Уильям Бартон - Бунт обреченных

Рабочие были обнажены, отлично сложены — тонкие, высокие, гибкостью напоминающие ящериц.

Их головы были немного похожи на птичьи, бледнокоричневые лица, большие, блестящие черные глаза, руки и ноги длинные и костлявые, хвосты короткие и толстые. Туземцы походили на маленьких динозавров. На спинах виднелись коричневые волосы или тонкие перья. Вообразите себе смесь динозавра с волосатым шимпанзе, тогда получите полное представление о туземцах.

Когда мы проезжали мимо, они обернулись, посмотрели на нас, и я cогласился:

— Ага, вижу. — У некоторых из них между ног виднелись небольшие отростки, у других — маленькие клоаки.

— Думаю, это здорово. Подожди, пока ты не услышал от меня кое-что… предупредила Соланж.

Младшие офицеры располагались на извилистой, зазубренной стороне холма напротив крепости — несколько бунгало из песчаника с плоскими крышами, с резными дверями и узкими, темными окнами.

Архитектура была явно неземной, не знаю, но, помоему, удачная идея.

Соланж вытряхнула меня на пыльную обочину у тротуара и выбросила чемодан:

— Заберу тебя часа через три, поедем кататься. — Сказав это, моя боевая подруга укатила прочь в облаке пыли, крича что-то явно не на английском и даже не слова известной песенки: «Здорово, Сильвер!» «Ну ладно, все будет хорошо. Входи и делай все, что пожелаешь», — подбадривал я себя.

Я повернулся и пошел к двери, которая тут же отворилась, а Федор, одетый во все белое, сморщил лицо в радостной улыбке. Он нисколько не изменился — волосы цвета спелой пшеницы не шелохнулись, когда мужчина наклонился, чтобы поднять чемодан. Схватив его, слуга выпрямился и положил мне руку на плечо, приглашая войти.

В комнате было прохладно и царил полумрак; мои ноздри уловили запах готовящейся пищи — жареное мясо, насколько я понял. Рот наполнился слюной.

— Добро пожаловать домой, сэр… — проговорил Федор со своим неподражаемым резким акцентом.

Шесть лет назад, когда этот человек только пришел служить ко мне, он чувствовался сильнее… Лишь теперь я осознал, что прибыл домой.

В проеме стояла Марджи, высокая, рыжеволосая женщина с квадратным лицом и широкими плечами, в знакомом до боли цветастом переднике и с половником в правой руке. За ней виднелась белая кухонная утварь, облако пара поднималось от кастрюль, вкусно пахло майораном и перцем, морковью, картофелем и, что самое главное, отборным мясом.

В ряд выстроились три грации, изящные фигурки.

Майра, невысокого роста, темноволосая, похожая на испанку, темноглазая и загорелая, была одета в желтые шорты и белый топ. Черные волосы спадали с левого плеча.

Дженис, высокая, длинноногая блондинка с глазами, похожими на голубые льдинки, с тонкими изящными губами и тяжелой, с розовыми сосками грудью, была одета в черно-золотой костюм, позволяющий видеть стройные ноги, обутые в туфли на высоких каблуках. В первый раз, увидя ее обнаженной, я изумился густоте соломенных волос внизу ее живота.

Ну и последней стояла Хани, изящная, хрупкая женщина с детским лицом, почти плоскогрудая, бедра едва обозначены. Она была одета в светло-серый саронг. Ее узкие глаза таинственно поблескивали, будто в предвкушении какого-то приятного события.

Из большого разреза одежды выглядывала соблазнительная, стройная босая ножка.

Как вдут у них дела? Из-за всей этой суматохи на Земле я почти забыл о них… Наконец все оживились. Я смеялся так, как не смеялся уже много долпес дней и поочередно обнимал своих наложниц.

Они убрали мою комнату, расставили вещи в любимом мной порядке. Федор помог мне разложить одежду по шкафам, а Марджи и девушки накрыли стол, раздели меня, забрали форму для чистки. Все это время мои домочадцы весело болтали, радуясь возвращению блудного сына. Потом я стоял в ванной, глядя на воду. Черт, я даже не ожидал ее здесь увидеть.

Федор пояснил:

— Такого рода биологический туалет используют местные жители. Никак не могу взять в толк, почему оц не пахнет.

Хорошо, что местные микроорганизмы поедают наши экскременты. Я помочился, прислушиваясь к журчанию струи, и подождал, пока Федор нe подаст мне махровое мягкое полотенце. Затем вытерся насухо и отправился в спальню, где слуга помог мне надеть чистое белье.

Как хорошо вдыхать запах отлично приготовленной пищи.

Федор усмехнулся, когда в моем животе заурчало, хлопнул меня по плечу, и мы отправились посмотреть и попробовать, что там приготовила Марджи.

Внизу, в маленькой долине, находился небольшой лес, где в бараках располагались солдаты, там же была общественная купальня, построенная сверху подземного резервуара, наполненного постоянно циркулирующей водой. Здесь можно было вымыться с мылом, принять душ или горячую ванну, поплавать в бассейне с теплой или прохладной водой. Воздух был влажен. В купальне всегда толпилось много народа, мужчин и женщин, проходящих службу в легионах спагов.

Я встал и потянулся, потом осмотрелся вокруг. Я чувствовал себя вернувшимся домой после долгого путешествия. Соланж между тем натерлась мочалкой, облилась водой из шланга, затем с разбегу бросилась в ближайший бассейн и вынырнула, смеясь, протирая глаза. Она была изящна, тонка, совершенно не похожа на европейку. Ее конечности были худы, будто на них вовсе отсутствовали мышцы. Женщина казалась слишком хрупкой, чтобы быть сильной; плоский живот плавно опускался к безволосому треугольнику.

— Эй, давай сюда, глупый!

Улыбнувшись, я спустился по лестнице в теплую, ароматизированную воду и расслабился. Соланж посмотрела на меня:

— Что, отпуск прошел не очень хорошо?

У меня беспорядочно заметались мысли, я не знал, что ответить. Наконец, тщательно подыскивая слова, выдавил:

— Там было все, на что ч надеялся и что ждал.

Она понимающе кивнула:

— А я больше не поеду домой. Мои родственники, все мои старые друзья… — Женщина пожала плечами. — Зачем разрушать дорогие тебе образы?

— Я тоже рад, что вернулся.

На нас упала тень.

Взглянув вверх, я увидел невысокую, плотную, мускулистую белую женщину с темными прямыми волосами, курносым носом, тяжелым подбородком и голубыми глазами. Она смотрела на нас. Соланж усмехнулась и проговорила:

— Риссальдар Татьяна Вронски, джемадар-майор Атол Моррисон.

Значит, это и есть мой начальник на несколько лет. У женщины были широкие бедра, толстый живот нависал над треугольником редких темных волос, руки оказались на редкость мощными, с короткими пальцами. Сев на край бассейна, она попробовала ногой воду и, вздрогнув, произнесла:

— Ах, дерьмовая пустыня. Мои паскудные ноги скоро доведут меня до белого каления.