Дмитрий Воронин - Чаша Торна

— Да, Айрин, я знаю… она не может оживать, не может… Только вот на лапе одной из горгулий, на когте… там была зарубка, Айрин, моя зарубка… Ее оставил мой меч. Ночью, когда мы входили в храм, этой зарубки не было. И на когте была кровь… запекшаяся кровь. Как ты думаешь, чья кровь была на когтях твари, не способной оживать? Джоса? Коры? Могла бы быть и моя…

— Рон, прости, но тому может быть масса причин… Твой меч тут ни при чем. Тварь, напавшая на вас, скорее всего зацепила статую, когда лезла за вами в проход, и царапину оставила, и сама поранилась… Может, это была маленькая виверна, может, мантикора или еще кто… Но я точно знаю одно: горгульи оживать не могут.

— Да, я знаю… не могут… Только, Айрин, я провел там еще полдня. Нет, мне уже не нужно было это золото, оно было проклятым, и пусть остается там, в храме, пусть принадлежит этому никому сейчас не известному богу, и пусть он им подавится… Я остался, чтобы разбить этих горгулий… Я смеялся, когда крошил их, а они безмолвствовали… Я спрашивал их, зачем они убили моих спутников, они безмолвствовали… Я разбил их на мелкие куски, а потом уехал из тех мест.

Он долго молчал, но Айрин ощущала какую-то недосказанность, как будто Рон сказал не все, как будто умолчал о чем-то важном, очень важном. У нее мелькнула мысль, и она осторожно спросила:

— Ты ведь возвращался туда, правда? Скажи, возвращался?

— Да, — тихо ответил Рон, зачарованно глядя на пламя костра, — да, возвращался. Спустя три года. Ты ведь уже догадалась: они снова были на месте…

Больше он ничего не сказал, и Айрин, чувствуя его состояние, не стала задавать вопросы. Она думала о том, что все это могло быть просто совпадением. Рон мог не заметить в темноте этой злополучной зарубки на когте горгульи, да что там, наверняка просто не заметил. Возможно, у храма были почитатели, возможно, в ритуал входило и смазывание кровью когтей статуй… тем более что это здорово может напугать. Почитатели явились к своей святыне и, увидев, что статуи горгулий разрушены, позаботились о том, чтобы поставить новые. И они постарались сделать их точно такими же, как разбитые Роном, — мастерство часто передается из поколения в поколение, может, и мастер, создавший их, был из числа почитателей. Возможно, на кладоискателей действительно напала виверна или другая тварь… Не стоит об этом думать, важно одно: горгульи не могут оживать. Они каменные… просто каменные статуи.

Девушка не заметила, как заснула, прижавшись к Рону. А он долго еще сидел неподвижно, и пламя плясало в его глазах.

Глава 12 НЕКРОМАНТ. РАЗГРОМ

Я знал, что храм, где хранится Чаша, уже близко. Учителю удалось определить его местоположение довольно точно, но чтобы найти в этих горах крошечное строение, потребуется время.

Я был уверен, что нахожусь на верном пути, к тому же вчера я получил подтверждение этому — неожиданное и даже несколько пугающее, важное. Мой отряд проходил через глубокую расселину — в отличие от заросших лесом ложбин и распадков, что встречались нам до этого, здесь был только песок и скалы, нависающие со всех сторон.

Зомби двигались более или менее стройными рядами, двигались достаточно быстро — лишь немногим медленнее, чем торопящийся человек. Я ехал сзади — ветер дул в спину, поэтому полагающееся мне, как полководцу, место во главе колонны было, мягко говоря, некомфортным. Трехдневное путешествие при довольно жаркой погоде превратило мое воинство в источник такого смрада, что охрана, буде таковая найдется, просто разбежится при их приближении. Лично я старался держаться подальше, да и то, кажется, вонь впиталась в каждую нить моей одежды, в каждый волос на моей голове, в каждую частичку кожи — я искренне сомневаюсь, что смогу когда-нибудь отмыться от этого запаха.

Песок впереди задержал продвижение отряда — он был рыхлым, и ноги зомби увязали в нем. Я придержал коня, чтобы не слишком приближаться к ним. Лэш, конечно, была рядом — стражу солнце нипочем. Будь иначе, я бы уж, наверное, с ума сошел — она же имеет привычку не отходить от меня. Представляете себе — зомби в спальне… Тьфу…

Когда первый из зомби, зацепившись за что-то, грохнулся на песок, «уронив» еще двоих, я не придал этому значения. И только позже, когда сам доехал до этого места, увидел, что из песка торчит выбеленная временем кость. Меня поразили размеры этой кости — ни одно из известных мне животных не могло обладать таким огромным скелетом. Конечно, времени у меня не так уж и много, солнце доставляет массу хлопот и постепенно может превратить мою армию в ничто, но… Учитель не раз говорил, что все в этом мире достойно внимания и проходить мимо загадочного — значит в чем-то себя обделять.

Я остановил отряд и заставил солдат немного поработать. Лопат у нас, конечно, не было (зомби таскали песок на щитах, заполняя их руками, или в шлемах), но солдат было много, и дело шло довольно быстро. Один от усердия даже развалился — видать, Учителю он достался в подпорченном состоянии… Ладно, одним больше, одним меньше… И все же я, возможно, несколько поторопился. Пожалуй, стоило подождать осени или даже зимы. По крайней мере я не терял бы солдат без всякого толка — для моей армии холод весьма и весьма полезен. Поторопился… а зачем, спрашивается? Кто меня гнал? Подумаешь, мастера прибили — ну и что, переехал бы в очередной раз куда-нибудь в другую местность, не впервой. Что ж, не судьба — в следующий раз буду умнее.

Часть скелета отрыли за какой-нибудь час, но я все еще не мог понять, что вижу перед собой. И только когда из песка показалась огромная, увенчанная клыками и усеянная огромными зубами пасть, я понял…

Легенды гласят, что Вихрь, великий дракон, убит при попытке добраться до сердца Торна. Кто знает, сколько правды в древней легенде, записанной еще тогда, когда человека в этом мире не было и в помине, но если рассматривать фразу «сердце Торна» с определенной точки зрения, то… Думаю, речь вполне могла идти о Чаше, а здесь, прямо передо мной, погруженный в песок, лежал скелет великого — ошибиться было просто невозможно. Какие уж тут ошибки — спутать дракона с чем-то иным не смог бы, пожалуй, и ребенок.

Я наблюдал, как из песка постепенно появляются фрагменты огромного костяка. Лапы… крылья… хвост… Зомби откопали его почти полностью, когда я приказал им прекратить работу. В конце концов этот скелет мне особо не нужен, важно одно: раз он лежит здесь, значит, я, скорее всего, уже недалеко от цели. Мне стоит поторопиться — еще несколько дней, и мое воинство само собой начнет разваливаться на куски. Собственно, уже начало.

* * *

Эта местность изобиловала лощинами, распадками, небольшими, зажатыми среди скал долинами и прочими «удовольствиями». Временами то жалкое подобие дороги, по которой мы брели, казалось мне совершенно непроходимым, и все же медленно, но верно мы продвигались вперед.