Генри Пайпер - Миры Бима Пайпера. Пушистики и другие

Вальканхайна и Спассо пригласили на борт «Немезиды» — на обед. Чтобы перевести разговор на Танит, ее ресурсы, преимущества и возможности, больших усилий не потребовалось.

— Думаю, — лениво проговорил Траск, когда собеседники перешли к бренди и кофе, — что вместе мы могли бы что-то сделать из этой планеты.

— Мы вам это с самого начала говорили, — азартно перебил его Спассо. — Это чудесная планетка…

— Может быть. Пока что я вижу только возможности. Для начала нам нужен космопорт.

— А это, по-вашему, что? — осведомился Вальканхайн.

— Это был космопорт, — ответил Харкаман. — Его можно восстановить. Еще нам нужен док для ремонтных работ. А еще лучше судостроительный. Ни разу не видел, чтобы корабль прибывал на базу викингов с хорошей добычей и не был при этом поврежден. Князь Виктор Шочитльский половину своих прибылей получает от ремонтных работ, как и Никки Грэфем с Джаганната и Эверарды с Хота.

— А еще починка двигателей — гипертяги, обычных и псевдограва, — добавил Траск. — И сталеплавильня, и фабрика коллапсия. И роботехнический завод, и…

— Да это немыслимо! — взвился Вальканхайн. — Чтобы привезти это все за один раз, нужно двадцать таких кораблей, как ваш. И чем мы будем расплачиваться?

— Именно такую базу и хотел организовать герцог Энгус Уордхейвенский. «Авантюра», корабль того же типа, что и «Немезида», несла в трюмах всю необходимую технику, когда ее угнали.

— Когда ее?..

— Ну вот, теперь этим господам придется рассказать правду, — фыркнул Харкаман.

— Что я и собираюсь сделать. — Лукас отложил сигару, глотнул бренди и разъяснил суть Танитской авантюры герцога. — Это была часть большого плана. Энгус хотел добиться экономического господства Уордхейвена, чтобы подкрепить свои политические амбиции. Но идея была очень выгодная. Я выступал против нее, поскольку считал, что Танит выиграет слишком многое, а моя родина в конечном счете проиграет.

Он рассказал об «Авантюре», ее грузе промышленного и строительного оборудования, а потом поведал, как Андрей Дуннан украл корабль.

— Меня это не расстроило бы — я не вкладывал денег в Танитский проект. А вот что меня, мягко сказать, огорчило, так это то, что Дуннан перед отлетом расстрелял мою свадебную процессию, ранив меня и моего тестя и убив женщину, на которой я не был женат и получаса. Этот корабль я построил за свой счет, взял с собой капитана Харкамана, оставшегося без работы, когда угнали «Авантюру», и прилетел сюда, чтобы выследить Дуннана и убить. Полагаю, что проще всего это будет сделать, если я сам построю базу на Танит. А база должна приносить прибыль, иначе игра не стоит свеч. — Он снова взял сигару и затянулся. — Я приглашаю вас, господа, присоединиться к нам.

— Э, вы так и не сказали, кто даст нам деньги, — напомнил Спассо.

— Герцог Уордхейвенский и прочие вкладчики в первую Танитскую авантюру. Для них это единственный способ возместить убытки.

— Но тогда главным будет герцог Уордхейвенский, а не мы, — возразил Вальканхайн.

— Герцог Уордхейвенский живет на Граме, — напомнил Харкаман. — Мы здесь, на Танит. Между нами три тысячи световых лет.

Этот ответ, кажется, удовлетворил всех. Спассо, однако, поинтересовался, а кто будет главным тут, на базе.

— Надо провести общее собрание экипажей… — завел было он.

— Ничего подобного мы делать не будем, — прервал его Траск. — Приказывать на Танит буду я. Вы, может, и позволяете оспаривать ваши приказы, а я этого не потерплю. Так можете своим экипажам и передать. Всякий приказ, отданный от моего имени, должен исполняться неукоснительно.

— Не знаю, как люди это воспримут… — задумчиво произнес Вальканхайн.

— Я догадываюсь, как воспримут, если у них есть голова на плечах, — предсказал Харкаман. — И знаю, что случится, если головы нет. Я-то помню, как вы распоряжались своими кораблями, вернее, как команды распоряжались вами. У нас этот номер не пройдет. Лукас Траск — владелец. Я — капитан. Он мне говорит, что надо сделать, я объясняю всем, как это сделать.

Спассо глянул на Вальканхайна и пожал плечами:

— Боук, этот человек так хочет. Будешь с ним спорить? Я — нет.

— Первый приказ, — сказал Лукас. — Люди, которые на нас работают, должны получать плату. А ваши охранники-обормоты не имеют права их бить. Кто хочет вернуться домой, тех отвезут с подарками. Кто останется, получит одежду, жилье, регулярное питание и зарплату. Выработаем систему обменных знаков и устроим лавку, где они смогут покупать наши товары.

Вместо денег — титановые или пластиковые диски, которые нельзя подделать. Пусть этим Алвин Каффард займется. Организовать бригады, самых умелых и умных назначить бригадирами. А охранниками пусть займется один из наших сержантов; выдать им клинковское оружие, провести курс наземного боя и поставить обучать других. Нам понадобится армия сипаев. Даже самая добрая воля не заменит выставленной напоказ и при необходимости применяемой без колебаний силы.

И больше никаких налетов на деревни за едой или чем-то еще. За все, что мы станем получать от местных, придется платить.

— С этим будут трудности, — предсказал Вальканхайн. — Наши ребята полагают, будто все, что есть у местных, принадлежит любому из них.

— Я тоже так думаю, — ответил Харкаман. — На планете, которую граблю. А это наша планета и наши туземцы. Своих не грабят. Вдолбите это в головы.

Глава 3

Чтобы убедить свои команды, Вальканхайну и Спассо потребовалось куда больше времени, чем полагал необходимым Траск, но Харкаман был доволен, как и барон Ратмор, уордхейвенский политик.

— Это все равно что убеждать толпу мелких свободных землевладельцев принять чей-то сюзеренитет, — объяснял Ратмор. — Давить на них нельзя, пусть думают, что это их собственная идея.

Оба экипажа провели собрания; барон Ратмор выступал с речами, покуда лорд Траск Танитский и адмирал Харкаман (титулы придумал тоже Ратмор) хранили гордое молчание. Оба звездолета находились в совместном владении, то есть по сути не принадлежали никому. В таком же «совместном» владении находилась до сих пор и планета Танит, и ни в одном экипаже не нашлось дурака, который поверил бы, что «Бич пространства» и «Ламия» смогут получить от этого какую-то прибыль. Получалось, что, присоединившись к «Немезиде», они меняют пустышку на что-то ценное. В конце концов всеобщим голосованием команды признали власть лорда Траска и адмирала Харкамана; Танит стала феодальным владением, а три корабля — ее флотом.