Ольга Елисеева - Сокол на запястье

Ярмес вспыхнул и замялся.

-- Какая тебе разница? - процедил он сквозь зубы.

-- Значит как обманывать бедную девушку, это мы умеем. - фыркнул Элак. - "Я не сбегу! Развяжи меня!" А как подойти и попросить прощения это силенок не хватает.

-- Чего цепляешься? - возмутился Ярмес. - Умма взрослая женщина. Сама разберется. Кстати, ты что подслушивал?

-- Нет, -- мотнул головой сатир, -- Но сейчас твои мысли для меня ясны, как вода в чашке. Я все-таки бог необузданной страсти и поощряю совершенно определенные стремления людей.

-- Ну, я хочу ее видеть. - как на казни признался Ярмес. - Только...

-- Не знаешь, где. - победно заключил Элак. - Да там же, на стройке! Я ее завтра туда приведу. Положись на меня.

Пан воодушевился, сверкал глазами и тряс подбородком, как настоящий козел.

-- Черт меня дернул с тобой связаться! - махнул рукой Ярмес. Просишь об одном, а получаешь...

-- Ты еще ничего не получил. - проблеял козлоногий юноша. - И смотри, как бы возлюбленная не полоснула тебя ножом по горлу, прежде чем разберется... -- последние слова он уже говорил стене, за которую в досаде спрыгнул гость.

* * *

Мимо рва, в который еще не была пущена вода, тянулись повозки, запряженные волами. Пристроившись в хвосте одной из них, волк притворился, будто идет из каменоломен. Внизу у земляного отвала подрядчик нанимал рабочих резать дерн.

-- Эй ты, углежог, -- окликнул он Ярмеса. - Пойдешь обтравливать склон? Горшок бобов в день и два обола по завершении участка.

Произнесенные слова не имели для охотника никакого значения. Он в жизни не ел бобов, а денег не видел отродясь. Но ему нужно было на стену. Не даром товарищи послали именно его, понадеявшись на ловкость горца.

Старого связного Эвмила, хорошо известного царю, убили где-то по дороге. "Хорошо, если убили, -- думал про себя Ярмес. - Разбойников сейчас много. Вроде бы не о чем беспокоиться. Но все же..." Эвмил рассказывал о сотнях опасностей, грозящих лазутчику в городе меотянок. Пока вроде все шло спокойно.

Разве что резать дерн волк не умел. Уже после первого часа работы в непривычной позе разнылась спина. Ходить по горам, выслеживать зверя - это он был мастер. А торчать, согнувшись в три погибели и пахать носом отвал -вот где ад!

-- Эй, углежог! Что-то ты вялый. - покрикивал на него начальник десятки. - И пол миски бобов не заработал! Давай, давай!

Этот рябой детина сам ни разу не прикоснувшийся к лопате, страшно раздражал Ярмеса. Но надо было терпеть.

Царь появился только к обеду. Волк боялся, что не узнает его. Но теперь, увидев колесницу с матерчатым тентом на резных столбиках, сразу решил, что такое чудо может принадлежать только "живому богу". В ней стоял полный мужчина в белом хитоне и что-то повелительно кричал рабочим. За ним на повозке, запряженной парой мулов колыхался, грозя выплеснуться через край, целый котел какой-то ароматной жратвы. Ярмес вспомнил фразу: "Царь это пища" - и уверенно двинулся к толстяку.

Тот размахивал руками, отгоняя мух, норовивших сесть ему на лысину. А тем временем со всех сторон к котлу сбегались рабочие, стуча мисками. У Ярмеса своей посуды не было. "Надо бы подождать, -- подумал он. - Сейчас к нему не подберешься. Вон как толпятся!"

Волк сел на край отвала и принялся жевать пыльную травинку. Есть хотелось страшно. Аж кишки свело.

-- У тебя нет миски? - услышал он над ухом дружелюбный голос.

Ярмес вскинул голову. Сверху на него смотрел всадник на сером в яблоках жеребце. Он ободряюще кивал и делал волку знак подойти.

-- Эй, подрядчик. - лицо мужчины сразу посуровело. - Почему не дал рабочему ни ложки, ни обеда? - в его голосе звучало раздражение.

-- Простите, Ваше Величество. - рыжий десятник оказался тут как тут и преданно распластался у ног лошади. - Не доглядел. - он метнул на Ярмеса враждебный взгляд. - Этот углежог лентяй. Не обращайте на него внимания.

-- Почему ты решил, что он углежог? - рассмеялся всадник.

-- Ну как же? Весь грязный. - недоумевающе отозвался десятник.

-- Скорее охотник. - зеленоватые глаза всадника сощурились, внимательно рассматривая Ярмеса. - Эй, приятель, -- он махнул волку рукой. - Подойди сюда.

Ярмес нехотя поднялся. Для него вовсе не очевидна была связь между обращением "Ваше Величество" и царским достоинством.

Всадник жестом отослал рыжего.

-- Ты с гор? - голосом без всякого выражения спросил он.

У волка засосало под ложечкой. Ему показалось, что его вот-вот схватят. Во всяком случае этот приветливый мужчина явно что-то заподозрил. Ярмесу захотелось садануть всадника в подбородок, выпиравший из-под нарочито мирной соломенной шляпы, и дать деру во все лопатки. Но кругом были люди.

-- Чего молчишь? Язык проглотил? - улыбнулся мужчина. У него была хорошая, открытая улыбка и, если бы волк не подозревал всех, он ответил бы незнакомцу вполне дружеским оскалом.

-- Много в этом году на Доросе гадюк? - спросил всадник, и сердце Ярмеса оборвалось в желудок. Незнакомец назвал заветную фразу.

-- Змей нет, - как завороженный, ответил он, -- Зато большой орлиный выводок.

Мужчина довольно кивнул. Он опустил вниз руку, и Ярмес увидел золотой браслет с оскаленными волчьими головами.

-- Я ждал тебя еще недели две назад. - сказал незнакомец. - Что с Эвмилом? Почему пришел не он?

-- Мы не знаем, -- выдохнул Ярмес. - Мы думаем, первого гонца убили дорогой.

-- Убили? - брови всадника поползли вверх. - Хорошо, если только убили. Я боюсь другого.

Ярмес внутренне возликовал: все-таки приятно, когда твои опасения разделяет "живой бог".

-- Говори все сейчас. - твердо сказал царь. - Я не смогу отъехать с тобой, не привлекая внимания. Долго шел?

-- Неделю.

-- Что-нибудь стряслось?

-- Нет вестей от вас. Наши боятся.

-- Многие ропщут? - на губах Делайса дрогнула понимающая улыбка.

Ярмес не сумел ему соврать.

-- Да. Люди устали ждать. Я охотник, я знаю: можно и пересидеть в засаде!

-- Потерпите еще немного. - мягко попросил царь. - Есть шанс все кончить миром.

-- Разве? - этого волк не ожидал.

-- Маленький. Почти пустой. - кивнул Делайс. - Но я не могу его не использовать, прежде чем мы все сметем. Перед великими мистериями я буду требовать отмены жертв. Если до вас дойдет весть, что со мной что-то случилось, -- он поморщился, -- считайте это сигналом. Удачи.

-- Удачи. - выдохнул в ответ волк.

Делайс тронул пятками бока коня и не оборачиваясь поехал вперед.

Ярмес таращился царю в след. Вот этот человек ему нравился. Хладнокровно рисковать жизнью, имея тонкую, как кишка трески, возможность предотвратить бойню. Сам волк, хлебнув крови, в своем роду, больше уважал такого царя, чем крикунов из лагерей в горах, которые, не понюхав паленого, из кожи вон лезли: Скорее! Скорее!