Стивен Харпер - Империя Немых

— Твоей жизни не угрожала ни малейшая опасность, — заметила Видья, — потому что им была нужна Катсу. Эти люди наняли головорезов с большой дороги, чтобы они украли нашу дочь, а ты продолжаешь жить с ними под одной крышей!

Прасад покачал головой.

— Я не так говорю. Работорговцы сами нашли Кри и Сей. А когда те узнали, что у них есть ребенок на… продажу, они высказали желание купить этого ребенка.

— И какая разница? — спросила Видья.

— Ты изменилась, Видья, — мягко заметил Прасад. — Стала жестче.

— Зато у тебя размягчение мозгов. Ты работаешь на тех, кто украл нашу дочь.

Прасад в гневе стиснул зубы.

— А лучше было жить в нищете, дожидаясь, пока ее заберет Единство, едва ей исполнится десять? Твоей дочери сейчас семнадцать, и она все еще вместе со своим отцом.

Видья, казалось, хотела что-то ответить, но лишь сжала губы так, что они превратились в твердую линию. Катсу сидела все так же неподвижно. У Прасада сдавило горло.

— Я скучал по тебе, — проговорил он хрипло. — Не знал даже, жива ли ты. Каждый день, глядя на Катсу, я видел, как она все больше и больше становится похожей на тебя, и я думал о тебе. И вот ты здесь, и мы ссоримся. Что с тобой?

Видья откинулась в кресле. В ее лице не осталось гнева, подбородок дрожал.

— Когда ты пропал, я испугалась, что за мной тоже придут те же люди, что похитили Катсу и тебя. И поэтому я сбежала, — сказала Видья. Наклонившись, она нежно провела рукой по волосам Катсу.

— И куда ты направилась? — спросил Прасад. Видья коротко и резко усмехнулась.

— Туда, где, как мне казалось, я буду в безопасности. Прошло семнадцать лет, прежде чем я поняла, что безопасности не было и там. У тебя есть сын, муж мой.

— У меня два сына, — проговорил Прасад смущенно. — Нам пришлось отдать их…

Видья жестом велела ему замолчать.

— Когда ты ушел, я была беременна. У меня есть дочь по имени Катсу, а у тебя — сын по имени Седжал.

— Что? Сын? Где он? — Прасад сам не заметил, как вскочил на ноги. Его сердце бешено колотилось. — Как он выглядит? Ты привела его с собой?

— Он покинул Ржу, — ответила Видья.

— Но он Немой, — вставила Катсу.

Прасад и Видья обернулись к ней.

— Что ты сказала? — спросил Прасад.

— Откуда ты знаешь? — одновременно с ним спросила Видья.

— Через Мечту он может проникать в сознание людей. Он прикасается к ним, и они изменяются. Он также посещает Мечту.

— Как ты об этом узнала? — повторила Видья свой вопрос. Прасад молча откинулся на стуле.

— Я видела его в Мечте, — сказала Катсу. — Но он меня не знает.

— Твоя дочь — одна из тех немногих, кто может попадать в Мечту без помощи наркотиков, — гордо заявил Прасад. — Еще она — крупный специалист по морской биологии Ржи.

— Понятно, — сказала Видья. Она провела рукой по лицу. — Немного не так я представляла себе нашу встречу, муж мой.

— И я тоже, жена моя.

Повинуясь мгновенному порыву, Прасад наклонился и взял ее прохладную руку в свою. Он дважды пожал ее. Лицо у Видьи напряглось, затем дрогнуло.

— Я так сердита на тебя, — сказала Видья сдавленным голосом. — Но я очень скучала по тебе. И по тебе, и по Катсу.

— Как ты нас нашла? — спросил Прасад, не отпуская ее руки.

Видья глубоко вздохнула. Она выпрямилась в кресле, и Прасад отпустил ее руку.

— Это тоже длинная история.

И она рассказала о том, что произошло после исчезновения его и Катсу, о том, как узнала, что беременна, и как решила изменить имя. Прасада охватило чувство вины и раскаяния за то, что его не было в то время рядом с женой. Как, должно быть, тяжело ей пришлось, тогда как он, ее муж, жил в роскоши вместе с их дочерью. А Видья считала, что эта ее дочь погибла.

— Я не хотела, чтобы мой следующий ребенок оказался Немым, — продолжала Видья, — и я нашла генного инженера, Макса Гарина. Он сказал, что может ввести ретровирус и Седжал не будет Немым. Как будто бы так все и получилось. Седжала два раза тестировали на Немоту, один раз при рождении, второй раз — когда ему было два года. И оба раза результат был отрицательный. И тем не менее, как я узнала впоследствии, он все равно Немой. Как и говорит Катсу.

Она продолжала свой рассказ, и Прасад узнал о том, как Видья работала в своем квартале. Он заморгал глазами, слушая бесстрастный рассказ Видьи о том, как она повстречалась с Детьми Ирфан и как узнала от них, чем Седжал занимался на рынке. В нем вспыхнула неподвластная разуму искра гнева. Какая мать способна допустить такое?

А другой голос прошептал ему, что и ни один отец не смеет обрекать своего сына на такую судьбу.

— Я отправила Седжала в монастырь, — закончила Видья. Катсу все так же неподвижно сидела у ее ног. — Я осталась, потому что хотела получить ответы на кое-какие вопросы. У меня тоже теперь есть связи, и, благодаря им, я сумела выследить Макса Гарина, хотя на это ушло много дней. Когда я рассказала ему, кто я такая, он привел меня сюда. Доктор Кри был чрезвычайно рад нашему знакомству.

Прасад вспомнил, как Кри и Сей обсуждали ДНК Катсу и как сильно они желали провести исследование ее яйцеклеток. Он вполне представлял себе их воодушевление, вызванное появлением Видьи.

— Когда я спросила, чему он так обрадовался, он упомянул твое имя, — продолжала Видья. — Тогда я отказалась о чем-либо говорить, пока не увижусь с тобой.

Прасад поморщился.

— Макс Гарин пришел работать в лабораторию только шесть лет назад, и он ни разу не упоминал о тебе. А жаль. Мы могли бы встретиться на несколько лет раньше.

Катсу шевельнулась, но не встала со своего места у ног Видьи. Видья опять начала поглаживать ее волосы.

— А чем именно, скажи мне, занимается лаборатория?

— Моя жена ничуть не изменилась, — заметил Прасад без усмешки. — Все так же требует мгновенных ответов на свои вопросы.

— И муж мой все тот же, — парировала Видья, — всегда медлит со своими ответами.

— В лаборатории ведутся исследования по генетике Немых, — сказал Прасад. — Началом всему была попытка научиться выращивать зародыши Немых в искусственных условиях, чтобы не приходилось больше отнимать детей у родителей.

Видья посмотрела на него скептическим взглядом.

— Они хотят покончить с рабством Немых, выращивая людей в пробирках?

— Не совсем так. — Прасад невольно поежился под ее пристальным взглядом. — Они прежде всего хотели покончить с рабством женщин, способных производить Немое потомство. Ведь есть места, где в рабство попадают как сами Немые, так и те, кто способен их родить. Если этот проект будет успешным, положение дел изменится к лучшему.

— И каковы ваши успехи? — Голос Видьи прозвучал твердо и бесстрастно.