Челси Ярбро - Отель Трансильвания

- Еще нет, но девушка просыпается.

- Их надо взбодрить. Через четверть часа мы начинаем.

Сен-Себастьян отвернулся, казалось совсем не заботясь, выполнят его повеление или нет. Он был уверен, что выполнят: вокруг узников уже хлопотали.

Боврэ приосанился и, подступив к приятелю, развязно спросил:

- Ты доволен, Клотэр?

Сейчас этот низенький человечек вовсе не выглядел тем франтоватым глупцом, за какового многие его принимали. Облачение из черного шелка переменило шута, в маленьких глазках светились жестокость и злоба.

- Я еще не вкусил ее. Но скоро. Скоро.

- Что насчет Робера? Ты подумал о нем?

- Ну разумеется, я подумал.

Сен-Себастьян рассеянно потеребил пентаграмму.

- Тебе это понравится, мой дорогой.

- Я надеюсь.

Боврэ придвинулся к собеседнику и еле слышно сказал:

- Этот мой племянник - он изрядный осел.

- Мне тоже так кажется,- промолвил Сен-Себастьян, склонив голову набок.- Создается впечатление, что он слишком глуп, чтобы жить.

- Совершенно с вами согласен.

Боврэ поклонился и отошел. Сен-Себастьян повернулся к узникам, которые все еще спали. Он вознамерился выбранить своих подчиненных, но не успел. Несчастных уже поливали водой из кувшина. Девушка всхлипнула, маркиз замычал.

- Ну хорошо, господа Время не терпит.

Он сделал два шага и хлестко ударил Мадлен по груди, потом, усмехнувшись, отвесил ей пару пощечин. Девушка вскрикнула и открыла глаза. На лице Сен-Себастьяна появилось довольное выражение.

- Да, дорогая моя,- сказал он тихо и вкрадчиво.- Это опять я. Я никуда не ушел, и ты от меня не сбежала.

Мадлен охватил ужасающий холод, способный, казалось, обратить в лед стекающие по ней струйки воды.

- Сен-Жермен,- прошептала она в отчаянии.- О, Сен-Жермен...

Сен-Себастьян изобразил на лице величайшее изумление.

- Ты тоскуешь по этому лживому щеголю? - Он поднял руку и ударил ее по лицу.- Теперь я твой хозяин! И зовут меня Сен-Себастьян.

Барон ущипнул пленницу за сосок, высокомерно выпятил челюсть и неспешно прошествовал к алтарю.

- Он тоже очнулся,- подобострастно хихикая, забормотал Эшил Кресси.Стоит к нему притронуться, как он тут же шипит. Вот, поглядите!

Он ткнул пленника пальцем.

- Великолепно, Эшил. У вас будет возможность поучить его хорошим манерам.

Барон усмехнулся и возложил свою руку на холодные гениталии узника.

- Как грустно, мой друг, что я не могу предложить тебе одеяло. Но я обещаю, тебя скоро согреют. Не сомневайся и чуточку потерпи.

Он резко сжал пальцы, маркиз заскрипел зубами и плюнул. Сен-Себастьян отшатнулся и раздраженным движением отер со щеки слюну.

- Ты пожалеешь об этом, Робер. Глава круга повернулся на каблуках и, вскинув руки, обратился к сообщникам.

- Мы собрались здесь с именем сатаны на устах, чтобы провозгласить хвалу силе его и величию. Дабы воссоединиться с повелителем нашим во власти, могуществе и одержимости, мы приносим ему эти жертвы!

- Эти жертвы,- эхом отозвались все.

- Кровь вырождения обагрит твой алтарь!

- Кровь вырождения!

Конечности Мадлен затекли, душа ее обмирала от ужаса. До сих пор мучители только глумились над ней, а к настоящим пыткам еще и не приступали. Неужели прямо сейчас все и начнется? И потом растянется на сорок долгих ночей? Мадлен не могла в это поверить. Кто-то должен прийти, кто-то должен спасти и ее, и отца - она знала, кто это будет. Но она боялась даже мысленно обратиться к нему, чтобы волна отчаяния, охватившая все ее существо, не загасила слабую искру надежды. А жуткое пение становилось все громче.

- Тот, кто предал тебя, лежит пред тобой!

- Лежит пред тобой!

- Он понесет наказание за свое двоедушие! Сен-Себастьян вскинул кривой кинжал, его лезвие мрачно блеснуло.

- Понесет наказание!

Кинжал опустился. Барон точным движением вырезал на груди пленника пентаграмму.

- Он отмечен печатью твоей, сатана!

- Он отмечен!

Вопль торжества заглушил стоны несчастного.

- Ибо сила и власть принадлежат тебе одному!

- Сила и власть!

Медлен затрясла головой, но вопли не умолкали. Она не смела взглянуть на отца, душа ее разрывалась от сострадания.

- Да вострепещет он перед гневом твоим!

- Да вострепещет!

Сен-Себастьян взмахнул ножом и вскинул над головой кровавый трофей ухо Робера Сатанисты завыли. Дикий вой нарастал, как волна, Сен-Себастьян поднес ухо к губам и слизнул с него кровь. Беснующаяся толпа качнулась вперед, она была близка к истерии. Барон знаком призвал всех к молчанию и вновь поднял кинжал.

Однако ожидаемого эффекта не получилось. Он был разрушен сторонним вмешательством.

- Рад, что я вовремя, джентльмены,- с легким пьемонтским акцентом произнес граф Сен-Жермен.

Облегчение, которое испытала Мадлен, ослабило ее так, что она обмякла всем телом и повисла в своих путах. Слезы, ничем уже больше не сдерживаемые, хлынули из глаз девушки, грудь пронзила острая боль, словно в нее вошел кинжал Сен-Себастьяна.

Собравшиеся обернулись, на лице каждого появилось выражение глупого изумления, какое частенько наблюдается у людей, пробудившихся от глубокого сна. Движения многих сделались неуверенными, сатанисты поеживались, переступая с ноги на ногу и опуская глаза.

Воспользовавшись минутой всеобщего замешательства, Сен-Жермен прошел к алтарю. Теперь никто не признал бы в нем недавнего утонченного сибарита, В неспешной походке графа проглядывала стать человека, побывавшего в переделках и готового ко всему. Эту решимость словно бы подтверждали тупоносые простые сапожки, кожаная широкая куртка и русская косоворотка, заправленная в черные бриджи. У него не было ни шпаги, ни иного оружия, и он был один.

Сен-Себастьян встретил незваного гостя яростным взглядом прищуренных глаз. Кивком головы барон повелел своим приспешникам отступить на два шага

- Князь Ракоци,- прошипел он,- а я все не верил. Я просто вас не узнал...

Сен-Жермен наклонил голову.

- Я говорил вам, что внешность обманчива

- Но это было лет тридцать назад.

Барон подался вперед, сжимая в руке кинжал.

- Да неужели? Вы можете в том поклясться? Если граф и подозревал, что ему угрожает опасность, то ничто в его поведении о том не говорило.

- Значит, это был ваш отец?

Сен-Себастьян чуть ослабил колени, готовясь к броску.

- Неужели я так изменился?

Сен-Жермен уже понял, куда он попал, как понял и то, что ему придется разбираться с врагом на его собственной территории. Он дотронулся до небольшой, похожей на медальон коробочки, висевшей у него на груди.

Барон уже завел кинжал за спину и метнулся вперед, но не встретил сопротивления. Сен-Жермен изогнулся, пропуская противника, и, ухватив его за плечо, рванул на себя, чтобы швырнуть на груду скамеек, наваленных у задней стены.