Ольга Черных - Предел совершенства

Спустя двадцать долгих минут поисков среди огромного количества мужчин я всё-таки нахожу малыша Томми. Его имя, как и имена всех жителей страны, хранится в Базе Данных.

Томас Уотсон

Дата рождения: 23 января 2133 год

Родители: Джема Стерлинг и Патрик Стерлинг

Я значительно усложнила себе жизнь тем, что не ввела год рождения Томми. Я же знала, что ему три года! Идиотка. Всё бы хорошо, только родители у Томми не те, которых я ожидала увидеть. Это должен быть он, других вариантов нет. Я перехожу на страничку Джемы Стерлинг и мельком читаю биографию женщины. Ей сорок девять лет, в графе о детях ни слова о Николь, только Томас. Ничего не понимаю. Просматриваю страницу Патрика, то же самое. По возрасту они больше походят на бабушку с дедушкой, но в современном мире всё возможно. Я бы поверила, что они биологические родители Томми, но сходства Джемы и Николь на лицо. Она их дочь, Томас — их внук. Что-то не так с Сетью. Ввожу в поиске имя мужа Николь, Коул Уотсон. Ссылок уже гораздо меньше, чем в предыдущий раз, я указала примерный возраст. В Блудриме нет ни одного мужчины, подходящего под моё описание. Очень странно. Хоть Коула уже нет в живых, его резюме должно храниться ещё пятьдесят лет. Так установлено законом. В Базе Данных нет и Николь, это не может быть совпадением. Словно они и не рождались. Боюсь вводить своё имя, а тем более — Ника. Что-то мне подсказывает, что нас тоже вычеркнули из истории страны. Есть только один способ узнать правду и заодно проверить мою теорию.

— Никки, — сказала я, радуясь сопению в динамик. Хочется увидеть её, но я не могу включить видеосвязь, чтобы не потревожить Ника и Эмили. — Я не разбудила тебя? Спасибо за поздравления…

— Тебе обязательно нужно было поблагодарить меня в час ночи? — строго спросила Николь, но я чувствую, что она улыбается. — Шучу. Ещё раз с днём рождения, детка! Как ты? Есть новости? В Корпусе переполох, Грин ищет вас, боюсь, что…

— Тсс, подожди, — попросила я, — как зовут твоих родителей?

— Джема и Патрик, — без замешательства ответила она. Память, должно быть, к ней полностью вернулась, а это значит, что Никки больше не винит себя в смерти Коула. — А что? Неужели ты…

— Да, я нашла Томми, — сказала я, и на глазах у меня появились слёзы. Меня радует новость о найденном сыне и радует то, что мы с Николь стали понимать друг друга с полуслова.

— Господи, Мел… — прошептала она. — Я вспомнила номера родителей и звоню им каждый день, но никто не отвечает. Я места себе не нахожу.

— Они могли сменить номер, может, и адрес, — предположила я, — сейчас я пришлю тебе их координаты.

— Спасибо тебе! Спасибо, ты не забыла! — обрадовалась Николь, и её грустный голос сменился на смех. — Я не знаю, как отблагодарить тебя…

— Не говори глупости! Ты прикрываешь нас на заводе, и это мы у тебя в долгу.

— Ладно, не будем считать благие дела. Утром я поговорю с Британи и вылью её сыворотку, положись на меня. Ты ещё можешь говорить? Мел, ты так и не ответила, как у вас дела…

— Об этом я и хочу сказать. На днях мы уезжаем из Далласа в столицу, я хочу забрать тебя с собой!

— Ты с ума сошла? — Николь удивлена, и я тоже, ведь это предложение только что пришло мне в голову. Оно правильное. Думаю, ребята не станут возражать, только бы она согласилась. — Я не могу подвергать вас ещё большей опасности! Вам нужно немедленно убираться отсюда без оглядки. Ты нашла моего малыша, и я тебе благодарна за это. Я не могу уйти, забыла? Мне нужно позаботиться о Британи.

— Не поверишь, мы все так говорим. Никто не хочет подвергать друг друга опасности, но мы вынуждены это делать! — сказала я, но Николь слишком упряма, чтобы уступить мне.

— Мел, подумай, скольким ещё людям я могу открыть глаза на правду. Как минимум, всему пятому этажу общежития, я знакома почти со всеми и постараюсь найти к ним подход.

— Неужели ты не хочешь увидеть сына? — спросила я, но поздно поняла, что задела за самое больное…

— Безумно хочу! Больше всего на свете я хочу оказаться рядом с Томми и мужем, — Николь снова заплакала. Я правильно делаю, что ненавижу себя сейчас. — Если я уйду с вами, рискую сгнить в тюрьме. Вас могут найти…

— Да, Николь, я знаю. Я засыпаю и просыпаюсь с этими мыслями! Я вижу во сне, как у меня снова и снова забирают Ника. Я знаю, что предлагаю тебе не лучший вариант, но всего лишь хочу, как лучше…

— Прости. Я не хотела обидеть тебя, прости… Я молю Бога, чтобы с вами ничего плохого не случилось.

— Да, знаю, и ты прости, — сказала я и приказала себе перестать плакать, — спасибо, что помогаешь нам. Если передумаешь, скажи. Да, и позвони мне, когда свяжешься с Томми.

— Конечно. Я буду держать тебя в курсе событий, происходящих в Корпусе.

— Тогда нам лучше пойти спать, завтра будет тяжёлый день, — предложила я. Николь предстоит убедить Британи, чтобы та не принимала сыворотку. Надеюсь, память уже постепенно возвращается к девушке, раз Адам отключил её микрочип. Надежда умирает последней.

— Ты права, — согласилась Николь, зевая в подтверждение, — ещё раз спасибо тебе, что нашла моего сыночка! Я так скучаю по нему.

— Я не могла этого не сделать, Никки. Всё же, если решишь пойти с нами, скажи мне.

— Мел…

— Я поняла, тебе ещё рано уходить, хорошо. Я всё равно заберу тебя оттуда, когда это закончится.

— Вот тогда я перестану сопротивляться, — смеётся Николь. Мы все перестанем, когда всё наладится.

— Надеюсь на это. Я рада, что ты снова стала улыбаться. Скучаю по тебе. Спокойной ночи.

— Я тоже скучаю, Мел. Удачи вам, буду держать кулачки. Спокойной ночи.

Вот так, без лишних слов мы отключили свои ноутскрины. Я отправила Никки адрес с телефоном её родителей. Надеюсь, мы ещё встретимся, но при данных обстоятельствах даже короткий разговор — подарок. Зато теперь я спокойна, потому что Николь стала на шаг ближе к сыну. С чувством облегчения и морального удовлетворения я прижималась к Нику как можно сильней. Вижу, как он улыбается во сне, и тоже засыпаю под унисон наших сердец.

Глава 27. Николас. Аноним

Полёт твоих мыслей доступен не каждому.

Будь собой.

Меня разбудил вибрирующий ноутскрин. Со вчерашнего дня я то и дело проверяю почту. Вдруг какой-нибудь доброволец свяжется с нами, чтобы поделиться новостями из внешнего мира. Хорошо, что я догадался отключить звук, иначе Мелоди с Эмили тоже проснулись бы. Странно, мне показалось, что пришло сообщение, а это был будильник. Мел поставила его на десять часов, чтобы я прочитал её заметку. Когда она успела? «Для тебя, любимый», — прочитал я и ниже увидел стихотворение.