Мария Симонова - Снайперы

— Неудивительно, что они хотели нас раздавить, — заметил он. — Удивительно другое — почему передумали? Черт побери, видимо, добрые ребята, эти хассы!

В этот момент корабль дрогнул и легко оторвался от поверхности планеты, начиная обратный путь — домой.

Глава 14

Я ХОТЕЛ БЫ ПОБЕЖАТЬ ЗА ПОВОРОТ…

Они сидели на Мичуринском в открытом кафе, расположенном возле гостиницы «Университетская». День был солнечным и теплым, чирикали воробьи, с площади Индиры Ганди доносились звуки дорожных работ и крики молодежи, катающейся там на гравидосках.

На столе лежала пачка чипсов, стояли два бокала с пепси — все как в старые добрые «добарьерные» времена.

Они не виделись почти две недели — с самого своего прилета на Землю, когда их развели, можно сказать, растащили по разным машинам и увезли в разные стороны. С тех пор Кэт даже дома еще не побывала: рассказы, объяснения, встречи, поездки, закрытые консилиумы — все сплошь мероприятия такого уровня, что казалось, она действительно стала инопланетной принцессой и ее усиленно изучают, хотя и скрывают от основной массы населения Земли факт ее существования. С ней обращались чрезвычайно бережно, приставили к ней небольшой штат, в том числе и личного психолога — она ничего не скрывала, но рассказать о своем контакте, по сути остановившем гибельный барьер, могла очень немногое. Она не выдала бы большей информации, даже если бы ее закололи «разговорчивой» химией. Но ни о чем подобном не было речи, как не было и изнурительных допросов, вообще ничего жесткого, грубого или неприятного. Наоборот, ее старались поменьше утомлять, шли навстречу ее желаниям и даже потакали капризам — к сожалению, далеко не всем, но многим, таким как, например, любовь к плодам манго и к мороженому. А еще ей твердо обещали, что людей с Хасса заберут, только отвезут их не на Землю, а на какой-то Радомир, обживать там новую колонию. Дальнейшие уговоры ни к чему не привели, но все же Кэт надеялась, что это обещание будет выполнено, и Савелич обретет лучший дом на этом Радомире.

А подобное отношение к ней объяснялось на самом деле просто — она являлась единственным контактером, которого предполагалось в дальнейшем использовать. Мало того — контактером, способным повлиять, как было доказано, на решение глобальных мировых проблем. И любое отрицательное воздействие на нее могло сказаться впоследствии самым плачевным образом на всем человечестве, в то время как положительное, наоборот, сулило немалые, хоть и не вполне пока обрисовавшиеся, выгоды.

Не один раз за это время она спрашивала у своих «кураторов» о Яне и получала уклончивые ответы — он, мол, очень занят, его сейчас нет в Москве и прочее в том же роде. Чем дальше, тем меньше ее устраивало такое положение вещей, и дело было не только в Яне — просто ей все это надоело. Пора было возвращаться к нормальной жизни. И она предприняла ряд шагов, результатом которых стала в первую очередь их сегодняшняя встреча.

— Ну, как ты поживаешь? — нетерпеливо спросила у Яна Кэт. — Рассказывай!

— Нормально. Кстати, я на днях разговаривал с Лидой…

— Ты знаешь, а я ведь еще ее не видела… — Кэт не то чтобы запрещали видеться с кем-то и звонить, но мягко «не рекомендовали», убрав из поля ее досягаемости все телефоны и твердо заверив, что родственники о ней предупреждены и с институтом все улажено.

— Ты собираешься дальше учиться? — спросил Ян.

— Разумеется! Я возвращаюсь к учебе ровно через три дня! И вообще я намерена вести обычную жизнь.

— Да ну? А ты уверена, что тебе позволят? Тебя теперь, я гляжу, даже на улицу боятся одну выпускать. — Он слегка кивнул головой вправо-влево — с обеих сторон за дальними столиками сидели со скучающим видом одинокие молодые люди. Еще один «скучающий» стоял у ограды на выходе.

— Они не могут на меня давить. Не тот случай! Я хочу жить своей жизнью, и никто не посмеет мне в этом мешать. А этих — она небрежно махнула рукой — я просто велю убрать. И уберут. Никуда не денутся.

— Не уберут. Просто ты перестанешь их видеть.

— Ну и плевать!.. — воскликнула она сердито. Но Ян расслышал сквозящую за ее бравадой нотку отчаяния.

Ему с самого начала хотелось обнять Кэт — хотя бы просто прикоснуться. Получилось, что, распутывая клубок судьбы, он затянул его в мертвый узел — в результате Кэт оказалась для него менее досягаема, чем в былые времена планета Хасс. Не стоило ему к ней лишний раз прикасаться. Как там: «Люби не то, что хочется любить…»

«Аи, да идите вы все!..» — вдруг разозлился он. И взял ее за руку. Кэт чуть подалась вперед, лучисто улыбнувшись.

— Знаешь, почему я говорила про три дня? У меня есть предложение, от которого ты наверняка не сможешь отказаться. Помнишь, с чего все началось? — Ян прекрасно помнил, что для него все коловращение началось с прицельного обстрела «акульей» шушеры, наехавшей на него в Проточном переулке. Из-за этого он попал в «Каракатицу», где познакомился с Кэт и предложил ей… — Ты предложил мне слетать в Северную Пальмиру, — сказала она. — А теперь у меня есть возможность предложить тебе то же самое. Рейс сегодня, через три часа, в пятнадцать сорок. Билеты нам уже заказаны.

Ян молча гладил ее пальцы. Просто не хотелось обрывать этот миг — он уже знал, что такое больше не повторится.

— О своей работе ты можешь не волноваться, — быстро добавила она, — все будет улажено в лучшем виде. Ну, что скажешь?

— Прости, Кэт, но я не могу сейчас уехать из Москвы.

— Послушай, ты не понимаешь! — Она присоединила к рукопожатию вторую руку и сжала их в стремлении его убедить: — Я теперь могу все! Значит, и ты можешь. Забудь о своих проблемах, их просто не существует: любая из них будет решена по одному твоему слову. — Она замолчала и несколько секунд глядела ему в глаза. Кажется, все поняла, потому что вдруг, без единого еще возражения с его стороны угасла, опустив руки.

— К сожалению, существуют проблемы, которые невозможно разрешить, — намеренно жестко сказал он. — Даже с твоими теперешними возможностями. Есть то, о чем ты не знаешь. Чтобы полететь к тебе на выручку, я заключил договор. В соответствии с ним на меня налагается ряд обязательств, в частности, я не имею права покинуть Москву без особого разрешения. И я не могу видеться с тобой. Это последний и единственный раз.

Кэт вскинула на него пристальный взгляд:

— Договор с кем?

— Ты действительно надеялась получить на это ответ? — Он криво усмехнулся. — Его не будет. Важно одно — ты не в силах этому противостоять, а я обязан подчиняться. — Ян рубил наотмашь, по живому — искромсал в кровавые клочья все, что, казалось, неразрывно их объединило, и посыпал пеплом: