Владимир Контровский - Страж звёздных дорог

– Будет кровь, Катри. Много крови…

– А как там насчёт Предначертанного? Кому суждено умереть, те умрут.

– Ты говоришь об этом так легко, потому что почти всемогущ, - я представляю примерно пределы твоей силы, - и не слишком-то рискуешь умереть сам!

– Я знаю, что такое смерть, Верховный Хурру, - я сталкивался с ней на Дорогах Миров. Здесь - да, я не очень опасаюсь мечей и даже вашей магии. Но, продвигаясь и раздвигая рамки, я неизбежно столкнусь с кем-то или чем-то, что не только будет соизмеримым по мощи с моими силами, но и превосходящим. И что тогда? Я смертен, и я могу погибнуть - точно так же, как и простой воин на поле битвы от стрелы или копья. А остановиться… Это вряд ли.

– С чего ты хочешь начать, Лесной Маг?

– С самого начала, Верховный Жрец Хурру.

Хануфера Катри разыскал легко. Он сделал бы это и до визита к Орбу Силы, а уж теперь… Стоило только чуть напрячься, и огонёк разума царедворца ярко высветился перед внутренним взором Мага. Эндар решил прибегнуть к телепортации - лишняя демонстрация Силы не будет лишней, - и через несколько мгновений материализовался в доме Хануфера, прямо перед изумлёнными глазами последнего. Сборщик дани поспешил склониться в низком поклоне, однако, надо отдать ему должное, быстро пришёл в себя - ведь Хануфер прекрасно знал и понимал, с кем имеет дело.

Катри не отказался от угощения - к чему пренебрегать приятным, коль скоро имеется такая возможность? Но разговор за чашей вина пошёл серьёзный.

Хануфер был несказанно рад тому обстоятельству, что грозные Хурру если и не окажутся союзниками, то, во всяком случае, не выступят против. Оставались армия и гвардия Властителя, а так же те из знати, которые Властителя поддерживали (быть может, сами втайне лелея мысль занять когда-нибудь его место). Катри не собирался разгонять сторонников трона мановением руки. Он рассуждал вполне логично: если уж Хануфер жаждет власти, пусть добывает её, а не ждёт, пока этот сладкий плод сам упадёт к нему в ладони по волшебству. Чародей решил, что вмешается только в том случае, если ход событий его совершенно не будет устраивать. Визит во дворец решено было нанести утром - без особого приглашения. Хануфер успел доложить о чуде, и его сообщение вызвало интерес - Властитель давно нуждался в чём-то подобном для противовеса магической мощи Храма.

Утро наступило ясное и прозрачное. Огромный город просыпался, общая аура его обитателей была спокойной и умиротворённой. Первые торговцы уже разворачивали свои товары на рыночной площади, из дверей пекарен тянуло запахом свежеиспечённого хлеба, по каменным мостовым зацокали копыта - первые гружёные возы потянулись в город от распахнувшихся ворот. Порт наполнялся привычным каждодневным шумом, первые корабли покидали его, и первые вновь прибывшие занимали места у причалов. Лучи солнца скользнули по белому куполу Храма, и Катри-Эндар уловил слабый ручеёк ожившей магии. Нечто вроде утренней общей молитвы? Точнее, что-то среднее между молитвой и медитацией, в которую вовлечены сотни разумов. Да, Храм не забывал своих функций - пробудившаяся магия явно была Магией Слежения. Что ж, пусть наблюдают…

Дорога до дворца Властителя не отняла много времени - царедворцы уровня Хануфера по установившейся традиции селились недалеко от дворца, и чем выше был ранг слуги Властителя в сложной придворной иерархии, тем ближе располагалось его жилище к центру светской власти - к дворцу-крепости.

Дворец чуть уступал по высоте зданию Храма, однако выглядел не менее величественно. Его опоясывали два кольца высоких стен, сложенных из серого камня и увенчанных зубцами и выступающими вперёд башнями, позволявшими обстреливать подступившего к самым стенам врага с флангов. Естественно, под стеной был прокопан наполненный водой глубокий ров с подъёмным мостом, - во всех Юных Мирах одно и то же, - такой же ров занимал почти всё пространство между первой и второй стенами. Несколько подъёмных мостов могли быть переброшены с внутренней стены на внешнюю, но никак не наоборот. Дворцу неоднократно приходилось выдерживать осаду - часть кладки стен была свежее в тех местах, где после победы заделывали оставленные таранами бреши.

Когда Катри и Хануфер подошли к воротам, подъёмный мост был опущен, но в воротах стояла бдительная стража в сверкающих латах. Взглянув на них, Катри вдруг почувствовал нечто вроде сожаления, и его затея показалась ему пустой и никчёмной. Демонстрировать на этих воинах всю мощь подвластной ему магии - это всё равно, что мастеру боевых искусств состязаться с детьми: ни чести, ни славы, ни удовольствия. И Эндар твёрдо решил: вмешиваться он не будет - пусть всё идёт так, как пойдёт. В конце концов, в словах Верховного Хурру насчёт Предначертанного что-то есть. Будущее вероятностно…

Их пропустили без задержки через обе стены - либо Властитель отдал соответствующий приказ, либо Хануфер принял какие-то свои меры. За вторыми воротами чародея и сборщика дани встретил высокий человек в тёмно-синем плаще поверх кольчуги. Он внимательно оглядел вошедших и сделал знак следовать за ним.

За вторыми воротами внутреннее пространство крепости заполняло множество строений, одно- и двухэтажных, и надо всеми ними царило выстроенное из голубовато-серого камня здание самого дворца.

"Впечатляет, - подумал Катри, - даже меня. Что же тогда говорить об аборигенах…". Дворец походил на жемчужину, скрытую за прочными створками-стенами раковины-крепости. Стиль странный - раньше Эндар такого не встречал. Высокие и узкие окна первого этажа, затянутые витражами, походили на следы от ударов исполинским кинжалом по серо-голубой коже; только удары эти наносились очень аккуратно - окна располагались ровной цепью, опоясывающей весь дворец. Над ними шла линия круглых окон второго этажа, высота до них составляла не менее двенадцати локтей. А над крышей кольцом возвышались десять тонких шпилей, увенчанных сферами с остриями - словно на концы гигантских копий были насажены диковинные круглые плоды. Тяжёлые металлические двустворчатые двери с причудливой резьбой - то ли растения, то ли узор, то ли вязь неведомых символов - медленно распахнулись.

На второй этаж вела широкая каменная лестница, уставленная по сторонам статуями мужчин с оружием и обнажённых прекрасных женщин. Понятие красоты может варьироваться в довольно широких пределах, но общие стандарты для человекоподобных сохраняются. Через каждые несколько ступеней замерли неподвижные фигуры воинов в полном вооружении, почти неотличимые от изваяний. Катри поднимался за провожатым не спеша, ощущая нарастающее нервное напряжение Хануфера. Волнуется хищнолицый - и правильно делает, что волнуется…