Дэвид Клири - «Если», 1996 № 12

— Не стреляйте! Мы сдаемся.

Джек копошится у меня под ногами.

— Гыы, — говорит он.

Ну и что мне, по-вашему, оставалось делать? Любой кретин, даже слепой, может на автомате привести космический корабль овердрайвом обратно на Терзит. Что вы действительно не можете сделать, так это вслепую поднять шаттл и привести его к вашему суперсовременному кораблю. Никакой автоматики. Никакого радиоконтроля. Мне пришлось долго уговаривать чумнопесцев отправиться с нами в путешествие.

Джек был, конечно, прав. Мы ослепли. У здешнего р’бууган, чтоб ему обанкротиться, слишком много ультрафиолета.

На Терзите дела пошли еще хуже. Правда, парни из реабилитации неплохо поработали с Джеком, и он сможет теперь научиться говорить. Я думаю отдать его на воспитание в чумнопесскую семью, чтобы этот кретин, упаси Наличные, по случайности не выучил янглисски.

Но у меня положение — полный швах. Пары глаз с моим генотипом на Терзите не отыскалось, и пришлось заказать их в Федерации Медузы, а когда паршивые гляделки прибыли овердрайвом, выяснилось, что они не того цвета. Мне-то было все едино, но проклятый доктор ужасно раскудахтался, так что их отослали назад, ну а с заменой вышла большая задержка (как мне сказали, из-за эмбарго, наложенного на глаза по причине всеобщей забастовки в Афродизии). Так что пока я провожу свои дни в кресле-качалке, слушая, как крошка Джек лепечет свое «па-па».

Я подумываю завязать с низибизнесом. Это не бизнес, а сплошные неприятности. Вы знаете, в чем нас обвиняют? В незаконном обучении примитивной культурной группы! Примитивная группа, ха-ха. Это так же похоже на истину, как дактилийский крылатый терьер на бородавчатого кота. У этих туземцев были амнезиаторы и маленькие коробочки, показывающие время. Также не следует забывать о шедевре тамошней кухни — похлебке из велоцираптора.

Пока мы тут с Джеком лежали в больнице, наши чумнопесцы распродали все наши вещички и теперь пытаются прибрать к рукам наш космический корабль с шаттлом впридачу в качестве приза за спасение имущества. То есть они заявляют, что спасли наши души, так что теперь мы у них в долгу согласно подпункту о Добром Самаритянине Общегалактического акта о спасении бедствующих на тверди и в пространстве.

Корабль им нужен для того, чтобы заняться низибизнесом.

Что им больше всего нравится на Терзите, так это чрезвычайно умеренные цены на новые сверхмощные амнезиаторы.

Перевела с английского Людмила ЩЕКОТОВА

Вл. Гаков

ЗОЛУШКИН ВЕК, ИЛИ ФАНТАСТИКА, КОТОРУЮ ОНИ ПОТЕРЯЛИ

*********************************************************************************************

Журнал продолжает публикацию материалов об истории зарубежной фантастики. Напоминаем, что первым в цикле выступил американский писатель-фантаст Пол Андерсон («Если», № 10). Вслед за ним критик В. Гопман сделал экскурс в историю американской НФ-прессы, выступившей создателем самого жанра («Если», № 11). Сегодня наши читатели отправятся в эпоху расцвета зарубежной фантастики.2

*********************************************************************************************

История так называемого «Золотого века» англо-американской фантастики писана-переписана несчетное число раз. Само это словосочетание стало настолько привычным, что его употребляют (увы, грешен и автор этой статьи) уже привычно и бездумно… Между тем любая историческая аналогия, при всей своей внешней эффектности, неизбежно хромает.

Так вышло и в этом случае. Если в мифологии под «Золотым веком» понимают длительный период мира, покоя и процветания, то ни первого, ни второго, ни третьего в англоязычной фантастике 40-х — 50-х годов не наблюдалось. Было прямо противоположное: яростная борьба за признание, когда приходилось головой пробивать стену непонимания, волевым усилием раздвигать границы фантастической Вселенной и ниспровергать одно за другим вековые табу. Появившимся в те годы на литературной сцене десяткам новых талантливых авторов лишь спустя два-три десятилетия предстоит примерить тогу классиков. А до этого — покой им только снился!

Скорее уж, если проводить аналогии, напрашивается другая — с первым балом Золушки. Появилась никому не ведомая замарашка и произвела потрясающее впечатление. Корону принцессы она примерит позднее, когда окончательно оформит союз со своим принцем, роль которого в Америке всегда и исключительно отведена рынку. Когда в одночасье обзаведется богатством, соответствующим титулом, достойным положением при литературном дворе…

Можно сказать, что истинный «Золотой век» англоязычной фантастики наступил в 70-х, ознаменовавших долгожданный прием «отверженной» в литературном бомонде. Подтверждением тому — захватывающие дух авансы, выплачиваемые ныне ведущим авторам жанра, разом подобревшая пресса (ругать роман, за который получено несколько миллионов долларов аванса, в Америке не придет в голову никому), все более частое появление фантастических книг в списках бестселлеров и в программах университетских курсов. Нельзя сбрасывать со счетов и могучую американскую киноиндустрию, уже два десятилетия кряду благоволящую к тому, что она понимает под «фантастикой».

Писатели, что и говорить, также десятилетиями мечтали о таком, пусть и специфически-американском, но признании. И вот мечты их как будто осуществились все до одной. Они признаны, уважаемы, купаются в достатке и покое… Но, как говорится, тут и сказке конец.

Она всегда заканчивается после того как герою достаются заветные полцарства и царевна в придачу. Сочинители сказок точно подметили одну неприятную деталь, ускользнувшую от официальных историографов американской научной фантастики (или те все прекрасно понимают, но признаться неловко?): в реализованной мечте всегда есть осадок разочарования. Потому что, как правило, мечтали-то совсем о другом!

Ну какая сказка ждет вчерашнюю Золушку? Непрекращающиеся дворцовые интриги, свары с мужем, растущие год от года алчность, жажда власти, зависть окружающих? И воспоминания — чем дальше, тем невыносимее, — о временах, когда живы были надежда и мечта. Однако все же период, который мы, пусть и ошибочно, но по традиции будем все-таки именовать «Золотым веком», для англоязычной фантастики оказался временем во всех отношениях сказочным…

* * *

В точной датировке его начала все историки НФ проявляют редкое единодушие: 1939 год.

В тот год заполыхала Европа. Началась большая война, о которой еще раньше писали многие европейские и американские авторы. И о том, что она будет не совсем обычной и сражаться придется не с отдельной враждебной страной — но с целым социальным явлением, идеологией, грозящей самому существованию цивилизации; о том, что поражение в этой войне станет поражением человечества; наконец о том, что и среди победителей вскоре начнутся выяснения отношений, которые поставят мир на грань уже тотального разрушения, — обо всем этом, как выяснилось, тоже много чего «насочиняли». Не вина пророков, что их предупреждениям никто не внял…

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});