Дмитрий Хабибуллин - Тот День

Иван Дмитриевич и двое его подручных быстрым шагом удалялись от дверей конференц-зала. Хромов шел молча, терзаясь неприятными мыслями. Сергей тоже о чем-то думал, и только Лоев, будучи неосведомленным, нарушил тишину.

— Что за спешка? — не выдержав, задал вопрос Василий, когда люди зашагали по лестнице на первый этаж.

— У нас четверо новых. — коротко ответил Сергей.

— Зачем тогда собрание перенесли? Пусть бы подтягивались. — озадачено спросил Лоев.

— Сухарев сказал, у нас «красный свет». — ответил за юношу Хромов.

— Ясно. — пробежала по лицу мужчины неприятная тень.

Спустившись вниз, трое вышли в центральный холл, где Иван Дмитриевич остановился.

— Я пойду в штаб. Выдайте одежду и ведите их ко мне. — командным тоном сказал Хромов.

Люди кивнули и без лишних слов направились к главному выходу из корпуса. Проводив их взглядом, Иван зашагал по безлюдным коридорам в сторону бывшего отдела кадров. «Штаб» находился в правом, нетронутом огнем, крыле корпуса. И среди прочих помещений этого рукава здания, бывший отдел кадров пострадал меньше всего, отчего и был выбран для особо важных заседаний.

— Красный свет. — задумчиво повторил Хромов, усевшись в мягкое кресло, перед большим прямоугольным столом, заваленным бумагой и потрепанными картами.

Больше всего он боялся столкнуться с подобной ситуацией. Больше всего он не хотел увидеть в своем отряде неблагонадежные лица. Ведь он отлично знал: один языкастый смутьян может быть куда опасней десятка вооруженных бандитов.

Расправив одну из карт предместий Твери, Иван Дмитриевич положил ее перед собой.

“Священник из Каблуково. Считает себя пророком”, — мысленно повторил Хромов слова Сергея.

Закончив с терпким кофе, святой отец и его верные друзья поднялись из-за стола. Сухарев и незнакомый мужчина о чем-то переговариваясь, стояли на входе в столовую.

— Помните, как подвернется возможность, вы должны напомнить местным про отпевание усопшего юноши. — будто бы перед эшафотом, бросил напоследок Соколов.

— Мы будем аккуратны. — успокоила его Ирина.

Подойдя к ожидающим людям, святой отец обратил внимание, что в отличии от Сухарева, через плечо которого была перекинута винтовка, за спиной его товарища висел большой матерчатый мешок.

— Здравствуйте, я Василий Лоев. — протянул руку тот самый низкорослый человек. Георгий и Влад ответили на рукопожатие. Ирина просто кивнула.

— Ваши имена я уже знаю. Можете не представляться. — продолжил мужчина. — А где эта ваша Ева?

— Я здесь. — раздался знакомый голос за спиной священника. Повернув голову, он увидел хмурое лицо девушки.

— Отлично, раз все в сборе, тогда вот вам наша форма. — сказал Лоев и положил увесистый рюкзак на ближайший пустой столик. — Разбирайте. Размеры универсальные. Переодеваться там на кухне. — указал человек на двери с табличкой «без головных уборов не входить».

— Позвольте мне остаться в своих одеждах. — мягко спросил Георгий.

Во взгляде мужчины мелькнула странная тревога.

— Не положено. — отрезал Василий, и посмотрел на Сухарева.

— Да.… Видите ли, это одно из обязательных условий для каждого нового члена нашей команды. — поддержал тот своего товарища.

— Но вы же понимаете, мне положено по сану. — сделал озадаченный вид святой отец.

Георгий понимал, что это маленькое сражение он просто обязан был выиграть. Он должен был выделить себя. Обозначить свой статус.

— Все саны сгорели вчера. — грубо ответил Василий. — Теперь только совместная борьба за выживание. А для этого мы должны быть едины.

Начавший было нарастать в столовой прежний гул разговоров опять сошел на нет. Все прислушались к странной перепалке между бородатым священником и человеком по фамилии Лоев.

— Я сдал вам свое оружие, согласился со всеми условиями. Но одежду мирян я не приму. — не сдержавшись, резко ответил Георгий.

Было видно, как напрягся коренастый Лоев, заиграв мощными скулами.

— Думаю, мы можем сделать исключение. — неожиданно вмешался Сергей.

— Иван Дмитриевич не одобрит. — возразил Василий. — Этот в рясе и так сорвал нам операцию.

— Я постараюсь объяснить все шефу. — примирительно сказал Сухарев, и тихо добавил: — Ну не будешь же ты насильно заставлять его нацепить униформу.

И Лоев нехотя согласился.

— Бог с вами. Остальные — переодевайтесь. — махнул рукой мужчина.

Ирина и Влад препираться не стали и послушно удалились на кухню. Георгий взглянул на Еву. Светловолосая девушка тоже не стала возражать и прошла за дверь вслед за людьми. На лице Бодровой застыла болезненная гримаса. И в глубине души святой отец почувствовал приятное удовлетворение. Человек, который его предал, испытывал муки.

— Бог со мной. — с улыбкой ответил Лоеву священник.

Не прошло и пяти минут, как товарищи Соколова переоделись и были готовы идти. Ева слегка задержалась.

— Ее там рвало. — с пренебрежением сказала Смолова, когда бледная девушка вынырнула из дверей кухонного помещения. — Она едва не упала в обморок.

— Да, я не думаю, что в таком состоянии, она представляет угрозу. — согласился Сычев.

Георгий взглянул на Бодрову. На ней действительно не было лица.

— Все равно, следите за ней. Мне было предостережение. — настойчиво повторил свою просьбу Соколов.

— Так, я смотрю все в сборе. — весело бросил Сергей. — Пойдемте, уважаемые.

И шесть человек покинули трапезную.

Весь путь до главного корпуса люди преодолели молча. Шли в тишине священник и его друзья. Не поднимая головы, брела Ева. Молчал и Сухарев со своим товарищем. Георгию показалось, что во взгляде Лоева можно было уловить недовольство. Словно, он беззвучно винил Сергея за позволенную священнику вольность. Сам же человек в овальных очках, которые он не снял даже после наступления темноты, выглядел беззаботно. Хотя, Соколов догадывался, что это напускное.

Освещенный холл главного корпуса встретил людей пустотой.

— Вот, собственно, первый этаж нашего дома. — обвел руками зал Сухарев. — Нам с вами налево. Там “штаб”, бывший отдел кадров. На втором этаже у нас конференц-зал, где сейчас и находится весь личный состав.

“Штаб”, как сказал Сухарев, оказался спрятан в глубине заваленных мусором коридоров.

— У нас тут бардак, вы извиняйте. Убрать успели только тела. — зло пошутил Сергей.

Вскоре, искомая дверь с перекошенной табличкой “отдел кадров” была найдена. Сухарев повернул ручку, и люди прошли в довольно просторное и на удивление чистое помещение. За большим столом, заваленным какими-то бумагами, сидел мужчина.