показалось, что там был Пашка…

…Домой вернулись за полночь, пришлось ждать оказии, чтобы не ехать снова через лес без охраны.

Пашка мирно храпел на своем диване, и Олег решил не будить его, отложить разговор до утра. Откровенно говоря, у Олега сейчас просто не было сил, и запасы решимости подошли к концу, а ведь предстояла еще та самая бессонная ночь, которая наступает, когда все позади…

Вот только вымыться не удалось, вода в кранах пропадала с наступлением темноты, а с утра ее сегодня не запасли — не думали так поздно вернуться. Олег с досады принялся было вертеть краны, но не добыл ни капли, пришлось просто обтереться ладонью, скупо смачивая ее из чайника. После погрузки и разгрузки мешков с картошкой (спирт уцелел, дырка от пули пришлась гораздо выше его уровня) такой душ оказался явно недостаточным.