Мюррей Лейнстер - Первый контакт

Но больше они ничего не расслышали, потому что собаки залились таким диким лаем, что он все заглушил. Они были в ярости, они ненавидели существо, заговорившее с людьми. Со всех сторон раздавалось рычание, нарушающее мирную тишину ночи.

— Я пойду туда, — сказал Бен и достал фонарик, которым уже воспользовался чуть раньше.

Включив его, он направил луч в сторону холма и начал подниматься. Собаки, казалось, обезумели. Том что-то крикнул, но Бен не разобрал слов и продолжал идти вверх по склону, освещая путь и держа наготове ружье, которое, как и Том, прихватил из дома.

Он не заметил никакого движения, но что-то упало на тропу прямо перед ним. Тут же появилось невыносимое сияние и накатила волна сильного жара. Он невольно остановился. Обжигающее пламя было бело-голубого цвета. Бен увидел, как вспыхнуло какое-то растение, даже несмотря на то, что яркий свет до него не добрался.

В следующее мгновение он словно ослеп, перед глазами заплясали искры. Свет погас, и Бен уловил запах горячей земли и сожженных растений. Он услышал крик оставшегося внизу Тома и безумный лай собак. Но его вдруг охватила упрямая решимость. Кто-то, сообщивший, что потерпел кораблекрушение, при помощи огня и света велел Бену не приближаться. Это оружие не имело ничего общего с тем, чем обладали люди. Однако Бен не собирался бежать.

Он застыл, исполненный возмущения, а собаки внизу лаяли так яростно, что Том не мог перекричать их. По спине у Бена пробежал холодок. Хотя в глазах все еще плясали искры, он упорно вглядывался в темноту, откуда вырвалось предупреждающее об опасности пламя.

Он стоял довольно долго, предоставив прятавшемуся где-то наверху существу прикончить его, если возникнет такое желание, а затем начал медленно спускаться обратно.

По правде говоря, что еще он мог сделать? И что могли его спутники? Они вернулись на ранчо и начали длинную, совершенно бесполезную дискуссию. Они зря потратили время и силы, потому что на рассвете неожиданно проснулся Стаб и сообщил им то, что нормальному человеку даже в голову прийти не могло.

Он подошел к месту, где упал огненный шар, — так он сказал, — и увидел, что от удара начался оползень, который похоронил под собой и сам шар, и все остальное на двенадцать акров вокруг. Стаб ужасно разозлился, что зря сюда приехал, поэтому спрыгнул с коня и принялся искать хоть какие-нибудь осколки. Пока он этим занимался, его охватило неприятное чувство. А потом вдруг оказалось, что он не может пошевелиться.

Он стоял, словно парализованный, а кто-то или что-то подошло к нему сзади и принялось ощупывать тело и одежду. Потом стало холодно вискам. Он испытал отвратительное бессилие живого существа, загипнотизированного змеей, только оно внушало почти безумный ужас, потому что Стаб не мог понять его причину. Но когда что-то коснулось висков, его вдруг покинули все мысли и ощущения. Он все забыл. Все на свете. Его окутал мрак — а потом он проснулся в доме на ранчо. Он не помнил, что звал Тома и Брика, как не помнил и обратной дороги.

Стаб испуганно и удивленно закончил рассказ, когда уже окончательно рассвело. Бен понял, что наступило утро, заметив, как собаки испуганно жмутся к двери. Они то и дело принимались рычать, шерсть на загривках стояла дыбом. Иногда одна из них начинала выть. Они так и оставались на пороге, пока Том готовил кофе с оладьями и жарил бекон. За завтраком Бен удивленно подумал, что загадочное происшествие никак не сказалось на их аппетите. А собаки тем временем торчали около дома, порой начиная жалобно скрестись в дверь.

— Похоже, кто-то испортил отличных собак, — нахмурившись, заметил Том. — До вчерашнего дня они были классными псами. А теперь напуганы до полусмерти. А ты что думаешь по этому поводу, Бен?

— Он сказал, что потерпел кораблекрушение, — коротко ответил тот.

— Кто сказал? — поинтересовался Стаб.

— Тот, кто разговаривает твоим голосом. Тот, кто парализовал тебя и приложил что-то к вискам. По-видимому, он научился разговаривать, узнав, что у тебя в голове.

Том зло добавил:

— И использовал против Бена огнемет.

— Да, — подтвердил Бен. — Только это был не такой огнемет, как у нас. Что-то упало на землю передо мной и взорвалось. Скорее, это можно назвать тепловой бомбой. Она может остановить любое существо. Меня — остановила. Отличная защита для того, кто потерпел кораблекрушение. Может, он действительно сказал правду. — Затем он изобразил милитаристскую до мозга костей цивилизацию: — Представьте себе, что Земля — одинокий остров посреди моря, а люди — варвары, воинственные дикари, которые скачут верхом на животных по горным тропам к месту, где — ах! — приземлился космический корабль. Хотят устроить охоту на тех, кто выжил после аварии. Капитан корабля мог увидеть первого местного жителя, парализовать, залезть ему в голову и научиться разговаривать на нашем языке. Но мысли аборигена привели его в ужас — столько в них было животной жестокости. Такова твоя роль в этой истории, Стаб.

Бен невесело улыбнулся.

Том Хартл наградил его суровым взглядом.

— Ты думаешь, что огненный шар был чем-то особенным?

— Другого разумного объяснения нет. Все, что произошло, выглядит как-то противоестественно. И может иметь фантастические причины. Я просто предложил один из возможных вариантов.

— Мне в голову пришло примерно то же самое, — медленно проговорил Том Хартл. — Помнишь, этот парень сказал, что он потерпел кораблекрушение — он, а не они. Правильно?

— Правильно.

— Значит, нужно его найти, — спокойно сказал Том. — Если на свете есть существа с такими космическими кораблями, получается, что мы по сравнению с ними дикари. А если на Землю попал инопланетянин, которому мы кажемся дикарями, он очень опасен. Мы должны его поймать.

— О чем, черт подери, ты говоришь, Том? — жалобно пролепетал Стаб.

— Я говорю, что мы с Беном не поедем ловить рыбу, как собирались. Мы отправляемся на охоту.

— В конце концов, если здесь находится существо, потерпевшее кораблекрушение, — с некоторым смущением заметил Бен, — значит, у него проблемы, причем серьезные. Он оказался в чужом мире. Сказал же он, что хочет подружиться…

— Я знал одного пилота на Тихом океане, — сдержанно начал Том. — Он успел выпрыгнуть из своего самолета, когда там что-то вышло из строя, сумел добраться до острова и подружиться с местными жителями. А как иначе? Ему нужна была помощь, необходимо было подать знак, чтобы его спасли. И построить лодку, чтобы добраться домой. Они ему помогли. Он отправил сигнал. Когда прилетел самолет и подобрал его, он как раз делал лодку — и они вместе с ним.