Лиланд Модезитт - Инженер Магии (Отшельничий остров - 3)

- Через пару лет ты будешь заседать в Совете, - говорит подмастерье с лесопилки, задумчиво обозревая конек крыши.

- Шутишь?

- Какие шутки! Ты мастер на все руки; умеешь и работать, и зарабатывать. У тебя просто не будет выбора, - говорит Пергун, бросая последний взгляд на конек крыши. - Ну ладно, я домой. А ты не задерживайся до темноты.

- Постараюсь, - отзывается Доррин, думая о последних словах подмастерья. Неужто умение зарабатывать деньги ограничивает человека в выборе? А если да, то насколько?

Но от работы эти размышления его нисколько не отвлекают.

LXXXVI

- Он становится невыносимым! - говорит Ания, нервно сглотнув.

- Становится? - уточняет Стирол, водя пальцем по бокалу.

- Да ладно придираться к словам... Положим, он всегда отличался высокомерием, но сейчас это меня особенно беспокоит, - она залпом допивает вино и продолжает: - Он без конца похваляется своей силой. Представь себе, грозится в одиночку разрушить Аксальт. Правда, не раньше весны.

- Думаешь, ему это по плечу? - спрашивает Стирол, пряча улыбку.

- По плечу-то по плечу, - отвечает Ания, наполняя другой бокал. Другой вопрос, насколько это разумно.

- Я так понимаю, он по-прежнему не делится с тобой своими планами? говорит Стирол, наливая вина себе.

- Если у него вообще есть планы.

- Твой сарказм несправедлив, а это тебе не идет. Планы у Джеслека грандиозные.

- Но так или иначе, он очень встревожен чем-то в Спидларе. Чем-то Черным. Всю весну и лето это не давало ему покоя.

- Но с тобой он своими тревогами не поделился?

- Поделится он, как же! Я могла лишь улавливать намеки.

- А что поведал тебе Фидел?

- Будто сам не знаешь! - фыркает Ания.

- Да, знаю. Но не очень хорошо понимаю, какое дело Джеслеку до любовных писем, адресованных небогатой торговке из Джеллико. Наверняка, в этом кузнеце что-то есть.

- Ты же у нас мудрец, Стирол. Вот и сообрази.

- Джеслек, могучий Джеслек, готовый сравнять с землей город, не находит себе места из-за какого-то сопляка! Кто же он такой, этот мальчишка?

- Он с Отшельничьего, - говорит Ания, сообщая старому чародею лишь то, что ему и так известно.

- Неужто это так важно?

- Видать, важно, - отзывается она с кривой усмешкой.

- Знаешь, Ания, - вздыхает Стирол, - ты вовсе не такая умная, какой себя воображаешь. Может быть, Джеслек и невыносим, но он вовсе не дурак. Ты не хочешь становиться Высшим Магом, потому как думаешь, что тот, кто займет этот пост сейчас, неминуемо проиграет в противоборстве с Отшельничьим и падет. Поэтому тебе выгоднее оставаться в тени и находиться за спиной того из нас, кто будет осуществлять правление.

- Ну, а что если так?

- Это опасно. Потому что слишком очевидно, - пожимает плечами Стирол. - Но вернемся к Джеслеку. Раз он так беспокоится, то наверняка ведет за кузнецом наблюдение и кое-что про него выяснил.

- Ты хочешь сказать, будто только из-за того, что у этого... кузнеца за океаном могущественные родители, Джеслек опасается его больше... чем... - она тщательно подбирает слова, но фраза так и остается незаконченной.

- Чем тебя? Именно так. И на месте Джеслека я постарался бы избавиться от юнца, но не напрямую и так, чтобы меня с этой историей никто не связал. Скажем, пареньку стоило бы сгинуть при падении Спидлара - это можно списать на всеобщую неразбериху и панику. Не стоит рисковать и связываться с Отшельничьим раньше, чем необходимо.

- Подумаешь, риск - избавиться от сопляка!

- Ания, дорогая, любое дело может оказаться рискованным. Никогда не забывай об этом, - Стирол отпивает из бокала и, заслышав стук в дверь, замечает: - Думаю, нам принесли ужин.

- Давно пора.

LXXXVII

- Ну давай, девочка, ну давай! - понукает Доррин. Меривен напрягается, продетые в шкивы веревки натягиваются, и последние четыре секции сборного каркаса поднимаются на место.

Хотя солнце еще едва поднялось над восточным горизонтом и утро стоит прохладное, рабочая рубаха юноши уже промокла от пота. Машинально отмахнувшись от слепня, он стравливает веревки, ослабляя натяжение, проверяет кран и переходит к уже помещенным в заранее вырытые ямы угловым опорным столбам. Ямы заливаются вязкой глиной, которая, засохнув, схватит столбы намертво, однако для верности они закрепляются еще и каменной кладкой.

Очередь за поперечными балками. Доррину приходится подниматься по приставной лестнице, высвобождать стропы крана и крепить их к поперечному брусу. Когда он закреплен, юноша снова берет лошадь под уздцы.

- Пойдем, девочка.

Наконец поперечная балка зависает в воздухе над пазами и скобами. Доррин снова забирается на стремянку и заводит один конец балки в паз, спускается, стравливает веревку, снова взбирается наверх и устанавливает на место другой конец. Края балки прочно удерживаются скобами. Это только начало. Предстоит установить еще шесть точно таких же и подвести под них опоры.

Еще до полудня юноша успевает закрепить каркас. Мокрый от пота, он жует ломоть хлеба и пьет из кувшина воду, не обращая внимания на прохладный ветерок и собирающиеся тучи. Так или иначе, но каркас и фундамент дома, в котором они с Лидрал будут жить, уже готовы.

Утерев лоб, Доррин берется за тачку с кадкой, привозит с речушки воды и начинает замешивать раствор. Дело это утомительное, и прежде чем месиво достигает нужной густоты, ему приходится не раз переводить дух.

К полудню ему удается зацементировать все опоры и уложить нижние брусья.

Меривен, привязанная у недавно завершенной конюшни, пощипывает травку, довольная тем, что ей больше не приходится тягать бревна.

Впрочем, с точки зрения Доррина, установка каркаса представляла собой далеко не самую трудную часть работы. Проектирование, а также предварительные, кузнечные и плотницкие работы продолжались с середины лета, и ушла на них не одна восьмидневка.

А сколько еще всего предстоит ему сделать до осени - и уж всяко до того, как в Дью нагрянет зима! И ведь все его труды могут пойти прахом из-за Белых магов...

Оглянувшись, он окидывает критическим взглядом гармоничные очертания возведенного им на холме сооружения, довольно улыбается и ускоряет шаг, направляясь к домику и саду старой целительницы.

LXXXVIII

Доррин озирает Маленький пруд, заросший ряской. Со скалистого уступа сбегает прозрачный ручей. А ниже по побуревшему склону, рядом с маленьким домишком Риллы теперь красуются его дом и конюшня.

Целительница настояла на том, чтобы он непременно выправил в Гильдии документ о продаже ею земли.

- А вдруг меня зашибет молния? - говорила она. - Что тогда? Кто подтвердит, что этот участок твой? Мертвецы бумаг не заверяют.

- С чего это ты о смерти заговорила?