Андрей Имранов - Антитезис

Но…

Нет, насчет синицы и журавля его мнение осталось неизменным. Но что делать, когда в руках — синица, а в небе — звездолет, который может стать твоим личным? Такой шанс каждый день не дается. Уйти сейчас, а потом всю свою оставшуюся — жалкую и суетливую — жизнь казнить себя на дыбе упущенных возможностей?

Это с одной стороны. А с другой — Антон и Юля. Два совершенно разных, в сущности, малознакомых Диме человека. И пусть неприятный осадок от разговора с Антоном не прошел даже после известия о его гибели, а вопрос отношений Барона и Юли так и не перестал его тяготить. Все равно, он не мог просто взять и отмахнуться от них — от смерти Антона и от судьбы Юли. Хотя пока и не знал, что будет с этим делать. С Юлей понятно — надо с ней встретиться и все рассказать. Пусть сама решает, с кем ей быть… во всех смыслах. А вот с Антоном. Во-первых, то, что его убили из-за флешки — это только его, Димы, подозрения. Во-вторых, даже если это — так, не факт, что его убили именно Димины работодатели. И в третьих, даже если его застрелил лично Вирджил — Дима-то не знает, за что. За кем была правда? Не факт, что за «Бульварной звездой» с ее сомнительным содержимым и неизвестным покровителем. Вполне возможно, что какие-то акулы масс-медиа просто использовали ребят втемную. Надо сначала разобраться.

А что насчет просветки мозгов — даже если Вирджил и врал насчет того, что они никого не принуждают, скорее всего, до конца испытательного срока его трогать не будут. А потом… потом либо придется все рассказать Вирджилу, либо проверить, правду ли он говорил.

Дима нашел в шкафу коробку от телефона, кинул в нее мобильник, задумчиво посмотрел на лежащую полкой выше кобуру. С пистолетом — в съемочный павильон? Пожалуй, в приемной Единой России у него было бы больше шансов отвертеться от обвинений в терроризме. «В конце концов», — подумал Дима, одеваясь, — «разве это не было одной из самых светлых твоих мечт — вести какую-нибудь острую и умную программу на телевидении? Вот и радуйся» Но тут его мысли приняли другой оборот. «Кстати… вполне возможно, что они эту мечту у меня просто считали…». Почему-то это, вполне логичное, предположение ему очень не понравилось. Казалось бы, какая разница, каким именно способом сбудется твоя мечта — главное, чтобы сбылась, а вот поди ж ты… Оказывается, мечта, которую кто-то подсмотрел, становится намного менее привлекательной. «Как будто ты ныкал в холодильнике кусок торта, предвкушая, как съешь его за чашкой чая перед уходом домой с работы. Открываешь вечером холодильник, а твой кусок кем-то надкушен», — годы мелкой офисной грызни не прошли для Димы даром, — «Суки… справедливость справедливостью, но вот так вторгаться в чужой мир — нельзя. Мечта — это святое, пусть даже это банальная до пошлости „мечта идиота“. А вот интересно, то, что моя работа — практически полный набор аналогичных мечт — это случайно так получилось или как? Оружие выдают с возможностью „мочить козлов“, в телевизоре вот светят, про деньги и не говорю — их они тут не просто не считают, а как будто даже не умеют считать. Интересно, где же подстава? И бывает ли в принципе такая подстава, которая все эти плюсы на минус сведет?»

Из метро Дима вышел на полчаса раньше назначенного времени. Съемочные павильоны находились в бывшей промзоне минутах в пятнадцати ходьбы от метро, так что запас времени у него был. Дима закрутил головой в поисках нужного переулка и вдруг увидел большую вывеску «Sony». Присмотрелся к табличке у дверей и скорее угадал, чем прочитал надпись «Авторизованный сервисный центр». «На ловца и зверь бежит», — подумал Дима, переходя дорогу.

— Гарантийный срок вышел, — строго сказала ему девушка за стойкой, — ремонт будет платным.

Дима пожал плечами. А то он не знает.

— Да, конечно. Сколько?

— Техники посмотрят, скажут. Оставьте ваш телефон.

— Э-э-э, — сказал Дима, оглядываясь. Продиктовал свой номер, задумался. Можно, конечно, купить первый попавшийся телефон с витрины, но даже и это может занять некоторое время. А еще первый попавшийся покупать не хотелось, хотелось повыбирать.

— Понимаете, я сейчас занят буду, ответить не смогу. Давайте, если я часа через два, как освобожусь, зайду к вам, вы к этому времени будете знать, что сломалось.

— Зависит от характера поломки, — равнодушно сказала девушка, что-то помечая на своем бланке приемки, — я скажу техникам, чтобы постарались ваш телефон в первую очередь посмотреть. Заходите.

— Спасибо, — Дима уже выбегал на улицу — запас времени неостановимо таял. Обидно сойти с поезда жизни, и застрять на каком-нибудь затхлом полустанке, но еще обиднее — просто опоздать на него.

Большие электронные часы над проходной показывали 8:57, когда Дима разглядел на заполненной стоянке серебристый «Джип Коммандер». «Хорошо, что у него тачка такая приметная», — порадовался Дима, пробираясь мимо плотно стоящих машин, — «а то бы…». Попытался разглядеть Вирджила в машине через затонированное стекло, но ничего не увидел и просто постучал в окно согнутым пальцем.

Никакого эффекта.

Нахмурившись, Дима поднял руку для повторного стука, и замер, глядя в свое отражение. «У Вирджила же не было тонировки!». Стараясь не паниковать, — «Может, на днях затонировался?», — Дима вытянулся, заглянул в салон через лобовое стекло и зло выругался. Лобовуха, против всех правил, тоже была затонирована, но не так глухо и салон Дима разглядел. Это была другая машина. Дима отошел к проезду, попытался окинуть взглядом стоянку. «Черт, залезть бы куда… о!». Лаврируя между машин побежал к проходной, поднялся на пару ступенек, огляделся. «Да блин! Вон же она!» В другом углу стоянки стоял еще один «Коммандер» и сквозь его прозрачные стекла Дима даже разглядел знакомый грузный силуэт.

Вирджил мрачно глянул на подбежавшего запыхавшегося Диму, потом — на проходную, потом — снова на Диму. Покачал головой и вылез из машины. Дима осторожно скосил глаза в сторону проходной и с трудом сдержал улыбку. Часы показывали 9:00.

Вирджил закрыл машину, шумно выдохнул, поморщился.

— Специально подгадал? — кивнул в сторону часов.

Дима напряг губы, чтобы не разулыбаться.

— Просто к словам моим прицепился или догадывался, что нам надо в девять уже внутри быть?

— Ну… — сказал Дима и состроил неопределенное выражение на физиономии, — вообще-то, догадывался, — «Ай да я, оказывается»

— Ладно, — Вирджил снова вздохнул, — молодец, добился своего. Мне впредь урок. Пошли.

И он энергичным шагом направился к проходной. Дима поспешил следом, в который раз удивляясь неожиданной прыти своего куратора.

Вахтер на проходной то ли знал Вирджила в лицо, то ли был просто для проформы — ни требовать пропуска, ни документов, ни даже спрашивать «к кому?» он не стал. Вирджил быстрым шагом прошел пару коридоров и остановился у очередной двери.