Владимир Контровский - Заданное значение судьбы

– Не горячись, сынок. Не верь тому, что болтают про твоего отца, - адмирал Даэций всегда сперва думал, а потом уже хватался за бластер. Стрелять - дело нехитрое, но нужно точно знать, в кого ты стреляешь, и зачем. Давай-ка сначала разберёмся, что за гости к нам пожаловали, и почему наш адмирал так им рад.

Глайдер Дагабура вышел из-под силового поля Базы и понёсся, таща за собой шлейф пыли, к остроконечным силуэтам чужих кораблей, ясно видимым в разреженной атмосфере Красной планеты. А навстречу ему уже мчалась другая машина - глайдер Эридана.

– Устала?

Мерседес молча кивнула.

"Можно было и не спрашивать, - подумал Диего, - достаточно прислушаться к своим собственным ощущениям. Только это не усталость - за несколько дней моя Сирин постарела на несколько лет. Да и я сам тоже поседел и в изобилии обзавёлся морщинами. Как я теперь выгляжу, можно увидеть, спустившись к реке и посмотрев на своё отражение в зеркале воды. Вот только мои мышцы активно возражают против таких гимнастических упражнений - это ведь надо идти вниз по склону, а потом ещё карабкаться обратно. Так что это не усталость - это старость, обрушившаяся на нас обоих за те невероятно короткие доли секунды, которые мы провели там, в недрах материи, растянув внешнее время в миллиарды раз. С Духами Времени не шутят… И ещё - то, что обитатели этого Мира называют лучевой болезнью. Мы приблизились к клокочущему источнику Силы на расстояние протянутой руки и обожглись. Ведь мы здесь не боги, мы - люди…".

Он посмотрел на свои ладони, усыпанные крохотными кровоточащими язвочками. "Нейтроны жалили злее москитов - лучшие целители не в силах выгнать из наших тел яд от их укусов. И неудивительно: орты - не боги, и даже не эски. Они - люди…".

– Но мы всё-таки спасли это Мир, мой Маг, - сказала Мерседес, не открывая глаз. - Он будет жить, будут рождаться дети - много детей, - и Души Бестелесных вернутся в Круг Бытия в новых воплощениях.

– Спасли, моя Магиня, - согласился Диего. Он не удивился, что его вторая половина отвечает на его мысли - чему тут удивляться? - И, кажется, не в первый раз, а? Помнишь? Такое уже было когда-то…[24]

– Помню, - на губах Мерседес родилась улыбка. - А потом мы с тобой искали друг друга тысячи лет…

– …и нашли. Дороги Миров сходятся. Жаль только…

– …что вместо обожествления мы получили опасливое уважение? - Сирин открыла глаза и повернула голову к мужу. - Богам не место среди людей: их дом - звёзды.

"Звёзды, звёзды, звёзды… - услышал Диего-Рой. - Звёзды без счёта… Алые всполохи и слепящие белые вспышки… Ощущение Силы, переполняющей всё моё существо, Силы, способной гасить эти звёзды…".

– Вот мы и погасили злую звезду, мой Маг. Остановили распад и спасли эту планету - ещё раз. Хватит, наверно… Пусть теперь люди сами позаботятся о своём будущем - зачем им мешать? Им не нужны боги, рассчитывающие для них заданное значение судьбы, - они справятся и без них.

– А справятся ли, моя Магиня?

– Дети учатся ходить, - пожала плечами Мерседес. - Иногда они падают и набивают себе синяки и шишки, но если их всё время держать за руку, они так никогда и не научатся ходить. Все Носители Разума сами выплетают вязь своих судеб, заданное значение - это всего лишь полотно, на котором вышивают узор. Или ты забыл об этом, мой Маг? Да, взрослые могут - и должны - подсказать и помочь, но главное для богов - вовремя уйти, пока их присутствием не начали тяготиться или пока не привыкли уповать на их помощь всегда и во всём. Так что нам с тобой пора - я устала и хочу домой. Думаю, мы заслужили возвращение.

Да, они устали - оба, - и таяли догорающими свечами. Им трудно было в последние дни находиться под сводами Катакомб - каменные своды давили, и Сирин с Роем уходили на берег реки и сидели там часами, глядя на воду, небо и горы. Им не мешали - у ортов было много забот. После удаления раковой опухоли Города этот Мир выздоравливал, но болезнь всегда может дать осложнения.

Мерседес и Диего устали, но эта была приятная усталость - такая, которая приходит после хорошо выполненной работы. И Маги отдыхали, ожидая, когда можно будет скинуть свои изношенные оболочки, словно рабочую одежду в конце трудового дня. Они ни о чём не жалели - разве можно о чём-то жалеть, если они нашли друг друга и прочли Рукопись своей Памяти? Теперь им оставалось только ждать, и уже недолго - они это чувствовали.

В светлеющем небе бисеринки звёзд сделались едва различимыми - наступало утро.

"…Звёзды, звёзды, звёзды… - услышал Диего-Рой - тот, чьё настоящее имя было совсем другим, - и понял, что слышит то, что звучит в сознании Сирин-Мерседес - той, чьё настоящее имя было совсем другим. - Звёзды без счёта… Голубые молнии и слепящие белые вспышки… Ощущение Силы, переполняющей всё моё существо, Силы, способной гасить эти звёзды…"

– А там, дома, мы узнаем друг друга, эскиня?

– Мы очень постараемся, эск.

На горизонте вспыхнула золотистая точка, растеклась и превратилась в яркую узкую полоску - в краешек сияющего жёлтого диска.

Всходило солнце.

Громадный многомерный Кристалл - копия Познаваемой Вселенной, уменьшенной в несчётное число раз, - ожил. Заполнявшее его туманное нечто, неосязаемая субстанция, не подчиняющаяся никаким законам Привычного Мира, пропиталось живым звучащим светом, и смутные очертания двух человеческих фигур - мужской и женской, - проступавшие сквозь эту светящуюся дымку, обрели законченность творений мастера.

"Вот и всё, - подумала Эн-Риэнанта, - свершилось. Теперь дело за малым…"

Она услышала тонкий звон. Этот звук исходил не от Кристалла Первичных Матриц - к Звёздной Королеве обращались, почтительно прося аудиенции. Магиня проверила канал, и брови её чуть дрогнули - появления этого посетителя она никак не ожидала.

– Очень интересно… - вслух проговорила она, прикрыла Кристалл, парой движений мысли создала интерьер - парадная роскошь нам ни к чему, ограничимся конфиденциально-деловой обстановкой, - села в послушно возникшее кресло и произнесла в пустоту:

– Пропустить!

Взметнувшийся посередине сотворённой Королевой небольшой круглой комнаты рой серебристых искр образовал тощую фигуру в платинового цвета плаще с капюшоном.

– Я приветствую Звёздную Владычицу и Королеву Объединения Пяти, - вкрадчиво произнёс гость, откидывая капюшон.

Всеведущий ничуть не изменился с тех пор, как они последний раз виделись, - то же костистое аскетичное лицо, пергаментная кожа, те же тонкие сухие пальцы и пронзительный взгляд бесцветных глаз из-под редких седых бровей. Серебряные эски были консервативны во всём, в том числе и в отношении к своей внешности.