Владимир Васильев - Тень улитки

- Но этого же нет! - воскликнул Квентин.

- Скоро будет, - спокойно заверила его Нава. - Очень скоро...

Кандид стоял лицом к озеру, вглядываясь в туман, и ничего не слышал. Временами ему казалось, что он видит белое тело Лавы, но в следующий момент оказывалось, что это только уплотнение тумана.

Рита внимательно посмотрела на Наву. Нава не отвела взгляда, хотя напряглась. Она знала, что, в принципе, Рита могла бы ей противодействовать. Правда, теперь, пожалуй, уже было поздно.

- Ты решилась на это?! - прошептала Рита, побледнев.

- Они сами не оставили мне выбора. Они слишком уверены в своей силе и праве распоряжаться на планете. Я не могу им позволить распоряжаться в Лесу... - объяснила Нава.

- Наверное, ты права, - тяжело вздохнула Рита.

- Да о чем вы?! - встревожено воскликнул Перец. - Какая болезнь?..

- Извини, Перец, подожди, - подняла руку Рита и обратилась к Квентину: - Это очень серьезно, Квентин! То, что она сказала, правда. Ты мог бы в ближайшие десять минут покинуть поселок навсегда?..

- Но там!.. - воскликнул он.

- Слишком поздно! - оборвала она его. - Я не знала... Но у нас, действительно, не осталось выбора. За нас выбрал Тузик с командой...

- Не понял! - воскликнул Квентин.

- Некогда объяснять. Все, что мы теперь можем - это сохранить тебе жизнь и предотвратить распространение смертельной болезни на Материке. Сам понимаешь - это уже не десятки жертв, как здесь, а миллионы... если не все человечество... Тебе предоставляется возможность спасти человечество! Осознай и действуй!

- Но мне не поверят! Я не смогу описать симптомы!

- Когда увидят тех, кто попытается покинуть Белые Скалы... - хмыкнула Нава, но ее перебила Рита, объясняя Квентину:

- Это место в Лесу называется Белые Скалы.

- Когда они их увидят, то поверят, - продолжила Нава. - Они будут идти к перевалу и разлагаться заживо, пока не превратятся в перегной. В очень плодородный и полезный для Леса перегной... Это впечатляет... Поспеши, козлик, если не хочешь стать перегноем...

- Ты, конечно, понял, что нельзя никого выпускать отсюда на Материк, сказала Рита. - Сразу поднимай тревогу в санитарно-эпидемиологической службе. На перевале нужно срочно поставить кордон в защитных костюмах и так далее... Ты сможешь?

- Сколько у меня времени? - спросил Квентин.

- У тебя нет времени, - жестко ответила Нава.

- Тут недалеко вертодром, - сказал Квентин. - Я могу на исследовательском вертолете...

- Отлично, - кивнула Рита. - Поспеши. И прощай. Теперь навсегда... Не поминай лихом...

- А вы?.. Болезнь... - дрожащим голосом спросил Квентин.

- У нас защита, нам не страшны лесные болезни, - успокоила его Рита.

- Значит, это бактериологическое оружие? - спросил Квентин.

- Нет, это реалии Леса, - ответила Рита. - Поэтому мы с Перецем и не пускали никого в Лес. Но тузики не понимают ничего, кроме собственных инстинктов... Тебе пора! Беги!

- Я на лошади!

Квентин шагнул к Рите в явном порыве ее обнять, но она встретила его вытянутыми руками, развернула и чуть подтолкнула:

- Спеши! И никому не рассказывай о нас!.. Никому!.. Впрочем... Постой...

Она взяла его голову в руки и поцеловала в лоб.

- Теперь лети и помни, что от твоей расторопности зависит судьба человечества... А о твоей буфетчице мы позаботимся...

Квентин скрылся в кустах и через несколько секунд раздался топот лошадиных копыт.

- Может, теперь мне объяснят, что происходит? - потребовал Перец.

- Неужели ты не понял? - вдруг повернулся к нему Кандид. - Подруги применили бактериологическое оружие в ответ на насилие со стороны Управления...

- Но это же только Тузик! - воскликнул Перец. - Остальные-то не виноваты!

- Тузик - только результат, наиболее ядовитый плод, рожденный остальными... - мрачно ответил Кандид.

- Но мы, но ты... - растерянно напомнил Перец.

- Мы - сорняки, - хмыкнул Кандид. - Потому и не с ними. Нас выпололи... То, что сделала Нава, отличается от того, что делал ты, только масштабами... Цель одна - уберечь Лес от оккупации человечеством. Оно еще не доросло до этого контакта...

- Нава, как это будет? - спросил Перец тихо.

- Скоро увидишь, Перец, - ответила она. - Извини за это тяжкое испытание твоей доброты... Может, ты вернешься на биостанцию? Или лучше - в деревню?

- Нет, - нахмурился Перец. - Летопись не должна иметь лакун.

Нава, конечно, ничего не поняла, кроме того, что он отказывается, и кивнула, мол, дело хозяйское.

Послышался рокот маленького вертолета.

- Успел, - улыбнулась удовлетворенно Рита.

- Тебе придется переместить полосу обороны к перевалу, - обратилась Нава к Перецу.

Он кивнул. Достаточно приказать МБМ.

- Сейчас начнется, - сказала Нава.

В воздухе послышался нарастающий гул...

Алевтине снилось, что она спит с Перецом. Сон был приятный, хотя даже во сне она удивилась, откуда он взялся. Во сне же она вспомнила, как хотела от него ребенка, и посетовала, что из-за этого поганого Тузика вынуждена принимать противозачаточные таблетки. И теперь у них с Перецом опять ребенка не получится. А хороший был бы сюрприз Тузику!.. Потом она поняла, что это вовсе не Перец, а Стоян... Он был ласков, как Перец, но порывист, как изголодавшийся юноша. И это тоже был приятный сон: все-таки приятно, когда тебя не только насилуют, но и любят так долго и бескорыстно. И ей захотелось отплатить (слово нехорошее, торговое) своей нежностью и страстью, которая вдруг проснулась (во сне).

- Давай же, Стоян, давай, - бормотала она, не просыпаясь. - Молодец!.. Очень хорошо... Ты - гений!.. Или ты - Перец?.. Нет, ты - Стоян... Перец в Лесу с этой чертовой Ритой, - вдруг приревновала Алевтина. - Где же мы с тобой?.. А, в дирижабле!.. Поэтому так покачивает... Или это я перебрала вечером?.. Наконец-то мы вырвались!.. Наконец-то мы свободны!.. Так бы летела и летела с тобой, только, чтобы никогда на землю не опускаться... На земле всегда какой-нибудь Тузик найдется... Держи меня крепче, Стоян!.. Давай же!..

Вдруг ей показалось, что они падают в воздушную яму - так внутри все встрепенулось и вдруг разлилось блаженством...

- Держи меня, Стоян! - простонала она и вдруг услышала оглушительный взрыв.

- Что это?! - вскрикнула она просыпаясь, но вскочить не могла, хотя был такой порыв, потому что на ней, действительно, кто-то возлежал, тяжелый и потный. - Что это, Тузик? - повторила она. Кто ж, кроме Тузика, мог вскарабкаться на нее в такую рань и насиловать спящую с перепою!..

- А это твой Стоян гакнулся, - хихикнув ответил Тузик голосом Домарощинера.

"Что за черт? - мелькнуло в голове. - Пить надо меньше".

- Ты что это, Тузик, чужим голосом заговорил? - спросила она, пытаясь выбраться из-под него, но он не пускал, расслабленно продолжая свое гнусное дело. - Да еще такую чушь несешь!.. - Да пусти ты меня!.. Кончил же уже!..