Владимир Колышкин - Троянский конь

   Глава 3

   - Сколько сейчас времени? - спросил Илар, продирая глаза.

   - Восемь сясов, - ответила Сейко, не глядя на часы.

   - Утра или вечера?

   - Весера, разумееца.

   - А какое число?

   - Двенадцатое...

   - Черт! Вечер двенадцатого! Проспал целый день в этом гробу! - Он вскочил. В девять утра двенадцатого числа он должен уже быть на работе. - Опоздал! Чего ж ты меня не разбудила?

   - Но ведь ты нисего не велел.

   - Да, уж погулял, так погулял...

   Проявляя чудеса ловкости и терпимости, они оделись в этом тесном, сугубо японском пространстве. Спустились по лесенке, оставив ячейку открытой. Это означало, что она освободилась. Ячейку продезинфицируют и приготовят к новому заселению.

   Спешка, впрочем, теперь уже не имела значения, и они пошли в кафетерий при вокзале. Илар угостил Сейко, предоставив ей возможность выбрать еду по своему вкусу, поскольку сам не разбирался в японских блюдах. Она взяла что-то морское и много. Аппетит у биоморфов был отменным.

   - Сто ты потелял? - спросила Сэйко, видя, что её друг блуждает взглядом по сторонам.

   - Вчерашний день, - буркнул друг.

   - Всерасний день надо искать не здеся, а в Амелике.

   Постепенно до него дошел смысл сказанного: ну конечно! в Америке же еще только утро 12-го сентября! Он забыл про разницу во времени, идиот.

   - Ну-ка, отмотай пятнадцать часов назад, сколько это будет?.. А то у меня голова не соображает.

   - Пять утла.

   - Вау! Спасен, спасен!.. Ты гений, - похвали он Сэйко, и та, довольная, расплылась в улыбке.

   И он радовался: Значит, он не опоздал! Как тот английский джентльмен, который объехал вокруг света за 80 дней, обретя жену и лишний день. Почти то же самое проделал Илар, когда перенесся с Американского континента в Японию, забыв, что пересек линию перемены дат. В самом деле, если в Токио 8 вечера, то по Центральному времени США и Канады сейчас только 5 утра. До начала рабочего дня, до девяти часов утра, у него уйма времени. Но и чересчур расслабляться рискованно, путь предстоит не близкий, даже по меркам ВТТ.

   - На этом вокзале есть космические линии? - спросил Илар, макая суши в треугольную тарелочку с зеленым васаби [хреном (яп.)], с похмелья хотелось всего острого.

   - Смотля куда, - ответила Сэйко, ловко управляясь палочками для еды. - Есть линии на Луну, на олбитальные станции, на Малса и Венелу ... и болся нету.

   Илар улыбнулся - свой АЙ КЬЮ она не преувеличила.

   - Ну, ладно, мне пора. - Он допил омерзительный кофе из водорослей. - Ты покажешь мне, где тут у вас космические линии? А то я в этих иероглифах не разбираюсь

   - Конеся, показу, - бесстрастно кивнула головой Сэйко, намазывая креветочную пасту на оранжевые рисовые крекеры.

   - Тогда пошли.

   - Сисяс, только доем...

   Переборов отвращение к местным напиткам, Илар осмелился заказать сакэ. От первого глотка он чуть не траванул. "Японский бог, зачем они её греют, вместо того, чтобы положить кусок льда?!"

   Однако второй и третий глоток пошли лучше. И, как это ни странно, головная боль рассосалась.

   - Ну, доела? Тогда пошли... Да! А где мой рюкзак?!

   - Твой рюкзака я сдала в камелу хланения.

   В камере хранения Сэйко набрала шифр, открыла ячейку, достала вещи Илара.

   - А кто та зенсина на фотоглафии?

   - Какая женщина?

   - Ну тама у тебя папа, мама и зенсина.

   Илар наконец понял, что речь идет о портретах.

   - А ты откуда знаешь, что у меня в рюкзаке?

   - Посмотлела. Я любоснательная...

   - Ты любопытная, а не любознательная. Это большая разница. Запомни и никогда так больше не делай.

   - Плости.

   - Прощаю... - Илар забросил рюкзак на плечо и неожиданно для себя ответил: - Её зовут Елена. Моя возлюбленная. Она погибла...

   Илар не знал, зачем он пускается в идиотские объяснения. На секунду круглое плоское лицо Сэйко исказилось, и на нем проступили нечеткие черты Елены. Это было отвратительно.

   - Перестань! - Илар замахнулся на полиморфа.

   Сэйко закрылась руками, ожидая удара. Но удар не последовал. Она убрала руки, на щеке у нее блестела слеза.

   - Ты что? Я не хотел тебя обидеть. - Он провел ладонью по щеке Сэйко, вытер слезу. - Скажи... тебя часто бьют?.. Ну, я имею в виду - клиенты...

   - Иногда бьют. Кто тихо слепает, кто сильно... Тогда я убилаю сувства... и лаботаю без сувств.

   - А со мной ты... убирала чувства?

   - Нет. Ты холосый. Мне нлавица.

   Залы космических линий находились в соседнем здании современной постройки. В глаза сразу бросилась, укрепленная на карнизе, огромная динамическая светящаяся надпись: "Джапан Спейс Лайнс". На улице вновь уже смеркалось. И все расцветало огнями. Наступала очередная безумная электрическая ночь.

   Они вошли в зал, отделанный блестящими листами металла с галогеновой подсветкой и рядами вместительных кабин. Кабины ВТТ имели излишне футуристический вид и раскрашены были в зловещие черно-желтые цвета.

   Возле линии Земля - Марс они простились.

   - Ну, ладно, иди "работай". Я, наверное, отнял у тебя много времени?.. Хочешь, я тебе заплачу еще...

   - Нет-нет. Нисего не надо. Плосяй. Саёнара!

   - Саёнара, моя огнеупорная...

   Он последним вошел в просторную кабину, где уже стояла группа людей, человек двадцать, в ожидания отбытия на Марс. Сопровождавший группу полиморф сказал: "Го-ёдзин!" и нажал кнопку. Дверь из псевдостекла, скользнув у самого носа Илара, отделила его от Сэйко. Она помахала рукой, совсем как человек. Илар ответил - приложил к прозрачному металлопластику ладонь.

   Глава 4

   Марсианский космопорт представлял собой приземистое просторное здание с тусклыми стенами из местного красноватого песчаника. Казалось бы, широкое внедрение ВТТ упразднит само понятие космопорта, но нет, дань традиции и экономическая целесообразность, сохранили овеянные легендами места, где накапливаются люди, желающие отправиться на другие планеты. И они по-прежнему зовутся космопортами и выполняют приблизительно те же функции, что и раньше. Только нет уж ни взлетно-посадочного поля и нет космических кораблей.

   Для Марса, как впрочем, и других планет земного типа, это особенно верно. Порой кроме космопорта и примыкающих к нему сооружений, вообще нет никаких построек. По существу, планеты стали осваивать совсем недавно, несколько десятков лет. А чтобы обустроить их и плотно заселить, понадобятся сотни лет.

   И все же именно Марс осваивался людьми особенно интенсивно. Здесь много опорных баз, шахт, рудников, и начато строительство подземного города Маринер-сити в экваториальной зоне.