Сергей Барнатин - Сквозь хаос многомирья

— Они изолировали стартовую площадку, — усмехнулась Ститри.

— И что? — поинтересовался Демитрий.

— Ничего. — Ститри перестала усмехаться. — Когда они увидят меня, то снимут защиту.

Демитрий глубоко вздохнул.

— Знаешь, Стит, я иногда чувствую себя дураком. И мне страшно подумать, что бы я ощущал, не дай ты мне своих знаний?

— Ладно. Пойдем. — Ститри взяла Демитрия за руку и пошла к выходу.

Защиту сняли через несколько секунд после того, как они покинули звездолет. Изолирующие шлюзы раздвинулись, и на стартовую площадку вышли миротворцы. Старший приблизился к Ститри, поклонился и произнес:

— Вас хочет видеть Глава, следуйте за мной. Демитрий наклонился к Ститри.

— Организовано здесь все отменно.

Ститри не ответила. Она с любопытством оглядывалась и, кажется, нервничала.

— В чем дело? — Спросил Демитрий. — Конус сильно изменился с того времени, как ты была здесь?

— Нет. — Ститри попыталась скрыть растерянность, но от зоркого глаза Демитрия это не ускользнуло. — Просто я соскучилась. Приятно возвращаться в родное гнездо.

— А кто несколько часов говорил, что родное гнездо для каждого человека — Земля? — Демитрию показалось, что между ним и Ститри выросла непреодолимая стена.

Вошли в транспортер. Кабина напоминала скорлупу гигантского яйца. Движения не чувствовалось, кроме легкой вибрации под ногами. Похожее Демитрий ощущал, когда стоял на плоту, тогда, в детстве. С него хорошо было ловить рыбу. Не раз на ранней зорьке они вместе с отцом отправлялись на разливы ставить снасти. Прекрасное было время — беззаботное. Демитрий вздохнул.

…Глава был в нетерпении. Усадил их в кресла и начал расспрашивать.

— Есть новости? Вы несколько дней не выходили на связь.

— На Земле ситуация под контролем, — ответила Ститри. — Мне необходимо знать расположение главных сил Конуса. Есть вероятность нападения.

— Еще? — удивился Глава. — Откуда? С Марса атаки прекратили. Вы появились. Откуда и кто должен напасть?

— Долго объяснять, Глава. Дорога каждая секунда. Прошу довериться и сообщить расположение всех сил.

— Хо-ро-шо, — Глава нажал клавиши, и стена кабинета засветилась звездной картой. — Наше стратегическое положение относительно Марса выгодно. Резерв копит силы, и через несколько дней мы предпримем решительную атаку.

— Плохо, очень плохо, — задумчиво пробубнила Ститри. — Крейсеры резерва должны немедленно объединиться с Конусом.

— Ститри, — Глава убрал звездную карту, — ты должна объяснить. Я не могу рисковать резервом.

— Хорошо, я попытаюсь. На Земле мне удалось захватить одного из пришельцев. Это чуждая нашей Вселенной планета. Ее масса равна массе Земли. Эта планета живая! Она способна перемещаться в пространстве. Они знают, где резерв, и собираются переместиться в его центр.

— Когда? — в беспокойстве спросил Глава.

— Этого мне не удалось узнать, но планета может переместиться в любую минуту. Мы не должны терять время!

Глава задумался.

— Хорошо, я отдам приказ выступить на воссоединение немедленно. Можешь идти, Ститри, наверное, ты сильно устала и нуждаешься в отдыхе.

— Спасибо, Глава, пожалуй, отдохну. — Ститри поклонилась. — До свидания.

Демитрий не мог уснуть. Что-то было не так. Ститри отказалась от его общества и пошла спать одна. Но почему?! Чем он ее обидел?

Демитрий сел. Опять их разъединила непроницаемая стена. Что случилось в лагере Ольхерта? Ститри нельзя оставлять одну! Или это его неоправданные страхи? Демитрий кисло улыбнулся.

— Ну чего ты от нее хочешь, дурак? Чтобы она бегала за тобой? Она не такая, ты знал это с самого начала.

Страхи притупились, Демитрий ясно осознал, что любовь не такая уж простая штука. Наверное, стоило принимать Ститри такой, какая она есть.

Демитрий щелкнул себя пальцем по кончику носа. Спи и выкинь из головы. Ститри никогда не будет принадлежать тебе одному. Надо смириться с этим.

Возникло чувство горечи. Демитрию казалось, что он справился со своими собственническими замашками, но оказалось, ошибся. Стыдно было признаться в этом, но Ститри Демитрий не хотел делить ни с кем: ни с Конусом, ни со Вселенной, ни с кем бы то ни было из людей. Она должна принадлежать только ему — ему одному!

Сон пришел неожиданно — слившись с реальностью и образовав единую субстанцию. Здесь опять была Ститри. Склонив голову, она плакала. Демитрий хотел приблизиться к ней, но невидимая преграда не пропустила. Словно некое заклятие отгораживало их друг от друга. Ститри что-то сказала, но слова не были слышны.

— Я ничего не слышу! — крикнул Демитрий.

Ститри заплакала. Даже через преграду было видно, какая безнадежность овладела ею.

— Не надо, не плачь так, — умолял Демитрий, но Ститри не слышала. Ее образ стал расплываться, словно растворяться в тумане. — Не уходи! — в отчаянии крикнул Демитрий и проснулся. Но чувство невосполнимой потери осталось.

Демитрий выбежал в коридор. Шли люди, они с подозрением посматривали, но Демитрий их не видел. Перед глазами стоял облик любимой девушки, и губы, словно заклинание, повторяли два слова:

— Не уходи… не уходи…

Комната Ститри оказалась пустой. Демитрию показалось, что мир рушится. Освещение горело на полную мощность, кровать не была даже примята, голос позади прозвучал неожиданно:

— А где Ститри? Сзади стоял Урис.

— Привет, Демитрий. Как тебе Конус?

— Да, да, — пробормотал Демитрий, пожимая руку и думая о своем.

— А где Стит? Я узнал, что она на Конусе, и решил поговорить по-приятельски. Знаешь, с нашего курса почти никого не осталось в живых. Такие вот дела. Так где Стит?

— Не знаю, — тихо сказал он.

— Ну что ж, видно, не судьба. Поговорю в следующий раз. Сейчас некогда. Прибывают крейсера резерва, мне поручено возглавить прикрытие. Я слышал, что все это затеяла именно Стит… — Урис хмыкнул. — Она молодец, к ней сам старик прислушивается. Я всегда знал, что Стит еще всеми нами покомандует. Ну, до встречи.

Урис хлопнул Демитрия по плечу и, насвистывая что-то себе под нос, удалился. Демитрий понуро посмотрел ему вслед. Перед глазами стояла Ститри, а в ушах звучали ее слова: «…Не допусти его к Конусу… Он в лесу… Ты должен опять сделать это, только так я смогу вернуться…»

Пропуски между словами вдруг начали заполняться, словно кто-то подсказывал их. Бешено заколотилось сердце. О чем говорила Ститри? «…Я верю в тебя. Ты должен убить его. Тебе будет трудно, я знаю, сделать это во второй раз. Но ты убьешь не меня, помни об этом. Он сломил мою волю и вышиб меня из собственного тела. Он хочет воспользоваться им, чтобы уничтожить Конус. Ты должен помешать ему…»