Александр Белоткач - Дм Мой или Шанс №2

Шагнув к ней, я взял из маленьких ладошек синий с прожилками нектарин и спросил:

— Чем могу служить сударыня?

Эта моя бесцеремонность смутила ее, но совсем ненадолго. Взмахнув длиннющими ресницами, она заглянув мне в глаза, так же шепотом попросила:

— Съешь его со мной. Пожалуйста!

Нужно сказать, что к тому времени я уже основательно убедился; здесь в доме все девушки, каждая по-своему уникум. Все как на подбор стройные, ясноглазые, открыто улыбающиеся и очень-очень привлекательные. Но этот, с позволения сказать «экземпляр», был выше всех похвал. На меня в тихом ожидании смотрела настоящая очаровашка. Большие, ярко голубые глаза, длинные ресницы, нежные черты лица, маленький вздернутый носик, алые, слегка приоткрытые губки, светлая кожа и длинные, гораздо ниже пояса русые волосы. А фигурка! — «М-м-м…» Наверное самый черствый и прожженный женоненавистник не устоял бы глядя на эту прелесть. Ну а уж меня обвинить в грехе так называемой нетрадиционной ориентации всегда было большим риском для жизни. Терпеть не могу всякие однополые извращения.

Так вот, пока я бесстыдно разглядывал стоящую свободно, открыто и естественно нимфу, (кстати, я сразу сообразил что это именно одна из сторонниц свободных отношений с мужчинами), А мой организм, не знавший любви со дня рождения в доме, начал понемногу закипать, как гром среди ясного неба, раздался душераздирающий, мерзкий зуммер экстренного вызова.

От неожиданности, мы оба вздрогнули. А в следующий момент, стоящая спокойно девушка вдруг подалась на встречу, и взяв своими пальчиками меня за запястья обеих рук, глядя мне прямо в глаза, прошептала одними губами:

— Не надо! Пожалуйста! Не надо! Не отвечай!

И такая мольба была в этом взгляде, что я уже было подумал: «Да ну его этого Сержа, перебьется… — но тут же одернул себя: — Вот значит чем тебя купить можно Алекс?»

И наваждение как сон, просто пропало. А ослабевшие руки сами собой разжались, передавая назад в маленькие ладошки, ставший вдруг понятный мне символ свободной любви. Этот, как я знал из расспросов, плод, был как и все что росло на деревьях здесь в доме съедобным. Но так запросто, есть его решались немногие. А причина была очень простой. Этот фрукт, или как называли его здесь нектарин, являлся мощнейшим афродизиаком, сильнейшим природным гормональным тонизатором. Говоря проще, любой съевший в свежем виде такой арбуз, который очень напоминал по запаху тривиальный апельсин, становился, (как бы это помягче), сильно страждущим женского общества. Кстати, как на мужчин, так и на женщин он действовал одинаково убойно. Поэтому, в рационе обычного жителя дома, за исключением некоторых особо озабоченных, он не встречался.

А тем временем, мой коммуникатор продолжал мерзко верещать, настойчиво требуя внимания. Решив, что скорее всего случилось что-то очень важное, я активировал связь. А когда услышал в ухе встревоженный голос Романа, сразу понял: «Это жужжу неспроста. Что-то произошло».

Странно срывающимся голосом мой, обычно более сдержанный напарник, зачастил скороговоркой:

— Ал! Ты где? Ал! Ты меня слышишь? Бросай свой пляж! Срочно! Слышишь? Срочно на четвертый уровень! Здесь полный беспредел творится. Законники порешили кого-то из зеленых, и сейчас тут натуральная война. Наших много пострадало. Клима с Олегом и еще пятеро патрульных из третьего, забрали мед киберы. Говорят там все очень серьезно. Так что давай срочно ко мне! И смотри, осторожно там на подходе! Будь начеку. Слышишь?!

— Да слышу, слышу! Не ори так! Какой этаж?!

— Да какой к маме этаж! Тут пол-уровня в дыму! Как доскачешь до четвертого, сразу выпрыгивай из лифтовой. Там сейчас особенно жарко. И держись вплотную к стенам, как я учил тебя. Как понял?!

— Принял все. Выдвигаюсь! — ответил я. И спросил: — А в оружейке-то чего брать?!

Но Роман, как-то подозрительно ойкнув, отключился. И тут меня по-настоящему проняло. «Там беда. И с напарником видно тоже что-то. А я здесь, с этой кралей развлекаюсь!» Поэтому резко развернувшись, я как давеча сюда, стартонул не разбирая дороги. И когда углубившись в чащу, я на миг тормознул что бы сориентироваться, вдогонку мне прозвучало в три голоса:

— «Слаба-а-ак! Ро-о-охля-я!»

17

С трудом вспоминаю, как я нашел среди непролазных зарослей апритовой рощи дорогу домой. Как заскочив в оружейку, экипировался, прихватив положенный в такой ситуации ИП, а так же защитный комплект, шлем, небольшой прозрачный щит и аптечку. Как расталкивая попадавшихся на пути, перепуганных жителей, высыпавших как один в коридоры, проходы и лестничные клетки. Сердце бешено колотилось, и казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Эта сумасшедшая скачка продолжалась довольно долго. Но втолкнувшись в уже закрывающуюся кабину лифта, я немного отдышался. А когда на дисплее высветился первый этаж, взбунтовавшегося четвертого уровня, резко вдавил кнопку остановки. Лифт дернулся и замер. Столпившиеся у противоположной стены человек пять, из которых четверо были совсем еще юные девчушки, испугано таращась широко раскрытыми глазками, уставились на меня в ожидании какой-то пакости. А единственный парень в каком-то фантастическом золотом балахоне, забился в угол, и хотел было, прикинутся веником. Но я встав на середину, громко и отчетливо скомандовал:

— Так, все в стороны! А ты красавец иди сюда! — и указав себе под ноги, добавил: — На колени! Быстро!

При этом я совершенно не задумывался, что мой приказ звучит как-то двусмысленно. Фантастический юноша, (кстати крепенький такой парнишка), стал белее мела и как-то затравленно заозирался.

Аварийны люк здесь был довольно высоко, так что добраться до него без посторонней помощи мне не представлялось возможным. Поэтому быстро объяснив напуганному парню чего я от него хочу, вручил мешавший мне щит ближайшей девчонке, осторожно влез на спину своего золотого помощника. Ухватив обеими руками как на занятиях запорную рукоять, я провернул ее против часовой стрелки, а за тем навалился на крышку люка. Парень под моими ботинками крякнул, но удержал меня, а люк вдруг легко раскрылся, впуская в кабину едкий, какой-то маслянистый дым, от которого сразу запершило в горле, и заслезились глаза. Время быстро утекало, и я долго не раздумывая, подтянувшись на руках вылез наверх, постаравшись сильно не отталкиваться ногами, и ухватившись за ближайший технический выступ на кабине, выпрямился. Совсем рядом за закрытой дверью, что-то происходило. Оттуда слышались глухие удары, чьи-то громкие голоса и неясное жужжание. Добраться до ближайшей вентиляционной шахты, что уходила на этот этаж, было делом нескольких секунд, но со щитом в руках мне будет трудно. Перекладины ведущей вверх лесенки были утоплены в специальную нишу, в которой со своим снаряжением я просто не влезу. Склонившись над люком я негромко сказал: