Дмитрий Градинар - Серый прилив

Но если «стрелка» успевает вклиниться во вражеское построение-полусферу, рассекая его на две части, это почти победа. Это веер торпед, как в одну, так и в другую сторону, возможность мгновенного разворота «все вдруг» и атака любой из рассеченных полусфер, с гарантией, что противодействие будет минимальным. Потому что враг, оставшийся по обе стороны, не может вести запуск торпед и продольную стрельбу, не может запустить ловушки, рискуя навредить второй отсеченной группе. Торпеды, скорее всего, самоликвидируются, а вот плазменное оружие в случае промаха ударит по своим же. Промах торпед, при движении атакующих землян с максимальной скоростью, тоже гарантирован, поэтому им и остается только самоликвидация. Потери «Зигзаги» несли только на подлете, когда командиры решались использовать «стрелку».

Прилив. Туман. Пожалуйста, кто бы вы ни были! Только не сейчас!

Джокт добавил к мысленной просьбе еще одно действие...

Почему командор крейсера «Галахер», увидевший в Приливе «Летучих голландцев», никак не отреагировал на звук, вообще ничего не услышал? Потому что аудиорекордер «Спринт» — хорошая аппаратура, и «Мегасмерть» продолжает звучать в хит-парадах Солнечной. Музыка для любителей и для тех, кто нуждается в такой музыке! Низкие частоты? И замечательно, что — низкие! Это не блюзы, которые пела Лиин. Не наложение звуковых дорожек, столь любимых Эстелой. Каждому — свое!

Где-то внутри головы, слева направо, простучала плотная дробь ударов, чуть вдали грянул и пошел вибрировать медным бархатом гонг, а вторя ему, металлический, уже не медный — стальной лязг, начал продвижение от затылка к самой переносице. Давно Джокт не слушал этот квартет, в последний раз, может быть, еще до прибытия в Крепость. Теперь все, о чем пели музыканты, воспринималось по-другому. Похоже, они-то как раз знали, о чем можно петь для пилотов флота КС!

В далеком Внеземелье злой разум внеземнойВыводит на орбиту корабль боевой!И в черных аппаратах прощальная заря —И голос навигатора: В прицеле — Земля!

Спасибо, «Летучие»! Пролетайте. Как-нибудь в другой раз. Выход из Прилива, а там...

Пять глыб — линкоры Солнечной бьют в пространство, заполненное кораблями Бессмертных. Ничего себе, повышенная активность! До полусотни крейсеров! Мониторы выстроились в замкнутую цепочку, работают, будто движется лента конвейера, сменяя друг друга. Левое крыло — крейсеры Солнечной. Попеременная атака, движение их строя — движение жующих челюстей. Если бы пространство умело кричать, оно бы кричало!

Я точно знаю, чтоИздалека одетый в камуфляж появился зверь,И радость торпеды легка и светла —Ее расчетчики ищут цель!

Залп в сто восемьдесят торпед. По расходящимся направлениям. В сложных траекториях сразу же запутываются две «червивые розы». Это работает правое крыло. Истребители.

Потом, раз сто, наверное, в наушниках прозвучало рефреном:

Возьми в ладонь яркий огонь.Возьми в ладонь яркий огонь...

И сразу захотелось протянуть руку к далекой звезде. Что может быть ярче звезды?

Оперативный квадрат незнаком и битком набит инопланетной техникой. Больше всего «Кросроудов», которые мечутся, пытаясь прикрыть транспорты. Удар на упреждение — великое дело, спасибо разведке! Флот Солнечной Бессмертные ожидали увидеть здесь не больше, чем белая верблюдица может ждать потомства от жабы.

Три линкора Бессмертных огрызаются полными бортовыми, на тактическом дисплее — красная полоса прямо посредине оперативного квадрата. Бессмертные не ведут стрельбу на поражение, дистанция велика, а выстраивают собственную «зону отчуждения».

Еще один запуск торпед «Зигзагами». Похоже, сегодня генеральная репетиция на малой сцене... И начало проходит удачно!

Два линкора Солнечной на форсаже рвутся сквозь «зону отчуждения», идут прямо в эпицентр гравитационного торнадо. Глупость? Нисколько! Два звездолета типа «носорог», новейшего типа, с носовой частью — трансформером... Сейчас там плющится броня, и летит к черту фронтальная оптика со всей прочей аппаратурой. Дюзы «носорогов» утоплены в броневые юбки — надо же чему-то учиться у Бессмертных! — а потому малоуязвимы, след работы двигателей, будто сполох на пол-Галактики! И вдруг эта пара оказывается рядом с линкорами врага. «Зона отчуждения» пройдена, начинается фаза экзекуции.

Канониры Бессмертных не успевают сменить фокусировку орудий, «носороги» проводят короткое движение юзом — это как если бы их живых прототипов научить делать разворот на льду, и оживают все орудийные палубы. Спешное перестроение приводит противника к тому, что один из его линкоров перекрывает собой два оставшихся. Полтора, если учесть то, что осталось от одного из перекрытых.

На левом фланге тоже начинается движение. Жующие челюсти плавно, даже с какой-то меланхолией, приближаются к «Кросроудам», и те принимают бой. После короткой дуэли на сходящихся курсах крейсера Солнечной одновременно расходятся, образуя кольцо — раскрытую пасть. В фокусе их излучателей — ядро вражеской крейсерской группы. И те наконец-то забывают про транспорты.

— Пора, мальчики! — прорывается к Джокту сквозь гитарные пассажи голос Гонзы. — Наши двойники готовы!

Оставшаяся на изначальной позиции «Блистательная Порта» делает ленивый подъем, и под брюхом линкора показывается цепочка истребителей ДУГи.

— Второй контур! — уже говорит командор «Порты». — Десять секунд до подключения!

— Барон, Гаваец! — Ощущение безопасности еще рядом, еще внутри, но скоро оно исчезнет.

Потому что эта игра из разряда тех, которые невозможно отличить от реальности.

Через десять секунд, как и было обещано, Джокт увидел над собой брюхо звездолета, усыпанное выпуклостями мембран для запуска миниджетов, и со стороны — свой «Витраж», застывший у точки выхода из Прилива. Если бы не расстояние, можно было бы попытаться помахать самому себе...

— На время экспериментального вылета мы позаботимся о ваших «Зигзагах». Ну и о вас самих, разумеется... Подтянем вас гравитационными захватами, так что не волнуйтесь, — командор спокоен, как богомол перед случкой, все у него продумано, все рассчитано заранее.

Действительно, не висеть же всей группе вот так, у приливной точки. А вдруг прорыв? Атака из вновь открывшихся Приливов?

Потом «Витраж» остался в безопасности, а его двойник прыгнул вперед. Никаких «водяных матрешек», пусть себе протекают, оставляя разноцветные пятна. От гиперфорсированного выхода на полную скорость Джокт содрогнулся, тело его непроизвольно вжалось в кресло, ожидая компенсирующего удара. И даже показалось, что этот удар произошел и вдоль позвоночника побежали трещины. В реале ведь не поможет ни СВЗ, ни что угодно еще. Такого старта человеку не пережить!