Илья Стальнов - На острие углы

- Мы вряд ли сегодня решительно изменим ситуацию в свою пользу. Но зато сумеем получить доступ к некоторым знаниям о ближайшем будущем, которые так необходимы нам. Правда, это довольно опасное занятие. Если мы нарушим равновесие, сорвавшаяся лавина погребет нас под собой. Не знаю, стоит ли рисковать...

- Думаю, мы должны пойти на этот риск, - горячо возразил я. Мне надоело тащиться неизвестно куда Целый год скитаний, когда за тобой идет невидимый враг и ты знаешь, что он силен, а ты пока что бессилен, - это выматывает и приближает к нервному срыву. Хотелось хоть немного ясности. "Миг немого грохота" - единственная возможность ее внести

- Хорошо, - кивнул Адепт.

Он вытащил из кармана мелок и начертил на полу круг. Я вспомнил себя, чертившего такие же круги в Москве и читавшего в них заклинания из дьявольской книги, которая едва не привела меня к бесславному концу. Это очень опасное занятие, но с Винером мне было намного спокойнее. В отличие от меня, тогдашнего, он прекрасно знал, что надо делать, и умел это делать.

Адепт поставил в центре круга медный таз, налил в него из кувшина воду, опустился на колени и пригласил меня последовать своему примеру. Я тоже устроился на полу. Комната нам досталась насквозь продуваемая сквозняками, однако внутрь круга не проникало ни дуновения. Лишь мерное тиканье часов напоминало, что мы еще находимся в нормальном мире, наполненном звуками и шорохами.

- Ну что ж, время пришло, - произнес Адепт, когда стрелки часов указали на час ночи.

Я содрогнулся. Возникло ощущение, что меня сдавила и тут же отпустила гигантская рука - Венера вступила на порог пятого дома. Мы могли начать преодоление рубежа, и в нашем распоряжении будет еще целый час. Мы окажемся в центре пересечения самых фантастических сил, от которых берут начало бесчисленные цепи событий и тончайшие взаимозависимости элементов окружающего нас мира. Мы еще не бросились с головой в этот океан, но даже сейчас я ощущал себя неуютно и начинал жалеть, и то так рьяно подговаривал друга на эту авантюру.

- Ну что, вперед? - спросил Винер.

- Не знаю, - протянул я. Меня кольнуло опасение, что я не выдержу этого испытания.

- Решай быстрее. Мы не можем мешкать.

- Идем вперед!

Была не была! Нельзя давать волю своим слабостям и малодушию. Если ты уступишь им в одном, они тут же потребуют уступок в другом, так что вскоре ты полностью окажешься в их власти, станешь мнительным и чересчур озабоченным своим уютом и безопасностью, а это было бы для нас верной смертью. Не говоря уже о том, что мне противен образ сытого бюргера, не видящего ничего, кроме своего дома, лавки и мелких удовольствий. Они, глупцы, даже не знают, что рядом с ними огромный мир.

- Не пожалеть бы потом. Гляди в воду. - Адепт взял из золотой коробочки щепотку какого-то вещества и бросил в таз. Вода на миг вспыхнула синим пламенем, как подожженный спирт, после чего снова приобрела свой обычный вид.

- А туан кварзгл империнум абра, - начал нараспев читать Адепт заклинание атлантов, которых до сих пор никому не удавалось превзойти в магических искусствах. Звук - огромная сила, и в "миг немого грохота" он может открыть дверь.

Страшные слова умершего языка, словно клубы дыма, парили в воздухе. С каждым новым словом в мире нарастало какое-то содрогание. Казалось, начинается землетрясение, которое разнесет дом в щепки, а земля вокруг него расколется глубокими трещинами. Но на самом деле не дрогнул листок в цветке на подоконнике, не было даже легкой ряби на воде. Трясло где-то в иных мирах, которые невидимы для нас, но в которых всегда присутствует частичка нашей души.

- А лугзант раст ва! - торжественно и величественно закончил Адепт, взял лежащий рядом с ним его магический кинжал, руны которого светились сейчас раскаленным железом, и погрузил лезвие в воду. К моему удивлению, кинжал не упал, а остался стоять, будто его воткнули в землю.

- Не отрывай глаз от воды! - прикрикнул Адепт, и голос его донесся откуда-то из далекого далека.

Сказал он это вовремя, потому что мной овладело труднопреодолимое желание отвести глаза от ее поверхности. Вода пошла мелкой зыбью и теперь была похожа на озеро, на которое смотришь с высокой скалы. Что-то отталкивало мой взор. Но, сделав титаническое усилие, я не оторвал его. А потом уже не смог бы обвести глаза, даже если бы очень сильно этого захотел. Голубая плоть воды втягивала меня в себя, разрывала мои связи с этим миром И я устремился вперед с нарастающей скоростью через изломанный туннель с серебряными стенками...

Я лежал на скользком льду. Склон был довольно крутой, и при одном неверном движении я заскользил бы вниз. Скосив глаза, я увидел распластавшегося рядом Адепта

- Теперь наверх, - едва слышно прошептал он, но даже эти слова дрожью прокатились по окружающему миру.

Лед, на котором мы лежали, готов был расколоться и обрушиться в бездну Воздух тоже пришел в движение, завибрировал- вот-вот он в гневе разразится грохотом и молниями. Замерцал мягко льющийся со всех сторон свет, и я почувствовал, что он может слиться в ослепительный шар, который испепелит незваных гостей и оставит от них лишь горсть пепла.

Всем телом я вжался в лед. Моя щека и руки ощущали его обжигающий холод Я ждал смерти. Но через минуту все успокоилось. Адское эхо затихло. Я чуть было на радостях не проговорил "Слава Богу", но вовремя прикусил язык. Слова, произнесенные в полный голос, наверняка взорвали бы тут все.

Адепт глазами указал мне наверх. Я сделал движение. Склон завибрировал, но мне удалось продвинуться на несколько сантиметров. Потом еще немного. Так, теперь нужно подождать, пока все затихнет и успокоится, и преодолеть еще несколько сантиметров.

Где мы находимся? Что за пространства раскинулись вокруг нас? Я мог лишь разглядеть искрящуюся, уходящую вдаль поверхность льда и кусочек синего неба наверху.

Еще чуть выше. Еще... Пальцы скользнули, ноги разъехались, и я устремился вниз. Я не мог найти опоры. Я скользил сначала медленно, потом быстрее, теряя с таким трудом завоеванные метры. Я летел навстречу гибели.

В мыслях я уже распрощался с жизнью, и тут моя нога наткнулась на бугорок, соскользнула с него, но я успел зацепиться коленом, замедлив скольжение. Колено тоже сорвалось, однако мне удалось обхватить бугорок руками. Наконец-то я обрел хоть какое-то сцепление со льдом. Спасен!

Теперь передохнуть и снова вверх. Вскоре я наверстал упущенное и устремился выше и выше.

Сколько продолжался наш подъем - точно не знаю. Может быть, пятнадцать минут, а может, и четыре часа. Со временем здесь творилось что-то неладное, я не мог уцепиться за него разумом, как не мог руками удержаться за лед, когда скользил вниз.