Иван Франке - Девять мечей Акавы

— Ну ладно об этом, — Эстер встала, уперев кулаки в бока. — Давай лучше думать, как до айоров добраться, да еще до коммуникатора не помешало бы.

— Мне кажется, пора серьезных ребят из космоспецназа подключать, пока не доигрались с огнем. Но и здесь, и на базе в Стензере, — Владислав выдержал паузу, — коммуникаторы могут связаться с кораблем, только если он на орбите. Единственный мощный передатчик на третьей базе в ханстве Свичара, но до него год добираться будем, если скуттер не починим, на нем сейчас быстро лететь нельзя. Вот что. Я попытаюсь найти отстреленный фонарь кабины, а ты пока тут похозяйничай, — он направился к выходу.

— Эй, эй, эй, — вдруг подал голос Ворчун. — Я, между прочим, все еще здесь и тоже могу помочь. Дай мне вход на борткомпьютер твоего скуттера, и я рассчитаю с точностью до десяти метров, куда фонарь упал.

— Борткомпьютер сейчас недееспособен, — ответил Владислав, — он свою системную батарею ради твоего спасения пожертвовал.

— Он это сделал ради меня? — Ворчун не уловил иронии в словах человека.

— Нет, Я это сделал ради тебя, — поправил его агент.

— Так, сейчас я посмотрю, — Ворчун принялся что-то бубнить себе под нос. Затем повысил голос: — Загляни в третий ящик сверху, шкаф номер восемь. Там есть подходящие батареи, правда, немного большего размера, но должны подойти.

— А ты откуда знаешь? — обернулся к нему Владислав.

— Я здесь все знаю, — гордо ответил Ворчун, — потому — наблюдательный я.

— Да ну? — недоверчиво спросил Владислав. — А если проверить?

— Здесь батареи, — послышался голос Эстер, которая, не вступая в пререкания, уже заглянула в указанный ящик и теперь держала на ладони небольшую батарейку, похожую скорее на гвоздик.

Раденко молча взял батарейку из рук девушки и вышел наружу. Через пять минут он вернулся и сунул ключ стартера от скуттера в гнездо анализатора Ворчуна.

— Хорошо, — сказал через минуту Ворчун, — все оказалось даже проще, чем я думал. Я загнал координаты ему на подкорку, автопилот доставит тебя к месту оптимальным маршрутом. А когда ты мне охладитель ставить будешь?

— Я поставлю, если никто не возражает, — снова подала голос Эстер.

— А ты сможешь? — Владислав взглянул на девушку и, заметив сердитую складку на ее переносице, поспешно добавил: — Шучу, шучу.

Он подошел к столику, где все еще лежал внушительных размеров чемодан, и, подозвав Эстер, что-то шепнул ей на ушко, а затем быстрым шагом вышел наружу.

— Какая наглость! — возмутился Ворчун ему вслед. — Шептаться в присутствии третьих лиц неприлично… Грубиян!

— Ну-ну, — смеясь, успокоила его девушка. — Не кипятись, он тебе сюрприз приготовил.

Уже смеркалось, когда Владислав посадил скуттер у входа в пещеру. Фонарь кабины он нашел без труда. Тот лежал, подмяв под себя кустарник, смягчивший удар. Так что обошлось без серьезных повреждений. Довольный агент завел катер в ангар, рассчитывая к утру привести его в полный порядок. Когда он вошел в комнату, то застал интересную картину. Эстер, сидя на коленях перед Ворчуном, держала зеркало, а компьютер, выдвигая вверх то одну, то другую камеру, осматривал себя. Манипулятор, торчащий сбоку, слабо шевелился.

— Двумя глазами смотри, — терпеливо уговаривала его девушка. — Двумя одновременно, иначе никогда не научишься видеть объем.

Владислав, подойдя сзади, с улыбкой наблюдал за процессом обучения. Потом вдруг сказал, пряча ухмылку:

— Так, Эстер, ты зачем ему мой манипулятор присобачила? Надо его обязательно снять.

Ворчун наконец снизошел до ответа. Он закрыл один глаз, вторым демонстративно окинул Владислава с ног до головы, а затем неожиданно проворно состроил фигуру из трех пальцев:

— Во, видел, не отдам! Это теперь моя рука, — сказал он серьезно.

Эстер и Владислав расхохотались, а Ворчун обиженно выхватил зеркало из рук девушки и, всем своим видом выражая обиду, молча принялся изучать свое изображение в зеркале.

— Вижу! — спустя несколько минут завопил он. — Вижу, двумя глазами вижу! — Он поднял камеры вверх, поглядев сначала на Эстер, потом на Владислава. — Здорово!

Он снова углубился в изучение своего изображения в зеркале. Наконец, догадавшись при помощи манипулятора изменить положение зеркала в пространстве, он стал осматривать себя со всех сторон.

— Эстер, — позвал он наконец, — Эстер, подержи зеркало, пожалуйста.

Девушка охотно выполнила его просьбу. Ворчун сначала ощупал себя, потом попытался ощупать свое изображение в зеркале. Рука манипулятора наткнулась на стекло. Озадаченный Ворчун ткнул в зеркало еще раз, затем запустил манипулятор за зеркало. Ничего не понимая, он посмотрел на Эстер.

— Он меня не пускает, — в голосе Ворчуна послышались жалобные нотки — Я же его только потрогать хотел.

— Это же зеркало, — попыталась объяснить ему девушка, — ну как бы тебе объяснить. Этой картинки в реальности не существует, она показывает лишь, как ты выглядишь.

— Как это не существует, я же его вижу, — возразил Ворчун.

— Ну да, ты его видишь, но его на самом деле нет… — Эстер замялась.

— Его на самом деле нет? — переспросил Ворчун.

— Нет, — подтвердила девушка.

— А я есть? — снова спросил Ворчун.

— Ты есть, — кивнула Эстер.

— Чушь, — безапелляционно заявил Ворчун. — Если я есть, а он лишь показывает меня, значит, он тоже есть. А если его нет, и он показывает меня — значит, меня тоже нет, но я-то есть. Я же мыслю, и я могу себя ощупать. Значит, и он все же существует…

Ворчун снова уставился в зеркало. Эстер в отчаянии выскочила наружу.

— Владислав, Влади, где ты? — послышался ее голос.

Когда агент вошел в комнату, Ворчун в задумчивости вертел зеркало, осматривая его со всех сторон.

— Послушай, Ворчун, — начал Владислав, — Эстер неправильно тебе объяснила. Зеркало — это такой прибор, который создает виртуальную картинку, виртуальную, понимаешь, картинку с реального объекта.

— Значит, его все-таки нет? — неожиданно легко согласился Ворчун.

— Нет, — подтвердил Раденко.

— Тогда мне нужна вторая рука, — сменил тему Бонд 007.

— У меня нет второго манипулятора, — возразил Владислав.

— У него возьми, — сказал компьютер, указав в зеркало. — Ему она не нужна, его же все равно нет…

— Да пойми же ты наконец, — Владислав начал терять терпение. — Его нет, это лишь виртуальная картинка. И руки нет, это тоже виртуальная картинка.

— Черта с два, — неожиданно возразил компьютер, — у меня рука справа, а у него левая рука… Мы с ним разные.