Владимир Клименко - Ловцы ветра. Резервация для чудаков

В лодку садились молча, как-то обреченно, словно эта была ладья Харона, а река – Стикс. Но Давид никак не походил на вечного перевозчика душ. Он даже включил магнитофон с какой-то на редкость разухабистой румбой, и его с трудом уговорили обойтись без музыки, чтобы не привлекать лишнего внимания.

Но, как ни странно, ловить беглецов, отплывающих в черноту ночи, никто не собирался. Напротив, Денис мельком видел, как им помахал от ярко освещенной туристской пристани охранник в форме.

«Они тут все беспечные бездельники, – мелькнула мысль, – или все в доле».

Еле слышно стуча электрическим мотором, лодка скользнула в коридор берегов. Деревья по обеим сторонам едва угадывались. Давид уверенно вел свою посудину. Иногда поглядывая на него, Денис даже в темноте видел широкую белозубую улыбку.

– Пара часов ходу, – утешал пригорюнившихся путешественников Давид. – В фактории нас уже ждут.

– Ты их предупредил? – Тан явно заботился о конспирации.

– А как же! У вас ведь даже гамаков нет. Выяснилось, что из необходимого снаряжения не хватает многого. Противомоскитных сеток, например, без которых, по словам Давида, в сельве обойтись решительно невозможно. Хорошей обуви, защищающей ноги от паразитов и змей. Оружия.

– Я договорился, – утешал их Давид. – Пару карабинов вам продадут. Гамаки возьмете напрокат или купите. Консервы в фактории есть тоже.

– Может, там и проводник найдется? – спросил Денис, который раньше о проводнике не думал совсем.

– Может быть. Но надо поговорить.

Сельва, даже вблизи от города, жила своей особой странной жизнью. Иногда с берега раздавались резкие пронзительные крики, словно там пытались кого-то придавить и этот «кто-то» отчаянно сопротивлялся, но потом обессилевал, и крик заканчивался на хриплой, полупридушенной ноте. Временами возле борта лодки слышались приглушенные чавкающие звуки.

– Выдры или ламантин, – коротко пояснил Давид, заметив, как Анита боязливо ежилась.

– Да здесь-то откуда? – удивился Денис.

– Вот, появились в последнее время, – охотно отвечал Давид. – Никто их сейчас не трогает.

Границу заповедника пересекли незаметно, там не было никаких постов. Просто в какой-то момент Давид сообщил, что скоро по правому берегу будет деревня, а она находится уже вне юрисдикции штата, так что теперь путешественников с полным основанием можно считать преступниками.

В фактории – три белых домика на расчищенном от зелени берегу – их действительно ждали. Причал был ярко освещен прожектором, никто из обитателей маленького поселения, даже дети, не спали.

Деловые разговоры отложили на утро. Давид не стал задерживаться, передав группу с рук на руки своему брату, а только попросил подзарядить аккумулятор и отбыл в обратный путь, уверяя, что привык спать днем, а не ночью – ночью надо работать.

Несмотря на удачно проведенную операцию побега, все почему-то выглядели подавленными и усталыми. Разговаривать не хотелось. Денис подумал, что моральный дух экспедиции за последние два дня как-то упал.

Но утро все расставило по своим местам.

Денис проснулся непривычно для себя рано, хотя, укладываясь ночью в неудобный гамак, дал себе слово спать до упора. Рядом в таких же, как у него, гамаках, напоминая свернутые куколки бабочек, спали его друзья. Солнце косыми лучами делило большую, свободную от мебели комнату пополам.

Он первым вышел на невысокое крыльцо, полной грудью вдохнул пахнущей зеленью и водой воздух. На низкой ветке метрах в двадцати от него сидел крупный тукан и рассматривал пришельца круглым любопытным глазом. Непропорционально большой ярко-желтый клюв тукана, казалось, непременно должен был заставить его кувырнуться, но тукан сидел крепко.

– Чего уставился? – весело спросил Денис. – Червяка хочешь?

Тукан, похоже, даже подпрыгнул от возмущения на ветке, потом долбанул своим здоровенным клювом ствол и перелетел на всякий случай подальше.

Солнечное утро и вновь появившееся чувство свободы даже вечно хмурого Сеймура привели в отличное расположение духа.

Завтракали весело, заново знакомясь с хозяевами, беседуя о пустяках, как будто завтрак проходил не в джунглях на берегу диковатой реки, а в обычном городском доме. Скоро Денис понял, что гости в этой фактории явление привычное. Хозяева тем и живут, что снаряжают и отправляют в путь незаконно пересекших границу заповедника искателей приключений.

Один из домиков служил складом.

Хозяин большого семейства Родригес – пока завтракали, Денис насчитал пять бегающих вокруг веранды ребятишек – явно предпочитал не интересоваться целью, с которой к нему пожаловали ночные гости. Денис сам был вынужден завязать нужный разговор.

– Как нам добраться сюда? – ткнул он пальцем в карту на дисплее. – Проще всего, наверное, по реке?

Родригес какое-то время внимательно смотрел на экран, потом, не говоря ни слова, поднялся и ушел в дом. Денис с недоумением уставился в его широкую сутулую спину с выпирающими из-под армейской рубашки лопатками, а потом обернулся к Шаки и выразительно пожал плечами.

– И разговаривать не хочет, – растерянно сказал он.

Но тут Родригес вернулся и все так же молча положил на стол старую, местами стершуюся на сгибах карту. Денису хватило одного взгляда, чтобы понять – она куда подробнее.

– Сейчас таких не найдешь, – медленно роняя слова, сказал Родригес. – У меня самого было таких три штуки, осталась одна.

– Вы нам ее дадите? – с надеждой спросил Денис. Родригес отрицательно покачал головой.

– А вот этот приток, – сравнивая карту с дисплеем, сумрачно сказал Сеймур, – здесь вообще не указан.

– Электронная чепуха! – все тем же усталым тоном отозвался Родригес.

– Так как же нам быть? – воскликнул Денис. – Давид сказал, что вы нам поможете.

– Да он просто хочет карту продать, – Шаки стукнула Дениса по плечу крепеньким кулачком. – Ведь правда?

Родригес кивнул и тут же назвал цену, по которой в городе можно было достать персональный компьютер.

Оказывается, в фактории можно было купить все – от высоких десантных ботинок до вполне приличных консервов, от широкого мачете до лазерных бритвенных лезвий, были бы деньги.

Прикидывая, сколько у них осталось наличных, Денис проклял себя за непредусмотрительность – кредитные карточки Родригес брать отказался.

Но все же в конце концов Денису удалось купить шесть гамаков с противомоскитными пологами, подходящую обувь и одежду, запас продуктов примерно на неделю и два старых пятизарядных карабина. От автоматического оружия из-за нехватки средств пришлось отказаться.