Георгий Гуревич - Рождение шестого океана

Не рассказать ли эту историю на конференции: о том, как во всяком изобретении сливаются труды тысяч и тысяч?

Нет, не стоит! Пожалуй, это будет нескромно — на весь мир говорить о себе, даже если хочешь сказать, что твои заслуги не так уж велики.

Может быть, сделать простой технический доклад об ионосфере, ее строении, свойствах и использовании? Начать, как водится, с определения: «О чем мы говорим? Ионосферой называется та часть атмосферы... »

Но ведь на конференцию приедут крупнейшие знатоки. Что такое ионосфера, знают все. Значит, первую часть доклада будут слушать скучая или вылавливая ошибки. Лучше сразу заговорить о цели конференции: «Товарищи»... — скажет он.

Опять не точно. Там будут не только товарищи, но и господа — капиталисты. Ну, что ж, можно так и начать, с полной откровенностью:

— Товарищи и господа, друзья и гости! Все мы собрались, чтобы обсудить общее дело. Мы с вами жители одной планеты, так сказать жильцы одного дома, и, нравится нам или не нравится, наши квартиры расположены по соседству. Мы можем ссориться, сделать существование друг другу невыносимым, можем договориться — жить в тесноте, но не в обиде. В тесноте — оказал я. Да, благодаря технике планета наша, наш общий дом, становится все более тесной. Мы живем в отдельных квартирах — странах, но у нас общий коридор — океан, где всякий может плавать, выполняя правила судоходства. У нас есть коммунальные реки — Дунай например, коммунальные земли у Южного полюса, общее межпланетное пространство, общее Солнце, общий воздух и общая Служба погоды. Все знают, что погоду в Западной Европе нельзя предсказывать без сведений из Советского Союза.

И вот возникло еще одно общее дело. Четыре общих океана было у нас: Атлантический, Индийский, Тихий и Ледовитый. Пятым океаном называют воздух летчики. Теперь есть возможность создать вокруг планеты всемирный электрический океан, шестой по счету. Мы будем питать его электрическими притоками всех цветов радуги — голубым углем, белым углем, желтым углем, черным углем, красным углем — можем питать изо всех частей света и поить все части света. Так как же, договоримся... или похороним в спорах полезное дело?

Подготовка к конференции шла полным ходом. Красивые конверты с приглашениями рассылались во все страны по алфавиту — в Австралию, Австрию, Албанию, Алжир, Англию, Андорру... А почему не пригласить Андорру? Потому что она мала? Но разве над Андоррой нет ионосферы? Разве жители Андорры не нуждаются в электричестве?

Многие страны отозвались охотно, сообщили списки делегатов. Другие задерживали ответ, нельзя было понять, почему. Присылали запросы: уверены ли советские ученые, что пришло время созывать конференцию? Не стоит ли отложить на два-три года? Надежна ли ионосферная передача, обеспечена ли от случайностей? Имеет ли она практическое значение или только лабораторное?

— Вот тебе на, с Луны свалились! — сердился Сергей. — Имеет ли практическое значение! Передача работает уже третий месяц безукоризненно...

Рокотов покачивал головой:

— Не спешите, неспроста это написано: «Обеспечена ли от случайностей? » Передача работает совсем не безукоризненно. В последние недели поступают жалобы из Джанджаристана. И трамваи у них не берут с места, и моторы не запускаются в вечернюю смену. Вы бы проверили, в чем дело.

Рокотов, к сожалению, оказался прав. На следующий день, не успел Сергей подняться в свой кабинет, на лестнице его встретила взволнованная секретарша:

— Сергей Федорович, вам надо пройти в экспедицию, прослушать радиописьмо.

Радиописьмо — записанная  на  магнитную пленку радиопередача — было уже вставлено в магнитофон. Вслед за позывными Сергей услышал срывающийся от волнения мальчишёский голос Володи Струнина:

— Товарищи, так же нельзя! —возмущался  Володя. — Начинается второй полив на рисовых полях. Момент критический, а мы не додаем ток. Нужда крайняя! Урожай может погибнуть. В стране на три дня остановлены заводы, не ходят трамваи, в городах выключен свет. Брошен лозунг: «Горожане, терпите, надо спасать урожай! » В столице темнотища. Вечером люди ходят с карманными фонариками, как будто светлячки летают по улицам. И все потому, что энергия поступает неравномерно. Иногда получаем не более тридцати процентов. Проверьте, что там на Камчатке с этим недисциплинированным вулканом.

Сергей запросил «недисциплинированный» вулкан. Камчатка ответила: «Даем полную мощность».

Камчатка дает полную мощность, а в Джанджаристан поступает меньше трети. Семьдесят процентов теряется в пути.

Теряется! Где, как, почему? Семьдесят процентов, в данном случае семьсот тысяч киловатт — примерно Днепровская гидростанция развеивается в ионосфере, просачивается между пальцами! На мгновение Сергей ощутил непрочность своей заоблачной электропередачи. Неужели иностранцы, писавшие о непредвиденных случайностях, намекали на какое-то препятствие? Или «предвидели» только непредвиденные помехи? И вот помехи возникли. Но какие именно?  

В пути потерялся Днепрогэс! Куда ушла такая прорва энергии? Проще всего предположить, что сопротивление ионосферы в эти дни было больше обычного. Но почему именно сейчас, в сентябре, оно больше, чем в мае, июне, июле и августе? Обычно нарушения в ионосфере вызываются возмущениями на Солнце. Но Служба Солнца не сообщает о хромосферных вспышках. Притом вспышки, наоборот, усиливают ионизацию, они должны уменьшать сопротивление, а не увеличивать.

Можно предположить другое: ионизация воздуха выше нормы, и где-то в пути ток из ионосферы стекает на Землю. Но шутка сказать — «стекает»! Если ток стекает, должны быть невиданные грозы, необычайные молнии. Однако никаких сообщений о молниях и грозах нет.

А, может быть, почему-либо ток пошел узким пучком, и от этого возросло сопротивление?

А, может быть, ток просачивается на Землю незаметно, малыми порциями? Невиданных гроз нет, а на большом пути — крупные потери.

А, может быть, сильные токи вызывают в ионосфере какие-то новые, неведомые процессы, с которыми мы не в силах бороться?

Но Сергей тотчас же подавил трусливую мысль о бессилии. Неведомое можно понять, понятое — исправить. Вот первый шаг: все догадки распадаются на две группы. Недостача тока объясняется или потерями в ионосфере или утечкой. При потерях в цепи падает, напряжение, при утечке — сила тока. Но ведь напряжение и  силу тока мы в состоянии измерить.

Сергей приказал запросить данные. Оказалось, что на приемной станции напряжение близко к расчетной норме, а сила тока заметно меньше.

Итак, нужно искать утечку. В таких случаях монтеры внимательно осматривают провода и ищут, где испорчена изоляция. Значит, и Сергею следует осмотреть весь «провод», от Камчатки до чужеземной пустыни; чтобы найти, в каком месте пробита изоляция ионосферы.